Казнь
Шрифт:
Она молола и молола чепуху, и с ужасом понимала, что не может остановиться, в то время как отдаленный топот копыт различим был уже совершенно явственно, для этого не требовался утонченный слух Семироля.
– Ян, скорее… Ну скорее, Ян!.. Мы вернемся… все будет хорошо… Мы просто исчезнем на глазах этих дураков, вот смешно будет, вот… скорее, Ян!!
Колеса прыгали по неровной лесной дороге. Ирена удерживала голову Река, и все равно рыцарь раз или два ударился затылком…
Этот мул просто не умел бежать быстрее. Хоть забей его на месте.
– Ирена, спокойно,
Подъем. Спуск. На холм вылетают, будто возникая из-под земли, пятеро всадников на высоких конях…
Ирена ударилась локтем. Больно.
– Есть! – рявкнул Семироль.
Стволы расступились. Ирена невольно разинула рот; пятиэтажная башня, бывший подсвечник. Перед ним – корявая фигура полководца, только указующую руку безжалостно обломала буря…
На мгновение она ощутила себя пластилиновой игрушкой на том же шкафу. У Анджея была одна такая игрушка – подарила, кажется, какая-то поклонница…
Ворота.
– Ирена!!
Двуколка остановилась. Отвалилось колесо, покатилось замысловато, петлями, Ирена успела придержать голову Река, маленький экипаж накренился, вываливая путников в пыль…
Откуда у нее взялись силы? В ее-то положении, когда нельзя таскать тяжелое?!
Она подхватила Река под мышки. Ноги его волочились по траве, голова запрокинулась; глаза, прежде мутные, вдруг широко раскрылись, Ирена поймала совершенно осмысленный, удивленный взгляд…
– Бросай его! Уходи!
Она тащила.
На поляну вылетели всадники. Рассыпались полукольцом, придержали лошадей…
– Именем Высокой Крыши!..
Они будут официальны и вежливы. Они не хотят лишний раз гневить Провидение.
– Именем Высокой Крыши, сочинительница Хмель, остановитесь!
Семироль обернулся. Ирена успела встретиться с ним взглядом; потом он коротко взмахнул рукой – уходи, мол…
– С дороги!
Семироль прыгнул.
Все пять лошадей завизжали и шарахнулись, и один из преследователей не удержался в седле, грянулся в траву… Лошади бились и поднимались на дыбы, лошади в ужасе пятились от адвоката; в какой-то момент Ирене показалось, что можно перевести дыхание. Что Семироль сейчас догонит ее, и они вместе подхватят Река и уйдут в ворота, и секунду спустя ввалятся в лабораторию господина Петера, и эксперты, обалдевшие от постоянного кофе, эксперты в несвежих от долгого ожидания воротничках отшатнутся и загалдят, защелкают клавишами компьютеров…
Преследователи спешились. Теперь они принимали Семироля всерьез. И шли на него стеной, и лица у них были белые и плоские, а лица Семироля Ирена, на свое счастье, не видела…
– Упырь! Упырь!! – тот, что выпал из седла, с трудом поднимался на ноги.
Рек пошевелился и застонал. Ирена застонала тоже. Наткнулась на камень и поранила ногу, а потом запнулась о сухую ветку под черной корягой – когда-то ветка была рукой, указующей на двери…
Один из преследователей догнал Ирену в трех шагах от двустворчатых дверей. Кажется, она его узнала. Это был тот, что оплошал в «приюте для убогих»; теперь он хрипло дышал, не сводя
Через его плечо она на мгновение увидела схватку на поляне. Двое сцепились не на жизнь, а на смерть, и рядом лежало безжизненное тело третьего, а четвертый заносил меч, примериваясь, как бы ударить, чтобы не убить товарища…
Показалось ей или нет, что один из сражающихся вцепился противнику в горло?!
– Сочинительница Хмель, – хрипло сказал тот, что наступал на Ирену. – Именем Высокой Крыши…
Рек не то застонал, не то зарычал – слабо, сквозь зубы. Ирена поняла, что не сделает больше и шага.
Что даже добравшись до двери, не успеет ее открыть…
Преследователь держал наготове осмоленную веревку.
– Провидение не простит, – глухо сообщила Ирена.
Человек в черном свел брови:
– Что?
– Не отработаешь! – выкрикнула она истерично. – Не откупишься! Провидение тебя за это…
Темные глаза сузились:
– Тебе ли, сука, говорить о Провидении?!
Чужая рука ухватила Ирену за плечо. Нападающий переступил через Река, поймал Ирену за запястье, дернул на себя…
И захрипел. Опрокинулся назад, пытаясь сбросить с горла чьи-то неестественно длинные пальцы.
– Ирена, уходи!..
Семироль был с ног до головы залит красным. Из-под правой ключицы торчала тонкая деревянная палка – будто шампур для шашлыков…
Они встретились глазами. На долю секунды – прежде чем на плечах вампира-адвоката повисли сразу двое уцелевших врагов…
– Уходи!! Сохрани…
Она шагнула назад, на последние несколько сантиметров подтягивая тяжелое тело Река, ожидая встретить лопатками кованое железо закрытой двери…
Темнота.
Острый запах кошачьей мочи.
Глава четырнадцатая
По широкому изгибу трассы…
У Ирены подкосились ноги. Она села – на упругую подстилку из очень густой, длинной, желто-коричневой высохшей травы.
Трасса, изогнутая полукольцом. Развалины старой дороги. Кое-где растрескавшейся. Кое-где обвалившейся. Совершенно пустынной…
Рек лежал на спине, и глаза его, глядящие в небо, были осмысленными.
Ирена обернулась.
Две бамбуковых лыжных палки, воткнутых в холм в двух метрах одна от другой. Трепещут на ветру ременные петли для рук. На одной палке треснуло пластмассовое кольцо, на другой – кольца вовсе нет…
– Ян?!
Она шагнула назад. Встала в хлипких бамбуковых воротах, ожидая… чего?
Рек прерывисто вздохнул.
Шелест сухой травы. Роща, лишенная листьев. Высоко в небе – размазанное бесформенное облако…
Она опустила взгляд.
Ее дом стоял там, где прежде. Ни улицы, ни соседей, ни колодца, ни водонапорной башни – только Иренин дом, бочкообразный, странный, незнакомый, но все-таки безусловно ЕЕ дом. МОДЕЛИ могут сменять друг друга в произвольной последовательности – Иренин дом останется на том же месте. Как точка отсчета…