Карнавал (сборник)
Шрифт:
"Так, значит, ты всем доволен, и ничего тебе не надо?"
"Как это не надо?! — Вова аж поперхнулся. — А квартира? До сих пор в общаге живу! А деньги?"
"Ты же отказался от двадцатки".
"Ну и что? Если, как кость собаке, — не надо. А если с пониманием, да за дело, да столько, сколько заслужил, — всегда пожалуйста!"
"И ты выполнишь план?" — спросил джинн, боясь поверить в удачу.
"Еще и перевыполню", — заверил Вова.
"Ой ли?" — усомнился голос.
Сидоров задумался.
"Ну,
"Вот и постарайся, — проворковал голос. — А начальство тебе и квартиру, и деньги, и еще что-нибудь. Ты — им, они — тебе".
"Как же, — усмехнулся инженер Сидоров. — Держи карман шире. Не верю я им".
"А ты поверь", — применил голос поповский прием.
Вова только отмахнулся.
"Да уж верил. Всякий раз одно и то же. Надоело".
Гасан аж ладошки потер от радости. Он и предположить не смел, что путь к кувшину так близок.
…Рванул джинн из бороды волосок — и возник в сосновом бору за городом чудный дворец из чистого золота, с подвалами, полными каменьев драгоценных да монет звонких. Перенес джинн туда Вову Сидорова и молвил, притворяясь по-прежнему внутренним голосом:
"Владей, Сидоров, живи! Не забудь только про обещание свое, спаситель. Выполни план!"
Но Вова лишь удивленно глаза выпучил да назад попятился.
— Что это? — икнул он. — Дворцы мерещатся… Вот что значит по общагам скитаться…
Вовремя почуяв опасность, джинн, во избежание необратимых сдвигов в Вовиной голове, срочно перенес его обратно в курилку и прислонил лбом к холодному стеклу.
"Еще в уме, не дай бог, повредится, — хлопотал старик. — Кто ж меня тогда отсюда вызволит?"
— Уф! — выдохнул Сидоров, оглядываясь по сторонам. — Сдвинуться можно от такой жизни.
В этот момент по лестнице пробегала Леночка Ширяева.
— Что это ты, Сидоров? — Она остановилась. — Бормочешь тут что-то.
— Слушай, Лен, — потянулся к ней Вова. — Мне только что золотой дворец привиделся. Как наяву! Представляешь?
— Подумаешь! — пожала плечиком Ширяева. — Смотри, Сидоров, домечтаешься. Меньше о квартире думай. Живи, как все. Чем ты лучше других?
"Лучше, лучше! — засуетился джинн, в планы которого не входило окончательно добивать своего спасителя. — Сделаю я тебе квартиру, Володенька, ты только потерпи малость".
И справедливо рассудив, что лучший врачеватель душевных ран — женщина, джинн оставил Сидорова на попечение Ширяевой, а сам понесся узнавать, что такое квартира.
Как выяснилось, Гасан Абу аль-Рашид делать квартир не умел. До сих пор он сотворял дворцы и храмы, возводил минареты, соединял отвесные скалы акведуками или, к примеру, ваял скульптурные композиции. В качестве стройматериалов
Насобирав где только можно строительного мусора, Гасан вынес свою добычу за город и решил потренироваться. В мгновение ока он создавал и развеивал свои опусы. Ничего путного не выходило. Получались какие-то высоченные сверкающие строения с причудливыми изгибами, куполами, башенками со шпилями, резьбой и лепными украшениями. Как миражи в пустыне, возникали и рушились готические соборы, египетские пирамиды, висячие сады, гробницы, мавзолеи, а один раз даже появилась статуя Зевса Олимпийского. Но все это, конечно, было ерундой, плевым делом, а вот коробчатая конструкция с квартирами-сотами — никак не давалась Гасану. Пробовал он и так и этак и пришел к выводу, что жилищную проблему наскоком не решить.
Отчаявшись, посрамленный джинн вернулся в институт и тихонько, как нашкодивший кот, влез в Вову Сидорова.
"Нету квартиры", — упавшим голосом произнес он.
Вова лишь кивнул, лениво надавив паяльником на застывшую канифоль. На столе у него валялись какие-то диковинные пластины, разноцветные проводки и блестящие штуковины. Джинн, поглядывая на это мудреное хозяйство, проникся к Сидорову большим уважением.
"Может, сам попробуешь, а?" — жалобно попросил он, рассудив, что не следует отмахиваться от человека, который разбирается в этой чертовщине.
Вова недоверчиво поднес паяльник к лицу, рассматривая дымящееся жало.
"Ну попробуй!" — умолял голос.
"Чего попробовать?" — буркнул Сидоров.
"Сходи к кому надо, попроси квартиру, может, дадут", — унизительно причитал внутренний голос.
"По шее дадут", — резюмировал Вова, вновь расплавляя канифоль.
"Ну чего ты такой робкий? — плакался голос. — Сходи!"
Инженер отложил орудие труда и посмотрел в потолок.
"Может, и правда сходить?" — подумал он.
"Сходи, сходи, — оживился джинн. — Чего стесняться? Глядишь, и дадут какой-нибудь завалящий кувшинчик, то есть — тьфу! — квартирку".
"Разве что и впрямь попробовать?" — неуклюже ворочалась в голове необычная мысль.
"Да иди же, скорее! — не на шутку рассердился джинн. — Чего сидишь? Ждешь, пока ковер-самолет подадут?"
— Э-эх! — молодецки взревел Вова, и сотрудники в отделе дружно вздрогнули. — Была не была, пойду!
— Куда? — хором спросили сотрудники.