Карусель

Брукс Карен

— Девочки! Вы вернулись?

— Да, мама, — отвечала за двоих Нора.

— Заприте двери и выключите свет, — распорядилась мама.

Погасив лампы, но оставив дверь незапертой, девушка тихонько прошла в свою комнату. Ночь была жаркой, даже душной, но ее почему-то так трясло, что она достала из комода еще одно одеяло.

Много позже в дом на цыпочках прокралась Мария. По пути в свою спальню она приоткрыла дверь в комнату сестры. Нора притворилась спящей.

9

Уже

три дня, как Мария жила в доме Норы. За это время сестры вспомнили все, что только можно было вспомнить. Исключение составляла одна щекотливая тема — Клайв. Наконец Мария не выдержала.

— Дорогая, — как можно более ласковым голосом сказала она. — Как же это тебе до сих пор не удалось женить на себе мистера Хартли?

— В свое время Клайв сделал мне предложение, и оно все еще действительно, — отвечала Нора, стараясь не выглядеть несчастной, одинокой женщиной. — В любой момент я могу предложение принять.

— Как? Ты ответила отказом? — с недоверием взглянула на сестру Мария. — А впрочем, я тебя понимаю. Такой мужчина, как Хартли, вряд ли будет верным мужем. Другое дело — быть его любовницей.

— Любовницей? — переспросила Нора. — С чего ты взяла? Я вовсе не сплю с ним.

— Как! Никогда? — Мария имела заслуженное право не поверить.

— Мы просто друзья, — объяснила Нора. — И то только ради Эвы.

— Если это правда, тогда ты не станешь возражать… Я лично не прочь возобновить нашу с Хартли… дружбу, — сообщила Мария.

— Но ты же замужем! — протестующе воскликнула Нора.

— Боже! Ты совершенно как бабушка викторианской эпохи! Или как мой законный супруг. У меня другие представления… Мне просто необходимо маленькое разнообразие в жизни. Чуть-чуть приперчить скучную семейную обыденность. А Клайв тот мужчина, который способен пробудить во мне женщину.

Клайв, видимо, не возражал против той роли, которую ему отвела Мария. На следующий день он приехал за Эвой и пригласил Марию отправиться с ними на прогулку.

— С удовольствием. — Та не скрывала своей радости. — Эва, ты не возражаешь, если я присоединюсь к вам с папой?

— Конечно, поехали, тетя.

Эва слишком хорошо воспитана, чтобы не согласиться, подумала мать. Но почему девочка при этом так искренне улыбается своей тетушке?

Оставшись одна, Нора решила навести порядок в ванной комнате. Громкий междугородный звонок раздался как раз в тот момент, когда она, стоя на коленях, оттирала полки шкафчика.

— Нора? Мария у тебя? — раздался мужской голос. — Это я, Джек.

— Извини, ее нет дома. Сказать, чтобы она тебе позвонила?

— А где она? Чем она вообще там занимается?

— Она пошла… в музей с Эвой.

— Она?

В музей? Да еще взяла с собой племянницу? — не поверил Джек. — Ладно, предположим, так оно и есть, но ты, пожалуйста, скажи своей сестре, что ее собственная дочь по ней скучает. И сын, кстати, тоже. А заодно пусть скажет, когда она вернется домой.

— Джек! Я боюсь… мне кажется, она и не собирается возвращаться. Сказала, что пришлет за детьми, как только устроится здесь.

— Чудовищно! Какая женщина может позволить себе разрушить семью только потому, что ей, видите ли, стало скучно? Она же сама признает, что я-то перед ней ни в чем не провинился. Человек имеет все, чего только захочет, и вот… — продолжал возмущаться Джек.

— Послушай, Джек, ты же умный человек и сам знаешь, как надо поступать в таких случаях. Выскажи ей лично, не по телефону, все, что у тебя наболело.

Вечером Нора рассказала сестре о звонке мужа.

— Не желаю даже разговаривать с ним, — огрызнулась Мария. — Я провела такой чудесный день с Эвой и… — она одарила лучезарной улыбкой Клайва, — и не хочу все испортить очередным скандалом.

Уложив Эву в постель и проводив Клайва, сестры устроились на диване и снова ударились в воспоминания.

— Знаешь, — сказала вдруг Мария, — одно время я думала, что никогда не прощу тебя за то, что произошло. Впервые в жизни у меня было что-то, что не надо было ни с кем делить, но ты увела Клайва буквально из-под носа. А потом все переживания родителей были связаны именно с твоей персоной.

— Ну что ты, из-за тебя они тоже очень расстроились.

— Да, конечно, но основные их хлопоты были о тебе, что и неудивительно. Молодая, неопытная девушка попала в беду…

И вдруг… Нора увидела на глазах сестры слезы. Не истеричные, а горестные, настоящие.

— Мария, дорогая! — воскликнула она. — Прости меня. Я была просто маленькой дурочкой и наделала столько глупостей…

На следующий день Клайв повез Марию смотреть квартиру, которую та собиралась снять. Некоторое время спустя Нора услышала, как к дому подъехала машина, и решила, что те уже вернулись. Открыв дверь, она, к своему изумлению, увидела стоявшего на крыльце мрачного незнакомца.

— Вы к кому?

— Привет, Нора. Я приехал забрать жену.

— О, Джек! Я тебя не узнала. Проходи в дом.

Напоив зятя чаем, Нора стала расспрашивать его о родителях, о племянниках.

Снова раздался шум автомобиля, и на пороге появились Мария и Клайв. Рука Клайва лежала на плече женщины, они стояли обнявшись и выглядели как два влюбленных голубка.

— Господи, Джек! — воскликнула Мария, мгновенно отпрянув от стоящего рядом Клайва. — Что ты здесь делаешь?