Кассандра
Шрифт:
— Резина была пробита в двух местах, — сообщил мастер, вручая отремонтированное колесо, — и это явно не гвозди на дороге. Скорее всего, кто-то над вами таким образом «пошутил».
«Вначале закрыл в подвале, а потом еще и колесо пробил, — задумался Леонид. — Выходит, кому-то было нужно, чтобы я вчера из мастерской Стаса никуда не уехал. Но для чего? Какие цели преследовались и кем?» Пожалуй, ответ на эти вопросы могла дать лишь встреча со Стасом, если только с ним ничего не случилось. Плохое предчувствие не покидало его, тревожа
Въехав во двор и увидев возле подъезда приятеля непривычно много людей и автомобилей, Леонид понял, что предчувствие его не обмануло. В основном здесь были люди преклонного возраста, очевидно, жильцы этого дома, которых привлекло какое-то событие.
Возле входных дверей стояли милицейский «бобик» канареечного цвета и молоденький ефрейтор, который наотрез отказался впускать Леонида внутрь и не пожелал отвечать на его вопросы. Тут во двор въехал серый микроавтобус, лихо развернувшись, задним ходом сдал прямо к входным дверям, чуть не придавив исполнительного ефрейтора, в последний момент отпрыгнувшего в сторону.
— Труп где? — показавшись из кабины со стороны пассажирской дверцы, спросил у матерящегося на чем свет стоит ефрейтора крупный лысый мужчина с длинной курчавой бородой, спадающей на грудь, и с какими-то странными кольцами, торчащими из ушей.
— Внизу, вашу мать! — никак не мог успокоиться ефрейтор. — Чуть не задавил! Вам что, мертвяков до плана не хватает, так решили расстараться?
— Соображать надо, а не остолопом у дверей стоять! — подал голос водитель, маленького роста мужчина в кепке, надвинутой чуть ли не на глаза — точная копия вора- карманника двадцатых годов, какими их показывают в фильмах о том времени.
Перебранку прервал лысый, который, зайдя в подъезд, позвал водителя. Тот вытащил из фургона носилки, легко подхватил эту ношу под руку и скрылся в подъезде. На этот раз Леонид рассмотрел то, что его поразило: в мочки ушей были вставлены стальные кольца диаметром сантиметров пять, которые невообразимо вытянули мочки! Было противно смотреть на эту растянутую беловатую плоть, туго обхватывающую кольца.
Минут через десять лысый и водитель показались вновь, неся на носилках что-то большое, тяжелое, прикрытое серой, несвежей простыней. Леонид понял, что это тело его друга, молниеносно рванул вперед, оттолкнул ефрейтора, который попытался вцепиться в рукав его пиджака, и бегом сбежал по лестнице в полуподвал. Двери мастерской были широко открыты, слышался разговор нескольких человек.
— Сто-о-ять! — раздался крик ефрейтора, все же успевшего ухватиться за ворот рубашки Леонида и теперь примеривавшегося, как заломить тому руку за спину.
— Сичкарь, что у тебя?! — спросил мужчина с залысинами, в не по погоде плотном сером пиджаке, появившись в дверях и окинув внимательным холодным взглядом Леонида. — Почему здесь посторонние?
— Проскочил, гад! Сейчас впаяем тебе суток пятнадцать за неуважение к правоохранительным
— Отставить, Сичкарь. Проверь у него документы, а сутки может впаять только суд, а не ты и не я, — строго заметил мужчина, собираясь скрыться в мастерской.
— Я близкий друг убитого и вчера вечером… ночью был здесь, — быстро сказал Леонид.
— Интересно, — произнес мужчина. — Следователь райотдела Митрохин Алексей Петрович. Документы есть?
— Водительское удостоверение. — Леонид достал его из кармана рубашки и протянул следователю.
— Теперь подробнее и по порядку. Следуйте за мной.
Леонид оказался в гостиной и не заметил никаких изменений в обстановке: расстеленная им постель на столе-кровати и обычный порядок-беспорядок. Немного волнуясь, сбиваясь, Леонид рассказал о вчерашнем приключении, связав свое заключение в подвале с убийством друга. Когда он закончил, следователь, по ходу рассказа задававший наводящие вопросы, перешел к главному:
— Почему вы думаете, что ваш друг был убит?
— А разве это не так? — растерялся Леонид.
— Экспертиза покажет, — туманно ответил следователь. — Пока предполагаю следующее: вернувшись сюда, ваш друг заметил приоткрытую дверь подвала и закрыл ее на замок. А так как был мертвецки пьян, то, поставив чайник, полный воды, на газовую плиту, завалился спать. Вода в чайнике закипела, погасила пламя, газ начал наполнять помещение. Форточки, окна закрыты наглухо — смерть наступила во сне. В итоге имеем несчастный случай. Это пока версия, более точно будем знать после вскрытия и проведения экспертизы. На всякий случай замочек на дверях подвала я тоже отправлю на экспертизу. Возражения есть?
— Можно, я загляну в другую комнату? — попросил Леонид, рассматривая раскрытую постель.
— Сейчас узнаем. — Он громко крикнул: — Тимофеич, у вас все? Свидетель может войти в комнату?
— Пусть заходит — мы закончили, — послышался голос, и Леонид, только на секунду зайдя туда, сразу же вышел.
— Стаса… обнаружили в какой комнате?
— Здесь, на постели, наполовину раздетого, видно, пытался лечь спать, как положено, но алкоголь оказался сильнее, — ответил следователь.
— Это гостевая кровать — он на ней никогда не спал. Вон та комната его, спальня. До какой бы степени опьянения он ни доходил, ночевал всегда там.
— Все когда-то происходит в первый раз. А умирают в первый и последний раз, — заметил следователь. — Не волнуйтесь, проверим. Продиктуйте моим помощникам, как с вами связаться: контактные телефоны и данные вашей подружки, которая вчера ночью сюда приезжала.
— Она мне не подружка, так — знакомая, — возразил Леонид. — Адреса точного не знаю, только улицу и ориентировочно дом — ночью ее подвозил. Номер мобильного есть.