Казанскй треугольник
Шрифт:
Наконец, Светлана вынесла небольшой холщевый мешочек, в котором, как догадалась Вера, были меха. Светлана развязала тесемку и достала несколько шкурок. Вера, в очередной раз не скрывая восхищения, стала рассматривать их и ощупывать.
Только теперь она поняла, почему такую цену заломила Света. Предложенный товар стоил тех денег.
Вера не могла сидеть на месте. В ее голове уже созрел эскиз, по которому она собиралась шить шубу. Она расплатилась и в прямом смысле слова убежала домой.
Света
А дело было так. Вечером она неожиданно вошла в спальню и застала мужа, стоящим на коленях. Он пытался закрыть отверстие в полу дощечками от паркета. Наконец, ему удалось это сделать, и он поднял глаза. Увидев, ее, входящую в спальню, он не на шутку испугался. Она сделала вид, что ничего не заметила, взяла книгу и молча вышла.
Сейчас она была одна дома, и никто не мешал ей утолить ее любопытство. Светлана пошла в спальню, отогнула угол ковра и стала внимательно рассматривать паркет. Она попыталась поднять дощечку, которую пытался вставить в паз муж, но дощечка не поддавалась. Она намертво сидела в своем пазу.
— Черт, почему она не поднимается? Я ведь вчера видела, что именно эта дощечка лежала в стороне. Я не могла ошибиться!
Она уже решила прекратить все попытки, боясь оставить на ней следы. Намучившись, она стала подниматься с колен и уперлась рукой в пол. Раздался звук, похожий на щелчок дверной задвижки.
«Что это?» — подумала она и вновь потянула дощечку. И та легко вышла из паза.
В полу был хорошо оборудованный тайник. Сердце Светланы выскакивало из груди. Она опустила руку в паз и почувствовала на дне тайника сверток, осторожно достала его и тут же развернула.
То, что она увидела, повергло ее в шок. В свертке было около тридцати золотых монет царской чеканки, два старинных золотых перстня с большими изумрудами и немелкими бриллиантами по бокам.
Чтобы лучше разглядеть все, она включила свет и поднесла перстни к лампе. Игра света в этих удивительных камнях околдовала ее. Она долго смотрела на них и не могла оторвать взгляда.
«Вот это тайник! Откуда у него такое богатство, и почему он прячет ценности от меня? Неужели боится? Да, боится, потому что добыты нечестным путем!» — она положила перстни на место. Ей вдруг захотелось помыть руки.
В свертке еще находились две сберегательные книжки, открытые на предъявителя. Она открыла их, на каждой было по сорок пять тысяч рублей. Последний взнос в сумме десяти тысяч был сделан вчера.
Светлана аккуратно сложила все в сверток и вернула в тайник. Она сидела на полу и чувствовала себя опустошенной, никакой радости от находки не испытывая.
Чувство неподдельного возмущения переполняло ее. Она и раньше догадывалась, что муж в последнее время перестал с
«Да, не думала я, что он прячет от меня сбережения. По всей вероятности, хочет сохранить ценности только для себя в случае развода», — подумала она. Действительно, имея такую заначку, он всегда мог рассчитывать на себя, даже в случае расторжения брака. И не только с ней, но и с любой другой женщиной. «Подлец! Подлец!»
Она аккуратно закрыла дощечкой отверстие в полу, нажала на нее и услышала, как вновь щелкнул замочек. Она брезгливо помыла руки и налила себе чаю, чтобы как-то успокоиться.
Максим накануне своего отъезда в Москву заглянул к ней днем. Они обменялись лишь парой слов, и он уехал. Настроение было испорчено. Еще утром она так рассчитывала на Максима, что он заедет за ней, и они весь день проведут вдвоем, и вдруг он уезжает!
Она села в любимое кресло, поджав озябшие ноги. Только сейчас она поняла, что ей очень не хватало Максима. В последние дни он вдруг стал для нее так же необходим, как необходимо солнце для всего живого. Или как воздух — без него Светлане нечем было дышать.
И сейчас, мысленно разговаривая с ним, она гладила его волосы. Светлана закрыла глаза и вдруг почувствовала необъяснимую тяжесть внизу живота. Эта тяжесть медленно поднималась все выше и выше, пока женщина не почувствовала, что не владеет своим телом и разумом. Она сидела в кресле и боялась пошевелить рукой, ей не хотелось терять эти ощущения. Она представила, как впивается своими разгоряченными губами в его губы. Что происходило с ней дальше, она помнит плохо. Все кружилось перед глазами, тело словно потеряло вес и медленно парило в воздухе.
Открыв глаза, пытаясь восстановить дыхание, она встала и направилась к плите. Пока вода в кастрюле нагревалась, женщина разбирала сумку с продуктами. А потом вновь уселась в кресло. Необъяснимая легкость по-прежнему растекалась по всему ее телу. Разум продолжал упорно бороться с нахлынувшими чувствами, настойчиво напоминая, что она замужем, что у нее законный муж и то, что она делает, — просто предательство. Чувства твердили совсем иное — ну и пусть, пусть, пусть! Ты любишь его, и это главнее всего на свете!
«А может, это не любовь? Может, похоть? — немного успокоившись и приведя в порядок чувства, Светлана решила: — Пусть похоть, пусть что другое, это все равно лучшее в ее жизни за последние пять лет!»
Она прибралась в комнатах и стала готовить ужин. Покончив с этим занятием, она села в кресло ждать. Ждать мужа. Он пришел, как всегда, слегка выпивший. Ни слова не говоря, он пошел в спальню переодеваться.
Сергей Иванович ужинал без аппетита, было видно, что есть он не хочет и только чувство обязанности заставляет его глотать пищу. Поковырявшись для приличия вилкой в тарелке, он отодвинул еду.