Казачий князь

Трофимов Ерофей

– Скажет, княже. Покоен будь, – зловеще усмехнувшись, пообещал хорунжий.

– Мытарить станете? – упавшим голосом спросил арестованный.

– А ты говорить начинай, и никто тебя пальцем не тронет, – хмыкнул Шатун. – Сказано же, сам ты мне не интересен. А вот Сиплый твой, да тот, кто его нанял, чтобы стрелка найти, очень даже. Так что тебе решать, как дальше быть. Но учти. Соврёшь хоть в какой малости, пощады не будет, – зло закончил парень, уже сидя в седле и разбирая повод Беса. – Где вы с Сиплым промышляли прежде?

–

Так в Краснодаре, – испустив тяжёлый вздох, отозвался стрелок.

– Там он и поручил тебе в меня стрелять?

– Да.

– Сколько вас сюда приехало?

– Я один. Ватага наша всего из пяти голов состоит, а у Сиплого уже новое дело задумано было, когда он велел мне сюда ехать.

– А как говорил? Кого именно искать приказал, как описывал?

– Сказывал, искать высокого, статей богатырских. Обычно в казачьей одёже ходит, но с погонами офицерскими. Сказал ещё, другого такого в городе больше нет.

– Это точно, – со странной усмешкой согласился хорунжий.

– Что ещё приказывал? – покосившись на него, уточнил Руслан.

– Ничего. Велел стрельнуть, да сразу из города уходить. Я тут седмицу уже живу. Думал поначалу прямо на подворье тебя достать, да после понял, что не выйдет. Там и казаков много и собаки имеются, да ещё и горец какой-то всё время по двору со штуцером ходит. Вот и решил тебя прямо в городе достать. Да не свезло. Тебе словно сам чёрт ворожит. Я по летящей птице не промахивался, а тут почитай в упор промазал.

– Выходит, не пришло ещё моё время, – иронично хмыкнул Шатун. – А кто заказ на меня давал, знаешь?

– Нет. То только Сиплого дела. Он вообще всю ватагу в стороне от своих знакомцев держал. Мы только дело делали, да после долю с добычи получали. А само дело он сам задумывал.

– Ловок, пёс, – оценил манеру командования хорунжий.

– А в Краснодаре где ватага ваша жила? Дом снимали, или каждый сам по себе был? – продолжил Руслан допрос.

– Дом у самой окраины сняли. От чистых кварталов подале. Туда даже полиция просто так не суётся. Только однажды солдаты с казаками вломились. Но то ещё до нас было.

Услышав этот ответ, казаки понимающе переглянулись и дружно заулыбались. Руслан и сам не удержался от злой усмешки.

– Где именно тот дом искать надо? – помолчав, уточнил он.

– У самой окраины. За его забором уже степь начинается. Крыша соломой крыта, а труба известью крашена.

– Собака на подворье есть?

– Нет. Даже курей нет. Кто ж за той живностью смотреть станет? Мы в тот дом только ночевать приходили. А так, всё по базару да по делам.

– Это на промысле, что ли?

– Угу.

– А Сиплый сам тоже по городу бродил или ещё куда ходил?

– Да кто ж его знает, – бледно усмехнулся стрелок. – Говорю же, я с ними только три месяца был.

– А чего в разбойники-то подался? – неожиданно спросил один из казаков. – Неужто честного дела

на всей Руси себе не нашёл?

– Говорил же, браконьер я. Всегда охотой жил. А тут на барской земле зверя взял, да попался. Барин заметил и на меня загонную охоту устроил. Собаками травил, сволочь. Думал, загонят, да бог миловал. Ушёл. Вот и подался куда глаза глядят. А тут эти. Вот и прибился к ним. Стреляю-то я ловко.

– Не так и ловко, раз в меня промахнулся, – ехидно усмехнулся Руслан.

– Говорю же, тебе словно сам чёрт ворожит, – окрысился пленный.

– Язык придержи, пока не отрезали, – рыкнул в ответ хорунжий.

– Пусть тявкает, – отмахнулся Руслан. – Мне с его ругани ни холодно, ни жарко.

– Добр ты, княже, – покачал хорунжий головой с заметной укоризной. – А такие вот тати, они добра не знают. Они сразу думают, что это слабость твоя.

– Знакомая песня, – усмехнулся Руслан в ответ.

– Это он-то добр?! – вдруг возмутился стрелок. – Да у него даже конь обучен на людей бросаться! Едва не затоптал, аспид!

– Вот и радуйся, что не затоптал, – усмехнулся Шатун, ласково похлопав жеребца по шее.

– Что, неужто и вправду ты его конём стоптал, княже? – удивлённо поинтересовался хорунжий у парня.

– Там не так было, – почесав в затылке, признался Руслан. – Этот дурак в меня стрелял, когда я с коня спрыгнул. Ну, я в сторону и укатился. А после, как увидел, что стрелка на месте нет, в погоню побежал. А Бес следом. А как увидел его, сам догнал и с ног сбил. Я только одного понять не могу. Мы его вроде такому не учили, а он словно понял, что сделать надо, – удивлённо закончил парень.

– Сам говорил, княже, что коней этих для боя особо растили. Вот и вышло, что кровь своё взяла, – подумав, осторожно высказался казак.

– Ну, может, и так, – недоумённо протянул Руслан, пожимая плечами.

– Не бери в голову, княже. Кони, они иной раз умнее собаки, – вступил в разговор ещё один казак. – Наши, вон, в бою иной раз такое отчебучат, что после сам диву даёшься. А вроде никто особо такому и не учил.

– Ну да, – снова был вынужден согласиться парень. – Ладно. После об этом. Сейчас надо придумать, как того Сиплого достать и узнать, кто ему это нападение заказал. Иначе так и будем нового выстрела из-за угла ждать.

– А служба как же? – не понял хорунжий.

– Так это считай служба и есть. Ну, сам подумай. Не станет меня, после ещё и майора уберут. А потом что? Вас атаман отзовёт, и получится, что вся наша служба развалилась. А без нас с вами линейные войска просто не справятся. Непримиримые снова волю почуют, а дальше, сами понимаете, что будет.

– Все предгорья кровью умоются, – мрачно кивнул хорунжий.

– Вот и выходит, что предстоит нам с вами, браты, новый поход с казёнными хлопотами в стольном городе Краснодаре, – едва заметно усмехнулся Руслан.