Карма
Шрифт:
Отдельной, красной, линией в работе участкового сияет взаимодействие с отделением по делам несовершеннолетних. Это не проходящая головная боль. Нет ни одного дня, чтобы какой-нибудь из подопечных инспектора этого подразделения не сотворил бы в школе, на улице или дома «великого подвига». Но если малолетние хулиганы, «чисто поржать», создают Везувий из унитаза общественного школьного туалета, закидывая в него двести грамм дрожжей, то так называемые «АУЕ» нацелены на совершение не просто хулиганских поступков, а именно с элементами криминала, будь то кражи, вымогательство или грабежи. Их преступления дерзки по своему исполнению, потому как носят публичный,
Вот и для меня сегодня настал этот «замечательный» день, когда на утреннем рапорте, вместе с начальником участковых, в кабинет вошла инспектор ОДН. Я смотрел на нее и хотел плакать от умиления. Маленькая, ростом около 160 сантиметров, худенькая девочка с миловидным лицом, в кукольном форменном обмундировании. Своим мягким детским голосом, после того, как ее представил начальник, она в общих чертах пересказала суть нашего будущего сотрудничества:
– Здравствуйте! У меня в производстве находится материал по краже. – в кабинете среди участковых прошелся неодобрительный шепот и в это же время из коллектива прозвучал вопрос с места – Детский мир обокрали? – вызвав дружный смех коллег.
– Нет, не Детский мир. – с невозмутимым лицом продолжала девочка-инспектор. – В сорок пятой школе, в раздевалке, похитили сотовый телефон из кармана, мы по видеокамерам установили кто совершил, а задержать не можем.
– Что за персонаж? – уже серьезным тоном прозвучал очередной «вопрос из зала».
– Некто Кривоногов, – продолжала девочка, а в «зале» едва слышно прозвучало, – хе-хе… Кривоногов.
– Да, Кривоногов, – услышав это саркастическое замечание повторила девочка, – он в футбол играл раньше… – договорить ей не дал дружный гогот моих коллег, который то и дело подогревался шутливыми комментариями. – И что же, больше не играет? – сквозь смех выдавил один из участковых, рассчитывая, на смешное продолжение истории спортивной карьеры этого парня с футбольной фамилией.
– Нет, больше не играет. – Совершенно искренне, без намека на улыбку, даже с какой-то досадой на лице произнесла девочка, – у него что-то не получалось, и он забросил занятия.
После этого краткого дополнения коллектив участковых, включая начальника, залились громким смехом, высказывая свои предположения, что именно не получалось у парня. Инспектор же стояла с растерянной улыбкой, не зная, что ей делать дальше. За всеобщим весельем никто и не заметил, как дверь в кабинет тихонько отворилась и на пороге плавно появилась фигура начальника отдела. Немой вопрос застыл у него на лице. Переводя взгляд с коллектива на нашего начальника, он становился суровее, но, когда он дошел до кукольного инспектора, желание расщепить нас на атомы, явно присутствующее у него до этого в глазах, моментально испарилось.
– Товарищ майор, что у вас здесь происходит? – заразившись всеобщим весельем, а также испытывая, по всей видимости, умиление от вида рассказчика, с едва заметной улыбкой на лице, обратился к нашему командиру начальник отдела. Товарищ майор, уткнувшись в это время в стол, сотрясаясь от беззвучного смеха, моментально выпрямился, услышав голос начальника, вскочил на ноги и неестественно громко подал команду: – «Товарищи офицеры!».
В этот момент, как будто выключился свет, закрылся клапан
– Товарищ полковник, проводим инструктаж по взаимодействию с ОДН. Инспектор докладывает о ситуации в целом и ставит задачи.
– Ну и что это за задачи такие, что вас балаган слышно на улице? – начиная распаляться, интересуется начальник, неспешно прохаживаясь по кабинету.
– Нам необходимо задержать Кривоногова, футболиста, он телефон украл – чувствуя нарастающее напряжение и неотвратимость наказания, докладывает майор.
– Кривоногого футболиста, который украл телефон? Причем здесь футболист? Причем здесь кривоногий? У него что, фамилии нет? – по кабинету, как при цепной реакции, в этот момент, раздаются уже ничем не сдержанные смешки и девочка-инспектор, которая до этого момента не понимающая всеобщего веселья, а сейчас осознав всю комичность сложившейся ситуации с фамилией, закатилась громким детским смехом.
Товарищ полковник, резко обернувшись, с негодованием смотрит на нашего начальника, а его бегающий, растерянный взгляд, перемещающийся с коллектива на отвернувшуюся, закрывшую свое лицо руками, сотрясающуюся от смеха девочку умоляет о пощаде.
– Товарищ полковник, это фамилия, Кривоногов, он футболист. – запинаясь произносит майор. Секундная пауза, по лицу начальника отдела расползается улыбка, которую он едва сдерживает, быстрым шагом направляясь к выходу из кабинета полковник бросает через плечо «продолжайте» и скрывается за дверью.
– Хватит ржать! – Неожиданно резко и громко сказал наш командир, обращаясь к коллективу и, уже обращаясь к инспектору, более мягко, добавил, – продолжайте, Дарья.
Инспектор Дарья, не ожидавшая столь резкой перемены настроения товарища майора, выпрямилась и робко поглядывая на него продолжила:
– Так вот, кража, как я уже сказала, произошла в сорок пятой школе, и я хотела бы попросить вас помочь с задержанием Кривоногова и отработкой его на причастность к этому преступлению.
– Сорок пятая школа чья территория? – осведомился у участковых их начальник.
– Моя, у меня на территории. – с неохотой говорю я, понимая, что сегодня весь день уйдет на поимку этого злодея.
– Хорошо. Васильев займись. У вас все, товарищ инспектор? Тогда вот, капитан Васильев вам в помощь, договаривайтесь с ним о дальнейших действиях, а ты, Васильев, сегодня вечером с раскрытым преступлением доложишь, ясно?
– Так точно. – обреченно говорю я и перевожу взгляд на Дарью. Она же смотри на меня с застенчивой наивной улыбкой ожидая от меня действия. Я жестом приглашаю ее пройти за мой стол, одновременно убирая с него пачку материалов проверки, которую мне сегодня уже не суждено исполнить.
Утренний рапорт закончился, коллеги разошлись по своим делам, а мы с куклой Дашей приступили к планированию мероприятий.
Из рассказа Дарьи о Кривоногове я понял, что рассчитывать на стороннюю помощь в лице его друзей или родителей нет смысла. Парень «стремящийся», а значит друзья у него такие же и стоит нам только задать вопрос, при встрече, кому-нибудь из них о местонахождении их братана, по району тут же разлетится новость, что «Кривого», а именно такое прозвище носит наш воришка, ищут менты. Мать, со слов Дарьи, на него влияния не имеет, где он находится и чем занимается она, зачастую, не знает, а для отца уже давно детьми стали дрожжи, надувающие перчатку метаном на банке с брагой.