Каскадер
Шрифт:
– Эй-эй, я всего лишь пошутил! – Кажется, от страха парень начал стремительно трезветь.
– Рассказывай! – Я нажала чуть сильнее.
– Чароловка, она приманивает к себе всех, обладающих силой, и за часть этой силы выполняет желания – омолаживает, одаряет золотом, в общем, все что угодно, и вкусившие ее даров не могут отказаться от них, раз за разом возвращаясь, не осознавая, что чароловка не просто забирает часть силы, которая быстро восстанавливается, но отнимает силу навсегда. Но жизнь вернуть она не способна, источник
– Странно. – Глеб, как и я до этого, опустил руку в сияющий свет. Ничего не произошло, по крайней мере, внешне. – Почему ничего не происходит?
– У тебя нет силы, – тут же ответил пьяница. – Эй! Как это возможно?! Ты… ты… Кто ты такой?!
– Человек, – спокойно ответил Глеб.
– Человек?! В нашем мире? Ты хочешь сказать, что князь Венцеслав Лунный убит?
– Почему убит?
– Он следит за тем, чтобы сюда не проникали люди! Никто не осмелится пойти против него и провести их сюда!
– Плохо, значит, следит, – фыркнула я. – Мы же здесь!
– А ты кто такая? Ты-то не человек, я видел, как чароловка сделала твои волосы красивыми!
Я пожала плечами, беспомощно посмотрев на Глеба.
– Она выше твоего понимания, – высокопарно ответил он.
– Так где нам найти живую воду?
– Идите прямо и прямо, как обычно.
– А кто ты сам-то такой? – спросила я больше из интереса, чем по необходимости.
– Я хранитель. Должен охранять чароловку от мстителей.
– Ладно, иди. Свободен. – Я спрятала Биту. – Твои услуги нас не интересуют.
– Глеб! – позвала я – он ушел вперед, не дожидаясь меня. – Глеб, подожди! Почему, как ты думаешь, на меня подействовала чароловка? И потом, странное какое-то желание она выполнила – я никогда не мечтала о длинных волосах.
– Не знаю, – он немного сбавил шаг. – Может быть, она вывела из твоего организма остаток кощеевского зелья?
– Неплохой обмен, надо признать, хотя волосы я все равно обрежу, как только вернемся.
– А зря, тебе очень идет. Не веришь мне, спроси у Арса. Он как-то спрашивал у меня, как бы ты выглядела с длинными волосами.
– Что ж, тогда порадую его – когда он очнется, покажусь ему такой. Но потом все равно обрежу. Глеб, ну сам подумай, как можно сражаться с волосами до пояса!
– Заплетай косу.
– Это жуткая волокита, да и потом… вот представь – я делаю сальто или кувырок назад – а противник в этот момент ловит меня за эту самую косу. В лучшем случае я лишусь скальпа.
– Ну… Возможно. Но неужели ты не хочешь бросить все это?
– Нет. Ты что, Глеб? Это единственное, что мне нравится и что меня интересует.
– По-моему, ты преувеличиваешь. Научиться чему-то новому совсем нетрудно, особенно пока ты так молода. С твоими навыками, например, можно идти в шеф-повара.
– Я не умею готовить.
– Мы с Арсом тебя научим. А потом и сама втянешься.
– Я ненавижу мыть посуду!
– Наймешь посудомоек
– Это скучно. Изо дня в день одно и то же.
– Но, Керен, все так живут!
Я не ответила, с укоризной глядя на него. Я – не все. Неужели я должна сказать это вслух?
– Что вот ты станешь делать, когда все закончится?
– А вы с Арсом?
– Мы – наемники. Для нас работа всегда найдется.
– А я – каскадер. И для меня работа отыщется. А надоест быть каскадером, пойду тоже наемницей.
– Неблагодарная это работа, Керен. Кровь, дерьмо, страх…
– Я знаю, Глеб. Но вы все же не ушли, не сдались. Вам нравится. И мне тоже.
– Может быть, ты и права. Просто это неправильно. Обрати внимание, ты единственная девушка-воин на острове.
– И что дальше? Зато посмотри на нечисть. У них каждый третий боец – женщина. Велхвы, чародейки, чаровницы, наузницы и прочие.
– Но они ведь не люди.
– И что? Оттого, что у них есть иные возможности, они не становятся мужчинами.
– Ладно, Керен, оставим этот спор. Он бесполезен. Смотри лучше, что это там впереди.
– Река. Молочная река, кисельные берега…
– Сказки вспоминаешь? Дело хорошее, но…
– Стой! Глеб, стой!!! – слава дисциплине и армии он мгновенно замер, не сделав последнего, гибельного для него шага. – Смотри под ноги, – добавила я уже спокойнее.
– Кисельные берега… Бог мой, да это будет похуже, чем зыбучие пески.
– Вот-вот. А в сказках всегда это так романтично звучит… И абсолютно безопасно…
– Придется обходить.
– Как? Нам наверняка нужно переплыть реку. Но по этому киселю плот не пройдет, – я внимательно осмотрела зыбкую бордовую массу. – Выглядит, правда, весьма аппетитно.
– Ты проголодалась?
– Не настолько, чтобы проесть путь к реке, если ты об этом.
– А жаль. Нет, Керен, другого выхода нет, придется обходить. Возможно, где-то есть переправа.
– Тогда идем. Делать нечего… Смотри. Это похоже на мостик… Хоть и плохенький. – Я кивнула на жалкое подобие моста – несколько трухлявых бревнышек, кое-как связанных лианами. – Давай я попробую первая, я полегче.
– Действуй. – Глеб пожал плечами, озираясь.
Я тоже не стала долго размышлять – подошла поближе и осторожно поставила ногу. Первый шаг был наиболее сложен, но дальше сразу стало легче, двигаясь медленно, я все же преодолела порядочное расстояние. Поначалу мне казалось, что река узенькая и хватит нескольких минут на то, чтоб перейти ее. Но, кажется, я ошиблась. Чем дальше я шла – местами ползла, – тем шире становилась водная гладь и длиннее мост. Один раз я не выдержала и обернулась. Глеб стоял позади – далеко-далеко. И что-то кричал мне, но я не слышала ни слова, а подсказывало мне – необходимо двигаться вперед, возвращаться нельзя. И я, сама не понимая почему, продолжила свой путь.