Касси
Шрифт:
Не судьба, видно. Лучше они попробуют пока жить с другими оборотнями. Вернутся через пару десятков лет, когда человечка состарится или подохнет. Жизнь длинная, успеют ещё обосноваться в Речном доме, когда не будет этой кровожадной самки, которую альфа так возвысил.
К тому времени, когда Касси с малышкой заканчивали обдирать кору с вываренных прутьев, в Речном доме не осталось ни одной наложницы.
Последняя ночь в пустыне была холодной и сырой. Завтрашний день, если Богиня будет к ним по-прежнему благосклонна, будет последним днём перехода, и караван, наконец,
Чингар сидел у костра. Кругом спал бивак. Охрана невидимо кружила вокруг расположения. Невесёлые мысли лезли в голову альфы. Жива ли подарочная человечка? Сейчас он сожалел, что бросил маленькую хрупкую человеческую самочку одну, без защиты, в чужой стране, незнакомом доме. Хорошо хоть фавориткой сделал, это должно защитить её. Даже, если она всего лишь человечка, имеет короткий век и может быть с ним недолго, нужно малышку поберечь… Такая вкусная, такая сладкая…
Сон бежал от глаз. Несколько раз Чингар покидал пределы бивака и уходил далеко в пустыню. Темно, сыро, прохладно и тишина… Оборотень с трудом сдерживался, чтобы не обернуться и не помчаться к Речному дому, так невыносимо ему хотелось проверить, всё ли у человечки в порядке, лично убедиться, что она жива и здорова.
Только долг альфы клана удерживал его от этого безрассудного поступка. Нужно потерпеть: завтра приведут караван к месту назначения, потом впереди неделя необходимых клану встреч и договорённостей на ярмарке в Приморье, и они отправятся обратно.
Сегодня вечером остаток воды раздали животным. Лошади, мулы, ослы, верблюды страшно намучились во время перехода. Какое оживление царило среди них, когда разливали живительную влагу! Каждой животине дали по пол ведра. Гром, балованный жеребец альфы, с выразительными умными глазами, жалобно ржал и топал стройной ногой, требуя ещё и ещё воды.
В последний день перехода погрузку начали ещё в темноте. Когда из-за гор на горизонте появились первые лучи солнца, навьючили последнего верблюда и тронулись в путь.
На этом участке дороги нет песка, сплошные тёмные камни, но всё та же пустыня, только здесь - чёрная. Дорога настолько узкая, что верблюд еле умещает свои ноги. Местами круглые камни так навалены друг на друга, что непонятно, как мулы находят, куда ставить ногу и не замедляют шаг. К обеду камни так раскалились, что казалось мир превратился в огромную печь, в которой медленно бредущий по зною караван поджаривается до румяной корочки.
Тем временем, в Речном доме маленькая волчица во всю обучалась лозоплетению. Чтобы лоза не покрывалась плесенью, ее нужно просушивать в сухом отапливаемом помещении. Касси с маленькой волчицей устроили сушилку в кухне, у противоположной от плит стены. После вываривания и очистки прутьев, они раскладывали их на перевёрнутой деревянной решётке для винограда. Девочка время от времени прибегала и ответственно переворачивала лозинки. В результате древесина для плетения приобретала красивый золотисто-белый цвет.
Новая забава невероятно увлекла малышку. Они с Касси нарезали уже много прутьев, ходили за ними к озеру не раз.
Бывшие наложницы альфы, которые разошлись по домам, разнесли
Высушенную до воздушно-сухого состояния лозу девочки связывали в пучки, сортируя её по длине и толщине.
– Длинные и упругие прутики будем использовать для ручек и косичек, а мягкие, с большой сердцевиной—для стенок и донышек, - учила Асию юная нянька.
Часть прутьев Касси оставила неочищенными с корой желтого, красного, коричневого или зеленого цветов, чтобы потом иметь возможность украсить плетение.
Первая корзина, с которой работница Речного дома ходила на базар, произвела среди оборотней огромное впечатление. Касси вложила в неё всю душу. Но, кроме красоты, плетёнка оказалась невероятно легкой и удобной, особенно для переноски мягких фруктов.
А за маленькую плетённую мисочку, в которой кухарка поставила на стол сухие стручки горького перца, Асию домашние захвалили. Но это было только начало!
Спустя какое-то время, все работники Речного дома ходили на базар только с корзинами Касси. Круглые, овальные, продолговатые корзины и плетёный короб с ремнями на плечи – все эти вещи вызывали несомненный интерес у жителей селения. И наступил день, когда Касси взяла Асию за ручку и вышла со своими изделиями на базар - продавать.
Касси и маленькая волчица не успели даже разложить свой немногочисленный товар на прилавке, как его разобрали. Восторженная Асия положила свои первые заработанные деньги в золотую шкатулку, чтобы показать отцу, когда он вернётся, и без конца тайком открывала её, любуясь серебряными кругляшами монет.
Чингар в этот день тоже шёл между торговыми рядами огромной приморской ярмарки. Он уже закончил все дела и караван был готов к обратной дороге, отправление было назначено на утро следующего дня. Внезапно на глаза альфе попалось нежное ожерелье из розового жемчуга. Почему-то воображение мгновенно нарисовало ему нежные бело-розовые ягодицы человечки и его большие смуглые руки на них. Он взял в руки ожерелье и гладкие, нагретые солнцем, теплые жемчужины словно приласкали ладонь. Он купил его для неё…
В последний день перехода погрузку начали ещё в темноте. Когда из-за гор на горизонте появились первые лучи солнца, навьючили последнего верблюда и тронулись в путь.
На этом участке дороги нет песка, сплошные тёмные камни, но всё та же пустыня, только здесь - чёрная. Дорога настолько узкая, что верблюд еле умещает свои ноги. Местами круглые камни так навалены друг на друга, что непонятно, как мулы находят, куда ставить ногу и не замедляют шаг. К обеду камни так раскалились, что казалось мир превратился в огромную печь, в которой медленно бредущий по зною караван поджаривается до румяной корочки.