Каятан
Шрифт:
— Обстоятельства уже были другими. На тот момент мы все делали правильно.
— Да… Теперь он работает на Аан.
— И все это точно?
— Точно. Что именно он передает, я не знаю, но сам факт был зафиксирован несколько раз. Кроме того уже несколько лет он перевозит капиталы в Аан. Имение себе там купил и дом в столице. Так что его земли нам пригодятся.
— Он выкрутится. Пойдет на соглашение с Кларенсом, хоть тот его и не любит. В результате казнить мы его не сможем, а уволить с той работы, которую он выполняет великолепно, все равно придется.
— А я и не говорил, что мы будем его казнить. Мы обвиним его в измене уже после несчастного случая.
— Какого
— Пока не знаю. Но это-то я организовать сумею. С лошади упадет, или ограбят его неудачно, а уж потом мы представим доказательства его связи с иностранными «особыми» службами. А после, поскольку в роду Литон никого больше не останется, мы будем иметь все права, чтобы конфисковать его имущество в собственность Короны.
— Он отличный фехтовальщик — пятый ранг как-никак.
— С десятком моих людей даже он не справится. А может, — Хасат сделал паузу, — может, я вообще кого-нибудь со стороны привлеку. А потом на этого «кого-то» сначала все повесим, а следом и зачистим.
— План хороший, но…
— Я уже говорил, что эта девчонка тебе не подходит, — в голосе Хасата появилось нетерпение. — И не смотри на меня так, будто я у тебя мысли читаю, — и без того все понятно. Литонская дочка — своевольное, взбалмошное дитя. Во-первых, ей едва шестнадцать исполнилось, во-вторых, той королевой, которая тебе нужна, ей никогда не стать.
— Но она…
— Мало ли красивых баб? Не веди себя как мальчишка: видел-то ее один раз, а она уже мешает тебе работать. По-моему, очень красноречивый симптом.
У Ролиана испортилось настроение — он действительно имел на эту девочку кое-какие виды, но Хасат, как всегда, был прав, уже в который раз.
— Могу рассказать тебе, что тогда случилось в Чайной.
— Неужели? Я думал, этого вообще никогда не произойдет: сколько времени прошло.
— А зачем торопиться-то? Ничего срочного там не было. А такие образцы для исследований мне не каждый день попадаются. Значит, так: мне удалось со стопроцентной точностью установить, что во время происшествия было использовано два четковыраженных вида магии. Магия накхов…
— Я же говорил!
— …и магия демонов.
Ролиан выдохнул: этого он предположить не мог.
— Но откуда там взяться демону?
— Ты был абсолютно прав насчет того, что накхи задумали какой-то эксперимент. Только ошибся в том, что это эксперимент на людях. Уж не знаю, каким способом, но накхам, а точнее — накху удалось пленить одного демона, и не какого-нибудь, а, судя по всему, одного из сильнейших во всей Багровой Пустыне, — и накх, разумеется, тоже был не из последних. Пленив демона, «черный» запихал его в клетку, подвесил на своего дракона, сел сверху сам и преспокойно полетел в сторону Черной Земли. По пути что-то пошло не так. Сначала по каким-то причинам перестало действовать что-то весьма похожее на заклинание невидимости, а затем клетка с демоном и вовсе свалилась на землю, прямо на Чайную. Накху это, конечно, не понравилось, и он тоже опустился вниз, потом спешился, и тут-то и началось самое интересное. Демон вылез из клетки, встал напротив него. После чего они ударили друг по другу самым сильным из того, что у них было. В итоге — ничего, кроме трупов, там не осталось. Даже клетка, оказавшись в пределах нашей видимости, сразу же испарилась.
— И тебе потребовалось столько времени, чтобы определить, что там одни трупы?
— Это я понял еще за полчаса до деревни, по запаху. Полгода мне потребовалось для тщательного изучения обнаруженных материалов. К моему величайшему сожалению, несмотря на всю уникальность нашей находки,
— А цепочка зачем? — спросил Ролиан.
— На шею вешать. И советую: если в нем не возникнет надобности, не снимать.
— А почему сразу не выпить? — спросил Ролиан, принимая из рук мага склянку.
— Если очень хочется, можешь, конечно, выпить или в суп по вкусу добавить, но я бы тебе не советовал. Это не для того.
— А для чего?
— Это… я смог сделать только два экземпляра… на основе кое-каких моих исследований… — вытащив из-за шиворота флакончик — точно такой же, как и тот, что был сейчас в руках у Ролиана, — Хасат расстегнул цепочку и продемонстрировал свой экземпляр зелья, — в общем, это для… — вместо объяснения, Хасат начал что-то бормотать себе под нос, воздух вокруг уплотнился. Ролиан попробовал проверить, что творится в астрале, но, к своему удивлению, не смог выпустить своего сознания за рамки обычного пространства.
— Можешь не напрягаться понапрасну: я окружил нас дополнительной защитой.
— Но «астральный туман»…
— …неплохая штука в обычных случаях. Дело в том, что все это время я не дурака валял, как ты думаешь, а создавал оружие.
— Оружие?
— Да, к сожалению, одноразовое, но оно стоит потраченного времени, и мы должны быть уверены, что кроме нас двоих о нем никто знать не будет.
Инар снял тугие колпачки с обеих склянок, сжал щепотью левой руки фалангу указательного пальца Ролиана и дотронулся до нее кончиком своего пальца. Едва заметно кольнуло, выступила капелька крови. Уронив по красной слезинке в каждый из флакончиков, Хасат вернул колпачки на свои места.
— Способ узнавания, — пояснил он свои действия, застегнув цепочку у себя на шее, Ролиан сразу же последовал его примеру, — моя кровь там уже есть.
— Ясно, а работает как?
— Просто разбей, можешь даже об голову.
— Противника?
— Разницы никакой, можно и о свою. Радиус поражения — сто метров. Поражает всех, кто владеет Даром, на мастеров келото — правда, начиная только ранга с шестого, тоже действует.
— «Действует» — это в каком смысле?
— В том самом, — ответил Хасат. — И лучше на эту штуку не полагайся, пусть это будет самый последний, страховочный вариант…
Часть третья
Потери
Глава 1
1115 г. Термилион. Туалон. Верхний город.
11 день 2-го месяца.
Долгое утро
Вот уже целую вечность утро изо всех сил пыталось перейти в день, но, вместо того чтобы наконец сделать это, только тянулось, тянулось, тянулось… Время в очередной раз играло с ним злую шутку: замерев поздним вечером, оно подарило ему на раздумья, казалось, целую жизнь. Граф бросил взгляд на часы — до девяти оставалось не больше пяти минут. Ожидание все-таки подошло к концу. Пройдет еще каких-то два часа — Мэтью был абсолютно уверен, что вот это время пролетит для него как одно мгновение, — и ему придется все ей рассказать, своей дочери.