Касси

Белова Полина

Тем временем, в Речном доме маленькая волчица во всю обучалась лозоплетению. Чтобы лоза не покрывалась плесенью, ее нужно просушивать в сухом отапливаемом помещении. Касси с маленькой волчицей устроили сушилку в кухне, у противоположной от плит стены. После вываривания и очистки прутьев, они раскладывали их на перевёрнутой деревянной решётке для винограда. Девочка время от времени прибегала и ответственно переворачивала лозинки. В результате древесина для плетения приобретала красивый золотисто-белый цвет.

Новая забава невероятно увлекла малышку. Они с Касси нарезали уже

много прутьев, ходили за ними к озеру не раз.

Бывшие наложницы альфы, которые разошлись по домам, разнесли слух, что человечка варит из веток ядовитые зелья. Поэтому над охранником, который носил за девочками прутья, на обратном пути от озера больше никто не подшучивал. Встречные смотрели на оборотня с сочувствием, гадая доживёт ли бедняга до возвращения альфы. На человечку оборотни смотрели с опаской, как на маленькую ядовитую змейку: вроде бы и легко раздавить такую одной ногой, но мелочь может смертельно ужалить.

Высушенную до воздушно-сухого состояния лозу девочки связывали в пучки, сортируя её по длине и толщине.

– Длинные и упругие прутики будем использовать для ручек и косичек, а мягкие, с большой сердцевиной—для стенок и донышек, - учила Асию юная нянька.

Часть прутьев Касси оставила неочищенными с корой желтого, красного, коричневого или зеленого цветов, чтобы потом иметь возможность украсить плетение.

Первая корзина, с которой работница Речного дома ходила на базар, произвела среди оборотней огромное впечатление. Касси вложила в неё всю душу. Но, кроме красоты, плетёнка оказалась невероятно легкой и удобной, особенно для переноски мягких фруктов.

А за маленькую плетённую мисочку, в которой кухарка поставила на стол сухие стручки горького перца, Асию домашние захвалили. Но это было только начало!

Спустя какое-то время, все работники Речного дома ходили на базар только с корзинами Касси. Круглые, овальные, продолговатые корзины и плетёный короб с ремнями на плечи – все эти вещи вызывали несомненный интерес у жителей селения. И наступил день, когда Касси взяла Асию за ручку и вышла со своими изделиями на базар - продавать.

Касси и маленькая волчица не успели даже разложить свой немногочисленный товар на прилавке, как его разобрали. Восторженная Асия положила свои первые заработанные деньги в золотую шкатулку, чтобы показать отцу, когда он вернётся, и без конца тайком открывала её, любуясь серебряными кругляшами монет.

Чингар в этот день тоже шёл между торговыми рядами огромной приморской ярмарки. Он уже закончил все дела и караван был готов к обратной дороге, отправление было назначено на утро следующего дня. Внезапно на глаза альфе попалось нежное ожерелье из розового жемчуга. Почему-то воображение мгновенно нарисовало ему нежные бело-розовые ягодицы человечки и его большие смуглые руки на них. Он взял в руки ожерелье и гладкие, нагретые солнцем, теплые жемчужины словно приласкали ладонь. Он купил его для неё…

Глава 12.

Чингар гнал караван, как никогда, но сам едва ли замечал это. Погонщики тихо роптали, воины посматривали на альфу с недоумением. Оборотень скрежетал зубами от нетерпения. До Речного селения оставалось

всего пол дня пути, но наступила уже глубокая ночь, животные едва передвигали ноги, и заставлять их продолжать двигаться дальше, было чревато падежом скотины. Чингар нехотя дал указания располагаться на ночлег.

Осень уверенно вступила в свои права, было ветрено и холодно, потрескавшееся русло степной речушки, до которого они дошли к вечеру, наполовину заполнилось мутной, почти стоячей, водой. Развьюченные животные устало побрели на водопой, устраиваясь на отдых тут же, поближе к реке. Стреноженные лошади выискивали ростки ненадолго ожившей зелёной травы. Вскоре начнутся первые ночные заморозки, и эта последняя зелень скукожится и почернеет.

Степные кошки чуяли рыбу в специальных ларях и давно кружили в непосредственной близости от каравана, заставляя воинов быть бдительными и вынуждая альфу оставаться рядом на случай нападения животных всей стаей.

Если бы не эти опасные твари, он уже побежал бы домой, с этой последней стоянки волком за пару часов домчался бы до дома, а там, наконец, ароматная человечка… Надо было взять её с собой. Кто ж знал! Чингар даже представить не мог, что будет так бредить об этой малышке все непростые дни морских торгов.

Две оборотницы, которых таскали с караваном специально для него и воинов, не вызывали в нём ни малейшего желания. Он даже не подошёл ни разу ни к одной из них. Торговые партнёры после заключения сделок не раз, кроме обильного обеда или ужина, предлагали ему «угощение» в виде хорошенькой юной девочки, но Чингар вежливо отказывался. Ему до одури хотелось женщину, но именно свою человечку! Он даже, на какое-то время, заподозрил в себе болезненную склонность к этим мотылькам-однодневкам и прошёлся по торговому ряду с человеческими рабами. В некоторых клетках находились изумительные красавицы, и раньше, Чингар точно не удержался бы и прикупил парочку, но сейчас почти равнодушно прошёл мимо. Он хотел только ту, что осталась фавориткой в Речном доме.

Чингар предвкушал, как затащит её в спальню и когтями сдерёт с девчонки всю одежду, до самого последнего лоскутка, чтобы ничто не мешало её восхитительному запаху благоухать в его комнате, а ему самому брать её, как только вздумается. Он не выпустит её долго, очень долго, будет вонзать член во все её узкие дырочки, в самых разных позах и дышать ею, снова и снова, пока, наконец, не насытится за всё то время, когда думал о ней и с усилием гнал из головы её манящий запах во время важных переговоров.

Даже если человечка не выдержит такого напора и сдохнет под ним, плевать! Он хочет эту девчонку до скрученных яиц, член вскакивает в боевую готовность от одной, случайно проскользнувшей, мысли о ней, и больше Чингар не намерен терпеть!

А няньку Асие он, при необходимости, найдёт другую, если хрупкая малышка не сможет выдержать его желания! Нет! Точно, в любом случае, найдёт другую! Лучше, если человечка будет жить в его спальне и принадлежать ему одному, пока жива. Да и вряд ли она сможет ходить... Жаль, но Степной альфа не привык ограничивать себя с женщинами, тем более с человеческими!