Катастрофа
Шрифт:
Глава 7
Когда через несколько часов мы вернулись в ангар, тот представлял собой очень странное зрелище.
Хеллеру удалось кое-как взобраться по стене и отключить электронный проектор, чтобы немножко рассеялся дым. В кои-то веки в это помещение проник свежий воздух — наверное, впервые за восемь, а может, и больше, лет.
По вызову Хеллера примчался Прахд и сделал мне временную перевязку.
На скамье лежал связанный Гайлов-Ютанк.
Графиня Крэк с бластерным ружьем в руках охраняла входы и выходы на случай,
Хеллер поставил посреди ангара стол, вокруг него располагались стулья, на которых сидели все офицеры базы с надежно связанными руками и ногами.
Остальной персонал, принимавший участие в нападении и чудом оставшийся в живых, был также стреножен, сложен в ряд на полу и медленно приходил в сознание.
Прахд, обойдя по очереди всех офицеров и надев каждому кислородный респиратор, подал Хеллеру сигнал, что он закончил.
Хеллер постучал по столу рукояткой ручного бластера и спросил:
— Ну что, все проснулись?
Фахт-бей и другие офицеры испуганно таращились на него, сознавая, что им ни за что не освободиться из пут, которыми они были привязаны к стульям.
— Отлично, молчание — знак согласия, — сказал Хеллер. — Объявляю собрание открытым. Первым пунктом повестки дня значится обсуждение вопроса о статусе этой базы.
— Первым пунктом повестки дня, — прервал его Фахт-бей, мотнув головой в мою сторону, — значится проведение суда над Солтеном Грисом!
Я, связанный так же, как и офицеры, сидел на стуле чуть в стороне — там, где обычно размещается подсудимый.
— Нет, мы еще доберемся до этого вопроса, — возразил Хеллер. — До меня дошли слухи, что вам сказали, будто я пришел сюда с целью убить вас. Мне бы хотелось вывести вас из заблуждения. — С этими словами он извлек из кармана копию приказа Великого Совета и копию собственного офицерского удостоверения и зачитал вслух, очень серьезным голосом, все, что там было написано. Потом продемонстрировал бумаги, чтобы все убедились в наличии подписей и печатей. — Удовлетворены?
Все офицеры, в том числе и Фахт-бей, утвердительно кивнули.
— А теперь перейдем к пункту первому, — сказал Хеллер. — Как оказалось, эта база не значится ни в одном списке. Следовательно, она не существует. Что здесь происходит, ведомо только Аппарату, но, насколько я имел возможность убедиться, сотрудники базы занимались контрабандой. Я стал свидетелем того, что вы занимались нелегальным провозом опиума, героина и амфетамина на Волтар. Я положу этому конец.
— Вы не имеете права! — возмутился Фахт-бей.
— Имею, — ответил Хеллер. — В соответствии с полномочиями королевского офицера, предоставленными мне его величеством, я ликвидирую эту базу именем волтарианского Флота.
— Глава Аппарата убьет нас! — взвыл Фахт-бей. Хеллер направил бластерное ружье на офицеров и сказал:
— Думаю, что, когда я вернусь, на Волтаре произойдут кое-какие изменения. Но даже если нет, вы всегда сможете заявить, что вас принудили к этому под дулом ружья.
Офицеры беспокойно следили за стволом ружья.
— Весь
Офицеры заволновались: Аппарат выплачивал своим служащим жалкие крохи, тогда как флотские получали намного больше.
— Значит, и мне будут платить? — спросил Прахд, застыв на месте с респиратором в руках.
— И вам будут платить, — заверил его Хеллер.
О боги, какую кашу он заварил! Официально Прахд считался мертвым! Большинство остальных были из числа приговоренных к смерти убийц, объявленных вне закона.
— Вы знаете, — проговорил Фахт-бей, — что многие из нас не имеют социального статуса?
— Я подозревал. Но, согласно уставу Флота, королевский офицер, независимо работающий на незавоеванной территории, может самостоятельно набирать и официально призывать на военную службу рекрутов любого социального положения и гарантировать им амнистию. Ваши гражданские права будут восстановлены.
Офицеры смотрели на него во все глаза, открыв рты, будто глотали каждое слово, и, когда Хеллер закончил говорить, начали переглядываться.
Вдруг Фахт-бей снова мотнул головой в мою сторону:
— А к нему это относится?
— Конечно, нет, — ответил Хеллер.
— А что с ним будет? — не унимался Фахт-бей. — Он выдал базу. Он виновен в множестве гнусных преступлений. Он не будет освобожден? Вы не допустите этого?
— Я обязался доставить его на Волтар, чтобы отдать под суд, — обнадежил его Хеллер и указал на Гайлова-Ютанк: — Я возьму с собой заверенные показания вот этой твари, и, если их присоединить к его обширному делу, думаю, суд незамедлительно приговорит Солтена Гриса к расстрелу.
Все вдруг зааплодировали, даже связанные охранники начали радостно вопить — ангар едва не лопнул от переполнявших его эмоций.
Когда волнение немного улеглось, Фахт-бей обвел взглядом своих бывших подчиненных и воскликнул:
— Мы принимаем предложение?
Шум восторженных голосов едва не оглушил меня.
— Теперь отвяжите нас, чтобы мы могли приступить к работе, — попросил Фахт-бей. — Нам нужно придать этому зданию подходящий для помещения Флота вид.
Я бросил на них разъяренный взгляд. Перебежчики. Подонки. И это после всего, что я для них сделал!
Но хорошо смеется тот, кто смеется последним. Никто из этих несчастных глупцов и не подозревал, что на Волтаре теперь заправляет Ломбар.
Я должен им подыграть. Я должен притвориться, будто смирился с тем, что мне конец. Может быть, мне даже удастся заставить их поверить, что я хочу им помочь.
На выходки Хеллера на Волтаре не посмотрят сквозь пальцы. Они думают, что я их пленник. На самом деле это они в моей власти.
Я так поверну дело, что королевский офицер, которому так аплодировали эти тупицы, скоро окажется в могиле. А потом туда же последуют и остальные! Они обманули доверие могущественного Ломбара Хисста, самого влиятельного человека на Волтаре.