Кащей

Мансуров Дмитрий Васимович

Кащей отворил двери, услышав крики.

– Что стряслось? – перекрывая вой сирены, поинтересовался он у пробегавших по коридору людей.

– Прячься! – прокричал кто-то. – Соловьи летят! Целая стая!

– И что в этом страшного? Они бездарно исполняют трели?

– Это не те соловьи!

– А какие?

– Разбойники!

– Разбойники? – недоуменно пробормотал Кащей. – Соловьи?

Это что-то новенькое.

Подхватив шпагоплеть, он направился к стенам города. То и дело его обгоняли бледные, растрепанные придворные,

отвечавшие на его вопросы короткими испуганными восклицаниями да судорожными жестами. Было ясно, что все смертельно боятся соловьев-разбойников.

Ведьмочки привычно летали над городом, стражники выстроились у западной стены, а с запада доносился сердитый гул, напоминавший жужжание шмелиного семейства. Кащей поднялся на стену и столкнулся с хмурым колдуном.

– Уж не думаешь ли ты, что твоя шпагоплеть вытянется на три километра? – съязвил Ортокс.

– Хочешь, проверим? – предложил Кащей. – Но если тебе не нужны лишние руки, то я, так и быть, вернусь в вашу скромную обитель.

– Ты хоть знаешь, с кем мы столкнулись?

– Мне что-то нашептали о соловьях.

– Соловьях-разбойниках! – рявкнул Ортокс. – Они отличаются от птиц, как комары от собак! От их свиста глохнут люди, рушатся стены, разбиваются стекла, дохнут лошади, а хомячков вообще разрывает на части!

– Слушай, Ортокс, ты с утра второй раз мне зубы заговариваешь. Короче, я здесь нужен или нет?

– Нам нужны все боеспособные мужчины! – сказал Ортокс. – И особенно я хотел бы видеть того героя, который сделал из Главного охотника большую котлету.

– Когда?

– Ночью.

– Кто?

– Откуда я знаю?

Стражники торопливо затыкали уши ватой. Ка-щею тоже протянули два комочка, но он, увидев, что они уже побывали в чьих-то не очень чистых ушах, вежливо отказался.

– Переживу! – пояснил он. – Рассказывай, колдун, что за соловьи и почему разбойники? Без сантиментов и лирики.

Оказалось, во времена колдовской войны группа хитропопых колдунов подошла к ликвидации противника весьма оригинальным способом. Взяв за основу простых соловьев, они после долгой череды опытов получили в результате кровожадных зверюг под два метра ростом, с чарующим пением на широких звуковых частотах, охватывающим весь спектр от инфра– и до ультразвука. Все живое приманивалось и взрывалось от счастья в буквальном смысле слова. Кащей провел аналогии с сиренами и летающими зубами:

– А про летающие зубы у вас не слыхали?

Ортокса передернуло.

– Ты и с ними встречался? Я думал, их давно уничтожили.

– В принципе так оно и есть, – согласился Кащей. – Я добил последнюю стаю Они старше этих?

– Вторая версия мутантов, – припомнил колдун. – Но эти – самые опасные из всего созданного во время войны.

– Сколько всего разновидностей?

– Двадцать шесть Соловьи-разбойники – последние. Они излишне разумны.

Коричневая, масса на горизонте по мере приближения к городу раздробилась сначала на

точки, потом на большие кляксы, и скоро стали различимы здоровенные мужики с крыльями и вытянутыми вперед удлиненными губами.

– Редкая зараза! – сказал Ортокс. – Не думал, что они так скоро вернутся. После последнего налета прошло всего тридцать лет.

– Соскучились, наверное, – предположил Кащей. – Как вы победили в прошлый раз?

– Мы не победили.

– То есть?

– Они взяли город штурмом и забрали то, что хотели. Вон, видишь того типа, что подходит к воротам? Он вожак. Сейчас предъявит свои требования и если мы не выполним их до вечера, то опять разрушит город.

– И вы им позволили?

– У нас не было выхода.

– Но ты же колдун! – воскликнул Кащей.

– Я не был самым главным, – сквозь зубы процедил Ортокс. – И не мог действовать через голову своего повелителя.

– А он что, зевал?

– Не знаю.

– Наверное, имел долю прибыли, – предположил Кашей. – Разумно?

– Не исключено. Слушай, раз ты такой храбрый, выйди и поговори с ними.

– И пойду! Запросто. А что мне будет за спасение города?

– Там видно будет.

– А конкретнее?

– Сам придумай. Только не выкаблучивайся. Видали мы таких!

– Рад, что ты уверен в моей победе!

Кащей помахал рукой парламентерам и спустился со стены. Мост через ров быстро опустили и так же быстро подняли за его спиной.

Старый вожак подошел и остановился, глядя, как мост встает торчком. Кащей сказал:

– Ну вот теперь мы на равных. Выкладывай: с чем пожаловал в наш славный городок? Сам знаешь, без подарков ты не гость, а так, собака приблудная. В наше время иначе никак.

У вожака отвисла челюсть. Парламентер с белым флагом вообще лишился дара речи.

– Что, забыли подарки дома? – ахнул Кащей. – Так не годится! Немедленно возвращайтесь откуда прибежали, хватайте подарки и бегом обратно. Думаете, я вас буду ждать? Через три часа не вернетесь, буду считать вас жмотами, и в город вы войдете разве что ногами вперед! Не возражать!

– Ты кто такой? – возмущенно просвистел вожак.

– Злобный монстр, черное наследие темных веков, ночной кошмар, дневной ужас, вечерний страх и утренняя жуть! А ты кто такой после всего этого?

– Соловей-разбойник Первый! – отчеканил вожак. – Страшись!

Кажется, до него не дошел смысл сказанного.

– Ух, страшно! – согласился Кащей. – И чего тебе надобно, соловушка?

– Дань! Иначе к закату солнца мы разрушим город.

– Вот что, соловушка! – презрительно сказал Кашей. – Если вы не уберетесь отсюда через три часа, я вам обещаю самые незабываемые сутки в вашей жизни. Если останется кто-то, чтобы вспоминать этот день.

Вожак недоуменно посмотрел Кащею в глаза: вроде не сумасшедший, а несет чушь.

– Повторяю для тупых! – сказал он. – До заката вы должны выложить всю дань за тридцать лет.