Каре для саксофона
Шрифт:
– А вот и наша девочка, - добродушно приветствовал Анну один из сидящих за столом. Это был мужчина лет пятидесяти с короткой стрижкой, крупными чертами лица, а небольшой шрам на щеке добавлял выражению мужественность. Его белый костюм скрывал крепкое атлетически сложенное тело. Выпустив очередное облачко дыма, внимательно разглядывая Анну, теребящую в руках дамскую сумочку, он продолжил, обращаясь к присутствующим: - Посмотрите, какая прелесть.... Нет, чего еще ему нужно?
– и жестом предложил Анне присесть на свободное кресло рядом с собой.
– Анна, как ты оцениваешь
– Все шло хорошо, мистер Хиндли, пока не появилась эта саксофонистка,- немного раздраженно начала Анна.
– Он как завороженный ходит за ней.
– Завороженный, говоришь...ну, это тоже не плохо - значит нехладнокровный. Конечно, если бы мы рассматривали его как конкурента... А он нам нужен как партнер, и это поручалось тебе, - в голосе прозвучал металл.
– Я не знаю, что делать... мне мешает Ева, - оправдывалась Анна.
– Хорошо, допустим, Ева - наркоманка, и попала в тюрьму, - увидев удивление собеседницы, уточнил: - Нет, я говорю - допустим. Ты способна вернуть Михаэля?
– Да, - уверенно сказала Анна.
– Тогда он будет только моим.
– Ну, вот и молодец. Пойди, погуляй по парку, подыши хвойным ароматом, а мы тут с друзьями помозгуем - что да как, - жестом позвав охранника, закончил: - Анна, это Джойс, он в твоем полном распоряжении, покажет все прелести парка, а как мы закончим, я тебя приглашу. Не отчаивайся, все будет о"кеy.
Дождавшись, когда Анна с охранником отойдет на достаточное расстояние, и облокотившись на стол локтями, Хиндли обратился к собеседникам. Одним из них был долговязый брюнет лет сорока, его щербатое от перенесенной оспы лицо и длинные волосы, забранные в косичку, придавали ему грозный вид. Второй был полной ему противоположностью - среднего роста одутловатый блондин с круглым лицом и маленькими бегающими глазами, кудрявые волосы были поджаты вверх темными очками.
– Ну, что, господа, необходимо что-то предпринять. Этот Михаэль очень... просто чрезвычайно важен для нас. Я давно за ним наблюдаю, это один из наиболее перспективных игроков, и я не удивлюсь, если он снимет основной куш. Анна начала работать с ним еще с России, и вроде у нее неплохо получалось. А сейчас... Ну, вообще, вы все слышали сами.
– Нет тела...
– начал долговязый, но Хиндли не дал ему закончить:
– Нет, Рич, здесь другой случай. За эти несколько дней эта музыкантша стала звездой Монте-Карло, и ее исчезновение приведет к грандиозному скандалу. Из-за нашей неважной репутации нам и так вменяют пропавших участников турнира.
– Знали бы, кто они...
– возмутился блондин: - Всех собак хотят на нас повесить.
– Хорошо, что не знают, Род, было бы еще хуже, - парировал Хиндли и продолжил:
– Нужно что-то потоньше, деликатнее, так сказать. Артисты - народ экспрессивный, для тонуса потребляет всякую гадость.... Вот, где-то в этом ключе попробовать.
– А чего пробовать, гадости хорошего качества у нас навалом, можем и Ниццу, и Канны зараз ширнуть, - оптимистично поддержал направление Рич, но Хиндли остудил его глобальный порыв:
– Зачем
– и сам же ответил, размышляя: - Изящно, но кто внесет груз в номер незаметно под десятками видеокамер?
– А может, попытаться через Анну, она ведь с этой Евой вроде как знакома, - осторожно включился в рассуждения Род и, видя удачность предложения, решил закрепить его: - И стимул, по-моему, у нее есть - отомстить сопернице.
– Молодец, Род, вот это слова не мальчика, а мужа, - воодушевляясь, засуетился Хиндли: - Вот это - мысль, не зря я плачу вам деньги, - немного подумав, и перейдя на деловой тон, продолжил: - Так, теперь о деталях.... Рич, передаешь Анне пять, нет, десять доз героина - не будем мелочиться - и сопровождаешь ее до встречи с Евой, желательно, у отеля. А ты, Род, в этот момент крутишься где-то около ближайшего полицейского поста, и как только Анна выйдет на улицу, наедешь на полицейских, что, дескать, эта девушка при тебе продавала малолеткам наркотики, а сейчас зашла в отель. Потом, ссылаясь на занятость и ненужность проблем, забираешь Рича и Анну, отъезжаете в сторону и контролируете выход из отеля. Ну, а как все произойдет - пулей ко мне.
– Какую машину взять на операцию?
– поинтересовался Рич, всем видом показывая, что других вопросов нет.
– Возьмите "Мерседес", не так броско.... Да, и никакой самодеятельности, а то я вас знаю. Задачи понятны, - и, откинувшись на спинку кресла, Хинди расслабленно скомандовал: - Рич, позови девочку.
Анна вернулась в беседку успокоенной, видимо, благодатная атмосфера парка сделала свою работу. Хиндли мягким, но вместе с тем не требующим возражений тоном, провел полный инструктаж, расписав задачи каждому.
– Анна, девочка моя, у тебя все должно получиться - это твой последний шанс, - акцентировал Хиндли, видя напряжение Анны, и закончил: - Тебя сейчас доставят обратно, отдохни, а как договоришься с музыкантшей, дай знать Ричу.
Машина с Анной выехала в город, ворота медленно закрылись за ней, обрывая связь спокойствия и размеренности прикотеджного парка с городской суетой. Анна смотрела в окно, прокручивая детали только что состоявшегося разговора. Настроение было отвратным. Ее взгляд машинально скользил по проплывающему мимо скверу, выхватывая безмятежные картинки. Вот дети, играющие на лужайке с мамой, сидящий на скамейке папа, с плеером в наушниках слушающий музыку и читающий газету. "Господи! Мне бы их проблемы", - невольно подумала Анна и снова углубилась в свои мысли.
Как только машина, выехавшая от особняка, скрылась за углом, мужчина свернул газету, встал и направился к недалеко припаркованному черному "BMW". Сев в машину, набрал по сотовому телефону номер.
– Александер, это Алекс. У меня запись разговора.... Цунами, - радостно от распиравшего чувства большой удачи отрапортовал Алекс: - Бросай все, нужно срочно встретиться.
– Источник надежный?
– сухо спросил Александер.
– Анна, - быстро ответил Алекс, а затем поправился: - Вернее, ее сумочка.