Катарсис
Шрифт:
Первое, что совершил этот ангел после своего появления - выстрелил в меня лучом своей энергии из золотистого наручника. В то место, где я находился лишь мгновение назад.
Мои инстинкты буквально кричали мне, что нужно бежать от этого существа в золотых доспехах как можно дальше. Каким-то неведомым для самого себя образом я понял, что ЭТО может уничтожить
Но куда мне было бежать? Где прятаться в Городе, что отныне был глух к моим приказам и безразличен к мольбам?
И я дрался, сражался, пытался достать своего врага щупальцами, метал в него острые шипы на которых, не так давно, нашли свою кончину марионетки.
Ангел же словно играл со мной, выпуская сгустки энергии и не позволяя приблизится для атаки. Лишь для того, чтобы в один момент ринуться мне на встречу, с появившимся пламенным клинком в руках.
Его оружие лишь слегка задело меня, но этого было достаточно.
Пламя начало пожирать мое эфемерное тело, пытаясь выжечь осколки памяти, поглотить разум и побороть суть. Всё это в процессе невероятной агонии, словно вся боль мира обрушилась на мой разум...
...Все дальнейшие события я помню словно со стороны. Мой разум затуманен болью, а простое движение даётся с трудом. Будь я в мире живых, то сказал бы, что вижу кошмарный сон.
Только вот мёртвые не могут спать.
Из раскрытой ладони Ангела вытекает едва светящийся туман дабы сковать меня в неком подобии кокона. Новые марионетки несут странные листы прозрачного материала и соединяют вокруг моей поджаренной тушки, заключая меня в прозрачную сферу.
Дальше сфера поднимается вверх, прямо в чрево огромного корабля, где часть пути я проведу в тёмном и тихом месте, но то, что ожидало меня дальше, нельзя передать словами...
И я искренне надеюсь, что больше никто и никогда не окажется свидетелем подобных событий. Но я знаю, что мои надежды тщетны...
Не знаю,
Скажу лишь то, что оно походило на внутренности жуткой, Дьявольской машины.
Я видел свет, в котором кружились туманные людские образы и видел, как ненасытные машины собирали этот туман со множеством кричащих лиц, а поток не прекращался ни на миг.
Видел, как их прессуют, как размалывают призрачную плоть попавших в это место людских душ.
Видел как души женщин и мужчин, детей и стариков кидают в плавильные печи и из получившегося металла куют Чёрные Шестеренки.
Видел, как души перерабатывают в призрачное масло и вливают его в "марионетки" и механизмы, дабы могли они двигаться.
Видел, как плавят душу ребенка и как она кричит в тишине, дабы создать восковую маску для очередной "марионетки", и как эта мерзость, получившее подобие жизни за счёт чужого естества, становится у очередного дьявольского станка.
...Пока же, мою сферическую тюрьму доставили в странное место. Огромную пещеру, в которой может уместиться население целой страны. Но в которой растёт старое дерево, завёрнутое в металлическую проволоку и цепи.
На ветвях которого подвешены аналогичные сферы.
Одни были пусты. Другие заполнены темнотой. Третьи дымом и туманом. А где-то алыми гроздьями висели сферы, наполненные кровью...
Меня подвесили на одной из ветвей, прикрепив к сфере странные кабели и ушли, оставив дожидаться своей таинственной, но не менее жуткой участи...
Единственное, что мне оставалось, вопрошать в пустоту:
– Зачем?
Если это то, что ожидает меня после смерти, то вечно голодная Бездна и Пустота не более и не менее, чем величайшая милость этой странной реальности...