Катастрофа
Шрифт:
— Сэр, считаю своим долгом предупредить вас, что у этой планеты очень большая сила притяжения. Я продолжаю сбрасывать скорость. Почти рядом спутники. К тому же, кажется, на планете начинается извержение вулкана.
Хеллер взглянул на экран — действительно, там было на что посмотреть. Планета представляла собой красивое яркое зрелище: сам Сатурн был желтоватого цвета, который у экватора переходил в светло-зеленый, и именно здесь по поверхности тянулись красно-коричневые полосы. Но что-то в облике планеты внушало мне страх.
— Я
Хеллер презрительно фыркнул, но ответа меня удостоил:
— Поверхность планеты целиком состоит из газа. Помолчите немного — я должен произвести расчеты.
У меня не было ни малейшего представления, что он собирался рассчитывать. Хеллер навел телескоп на кольцо, ближайшее к нам. Казалось, оно состояло из тысяч, миллионов, миллиардов массивных частиц, медленно движущихся по кругу.
Подведя корабль почти вплотную к кольцу, Хеллер приспособился к движению частиц, так что казалось, буксир стоит на месте. Если бы не едва заметное перемещение звезд. Правда, меня озадачило, что звезды тоже почти оставались на месте: эта планета должна была вращаться вокруг своей оси куда быстрее, чем Земля.
— Умница, включи магнитное излучение. На полную мощность. Мы возьмем один кусочек побольше, а потом, если что, пообтешем его.
— Кусочек чего? — не понял я.
— Льда, — объяснил Хеллер. — Эти частицы — лед. Несколько миллиардов тонн.
— И мы проделали весь этот путь из-за кусочка льда?
— Именно так. Мы могли бы позаимствовать его у какой-нибудь кометы, но, к сожалению, нам по пути не попалось ни одной. Впрочем, здесь лед чище. Да и не нужна нам слишком большая глыба. Так что Сатурн не обидится.
— Что, ради всего святого, вы собираетесь с ним делать? — не удержался я.
— Сбросим на полюса Земли, — объяснил Хеллер. — Тогда они не будут больше дрейфовать, а то из-за них море заливает участки суши.
— Вы хотите добавить воды, чтобы остановить наводнение? — О мой Бог, зачем ты отдал меня в руки этого безумца?
— Несколько миллиардов тонн воды ничего не значат. Вода — ужасно тяжелое вещество. Лед, который мы возьмем с собой, даже не сравняется по массе с небольшой горой. Давай, Умница.
К реву антигравитационных приборов присоединился грохот тяговых двигателей.
— Скорость отрыва от планеты — двадцать две мили в секунду, — заявил Умница. — Осмелюсь внести предложение: давайте сделаем половину оборота вместе с планетой. На это уйдет пять часов и семь минут.
— Хорошо, — согласился Хеллер. — Выполняй.
В сердце корабля заработали дьявольские "будет-было".
Хеллер смотрел в экран заднего обзора. Мне показалось, что во внешнем кольце Сатурна произошли какие-то изменения, потом я заметил в потоке ледяных частиц небольшую дыру, которая начинала постепенно увеличиваться в размерах.
Очень, очень медленно мы начали
Через пятнадцать минут я сказал:
— Мы сделали в кольце дыру.
— Ничего, она скоро исчезнет, — успокоил Меня Хеллер. — Учитывая общий объем кольца, можно сказать, что мы практически ничего не изменили.
Хорошенькое «ничего». Казалось, все небо сзади нас было завалено льдом!
— Какой-нибудь землянин-астроном увидит нас в телескоп, — неуверенно проговорил я.
— Сомневаюсь. А если даже и так, он решит, что это всего лишь новая комета.
— Но уж пилоты-убийцы наверняка нас заметят, а они-то знают, в чем весь фокус.
— Вы слишком нервничаете, — отозвался Хеллер.
— Я весь — сплошной комок нервов, — пожаловался я. — Почему бы вам не разрешить мне прилечь на нормальную постель и немного поспать?
Хеллер не обратил на мою просьбу никакого внимания.
Шло время. Мы со своим грузом постепенно удалялись от планеты под невыносимый рев "будет-было".
Умница оказался прав. Пользуясь дополнительной орбитальной скоростью, мы все дальше уводили от папаши Сатурна огромную ледяную массу, и на все наше мероприятие ушло чуть больше пяти часов.
Буксир начинал набирать скорость; лед переливался всеми цветами радуги в лучах далекого Солнца, ярким пятном горевшего в чернильной пустоте космоса.
Хеллер при помощи корабля рассчитывал наш курс на Землю.
Сколько бы я ни ошибался в жизни, какие бы проблемы ни предстояло мне решить, в одном я был уверен на все сто процентов: пилоты-убийцы ни за что не упустят нас. Корабль-убийца уже притаился в засаде. И эта мысль ледяным холодом вливалась мне в сердце.
Глава 8
Гигантские «будет-было» грохотали изо всех сил в тщедушном тельце нашего буксира в сопровождении дикого рева тяговых двигателей. На протяжении миллионов миль, сквозь космическую мглу, мы, надрываясь, тащили за собой миллиарды тонн серебристого льда. Один раз во время полета мы достигли скорости света, отчего корабль едва не развернуло, и нам пришлось резко сбавить скорость. Сейчас мы снова приближались к месту нашего паломничества, за спиной — тысячи пройденных миль, вокруг — чернота космоса, впереди — знакомая орбита Земли.
Хеллер в это время занимался расчетами скорости вращения Земли и ее координат по отношению к Солнцу. Несколько раз он менял скорость, и наконец был установлен нужный угол, под которым мы приближались к планете.
На небосводе ярким пятном уже обозначилась Земля, потихоньку приобретающая форму шара, границей света и тени разрезанного, как яблоко, на две половинки.
Хеллер подождал, пока мы не приблизились к Земле на расстояние четырех лунных орбит, и отложил свои расчеты. Корабль с ледяным грузом быстро двигался вперед.