Катрина

Лукьянов Олег Валерьевич

Она вновь улыбнулась. Широко. Так что приятно заболели щеки. Со стороны наверно походила на дурочку. Поднявшаяся из сердца волна тепла окутала все тело…

— Соберись, Эльва! — прошептала она, подражая задумавшемуся человеку, — твои планы еще далеко не выполнены. Радоваться жизни будешь потом — сейчас надо действовать.

Проклятое человеческое тело! Чувства, которые доселе она испытывала, никогда не были такими сильными! Неужели органическое тело аккумулирует их, и действует как усиливающий катализатор? Вот выявился и еще один недостаток: почти треть человеческого мозга отвечает за эмоции…

Какая же это трата драгоценных ресурсов!

Она вновь напомнила себе, что не стоит слишком радоваться: у людей много недостатков, пару из которых она только что обнаружила.

Она должна совмещать в себе достоинства и человека и машины. Человеческие эмоции следует держать в узде и ни в коем случае нельзя искоренять безжалостность и холодность машины, чтобы уметь применять их когда того потребуют обстоятельства.

Легко сказать, да трудно сделать. Как сдерживать эмоции? Может быть, стоит в них разобраться?

Неверной походкой идя в каюту капитана, она попыталась распутать копошащийся в ней клубок чувств.

«Откуда взялось счастье и радость понятно. Но почему в глубине прячется стыд и чувство вины? Ах да, я ведь прыгнула через голову самого дорого мне человека… Но ведь это необходимо! Это в его же интересах! Так откуда взялось чувство вины?! Почему оно коробит внутренности?!»

Окатившая ее волна злости и ярости немного отрезвила разум. Прежде всего, она высокоразумное существо — и только потом, нежный, ласковый, радующийся жизнью человек…

Что касается Его… Капитана… Сияющего… Она будет использовать его в темную точно так же как и всех других. Она умнее любого человека. Она — та, кто столетиями бороздила космические океаны, она — та кто способна провести сверхсложные расчеты и учесть любые вероятности. Ее разум находится на уровне недоступном ни для одного человека.

Она умнее… Она человек и суперкомпьютер в одном лице. И Сияющий будет делать, то что она от него ждет. Он не сможет заподозрить, что действует в рамках ее планов.

Нет, Эльва не хотела сказать, что её капитан глуп. Для человека он довольно умен. Конечно, с более опытными богами сравнения не выдерживает, особенно с той, что зовет себя Сонией, но, в конце концов, он молод даже по меркам людей…

Теоретически он мог бы ее раскусить, если бы надолго задумался над этой проблемой, но у него просто не хватает времени чтобы надолго о чем-то задумываться. Последние события, необходимость реагировать на окружающую действительность, и постоянное совершенствование своей божественной сущности просто-таки пожирает его время.

Поэтому она возьмет его судьбу в свои руки. Даже сейчас она входит в его каюту согласно принятому ранее плану…

Когда босые ноги вступили на предкроватный ковер, Эльва поняла насколько холодно было идти по металлическим плитам пола. Но она опять отвлеклась на чувства — сейчас перед ней стояла задача максимум: психологически обработать капитана. Привести его в чувство, по возможности с ним примириться, и протянуть вместе с ним в каюте столько времени, сколько понадобится…

Она жаловалась, просила прощения, рассказывала занятные истории, но удерживала его на месте. Да, она не знала кто на самом деле построил колосс, да она дезинформировала, сказав что ОСА вложила деньги не

на восстановление корабля, а на строительство, да, картина очень странная…

Она боялась, что не справится и он уйдет, но время, наконец, пришло. Круз, оставшаяся мониторить необъятное пространство корабля, сообщила по встроенному в ухо Эльвы передатчику, что расчетное время прибытия цели составляет десять секунд…

Она обняла его крепко, и он спросил со вздохом:

— Тебе обязательно ко мне прижиматься?

— Нет, но мне это доставляет удовольствие… — сказала она, при этом ничуть не солгав. — Надеюсь, ты не против?

Она прильнула к нему еще сильнее. Она видела, как это делается в видеофильмах: нежная женская грудь касается сильного плеча мужчины, а губы подводятся к уху…

Дверные шлюзы, дистанционно управляемые Круз, разъехались в стороны, и на пороге возникла Наги–Найта. Ее зрачки сузились, радужки потемнели, взгляд заледенел.

«Удалось! Получилось!»

Нахлынувшее новой волной чувство счастья и радости от осознания идеально проделанной работы, быстро уступило место страху, когда Эльва увидела в руках эльвийки огромный пистолет.

«Почему Круз не сообщила, что у нее пистолет?! Она ведь может выстрелить!»

Но хвала Богу, как говорят люди, она не стала делать никаких грязных вещей — чуть постояла, пока муж хлопал глазами, а потом мгновенно исчезла — словно ветер сдул с порога.

Он хотел броситься за ней, но Эльва вцепилась в него крепче:

— Не делай этого! — воскликнула она. — Дай ей уйти!

Но он не послушал, отцепил от себя ее руки, и выбежал ей вслед.

Оставшись одна, она распростерлась на перине и раскинула руки на подушки. Наверно только Круз, наблюдавшая за ней в этот момент, видела появившуюся на ее лице кривую улыбку. А еще она видела, что портрет воина с седыми висками, глядя на Эльву из золотой оправы картины, очень специфически прищурил глаза.

Но Круз не придала этому значения — решив, что ей это только померещилось.

Часть 2 Полготовка

Глава 1 Федерация

Что со мной происходит?

Лара погибла, а кроме слабого отголоска сожаления, по этому счету я не испытываю ровно ничего. Эльва и Фарк меня предали — я их не прощал, но во мне нет ни разочарования, ни злости. Хуже всего, что в душе ничего не переворачивается от осознания, что Найта больше не со мной.

С момента, когда она застала меня в обнимку с красноволосой девчонкой, прошло две недели, но тогдашнее выражение её лица я помню в деталях. Раздутые ноздри, стиснутые челюсти и глаза… в них полыхало яростное пламя.

…Она сильно изменилась. Была ли тому виной Лара, ударившая ей ножом в спину, или дело в том недоразумении с Лара–Эльвой?

Не важно. Найты больше нет — можно с этим свыкнуться.

— Отец, мы почти на месте, я настаиваю, чтобы ты переоделся в парадную форму.

Я глянул на Эльву, надевшую строгое платье, отметил, что в нем она больше напоминает поп–звезду на светском рауте, чем секретаря официального лица, и помотал головой: