Кен
Шрифт:
Вообще же Ксения сочла этот день удачным. Те дни, когда не случалось чего-нибудь ужасного, казались ей удачными. С некоторых пор она умела ценить затишье. Когда ничего не случается, завтрак, обед и ужин появляются на столе в положенное время, автобусы и электрички идут по расписанию, а это тоже маленькая победа.
Гейм четвертый
15: 0
Ксения всегда знала, что можно с легкостью проиграть и на своей подаче.
Но тот человек, к которому Ксения шла сегодня, никаких поблажек ей делать не собирался. Между ним и Черри всегда существовала скрытая неприязнь. И начиналось все странно, и закончилось так же. Она прекрасно помнила тот день: июнь, запахи первых цветов, удивительно жаркая для начала лета погода и — болезненная раздражительность Жени. Подруга собиралась во Францию, на крупный турнир, в котором не надеялась пройти даже во второй круг.
— Не могу, не могу, не могу… — твердила она, проклиная свой резко упавший за последний год рейтинг.
У Жени сильно болело колено, и она пропустила уже несколько турниров подряд. Все говорили, что ее карьера близится к закату. Травмы одна за другой, вялая, скучная игра. А всего-то двадцать пять! Но какие подросли девчонки — уверенные, мощные, неутомимые, цепкие и не жалеющие себя! Женя не выносила их напора и ломалась мгновенно. И дело было не в травмированном колене. Женечка Князева не могла понять, почему одного ее бесспорного таланта мало для победы. Почему надо потеть и пахать. Ездить по турнирам и снова пахать. Потом снова ездить. Больше всего на свете Женя любила свою московскую квартиру, ее удобства, стряпню подруги и поклонение людей, которым и ее скромный успех казался грандиозным. К черту бесконечные гостиницы!
Но самое смешное, что именно Ксению беспокоило — во Францию подруга поедет без бой-френда. Вот уже три месяца Ксения жила в ее квартире, а мужчина там так и не появился. Давно уже выветрился из кухни запах дорогого мужского одеколона и крепких сигарет.
— Ты не представляешь, что это такое! — говорила она подруге, все больше и больше нервничая. — От мужика должно пахнуть мужиком. Когда я подхожу к нему совсем близко, то меня тянет именно этот запах, эта смесь парфюмерии и табака. С ума сойти! Я, кажется, чувствую себя больной.
— Ты ненормальная, — вздыхала Ксения.
— Нет, Черри, не думай, мне хорошо с тобой. Но в этом доме чего-то не хватает.
— Яблока раздора, — усмехалась Ксения, вспоминая своего бывшего мужа.
И все же непонятная пауза, которую обе почему-то боялись прервать, тянулась и тянулась. А потом наступил тот июньский день, буквально накануне отъезда. Все время до шести часов вечера Женя провела на стадионе. Работала
«Ах, если бы всегда так! — вздыхала Ксения, сидя на трибуне. — Если б всегда!»
А вечером они потащились в небольшой и недорогой ресторанчик. Ксения поняла, что началась охота. Когда подруга опускалась до низкопробных заведений, это значило, что она рассчитывает именно на их контингент. Мужской стриптиз в дорогих ресторанах ее не привлекал. Подругу коробило от такой откровенной купли-продажи. Она хотела думать, что все происходит по взаимной симпатии мужчины и женщины, просто один случайно беден, а другая так же случайно — богата. Стечение обстоятельств, не более. И еще Жене Князевой хотелось побеждать, а не брать то, что уже успели сломать и переделать под себя другие.
Когда этот парень спустился в маленький зал, Ксения даже вздрогнула: ей показалось на минуту, что пришел ее бывший муж. Такие же светлые, чуть волнистые волосы, темные глаза, породистое тело. Именно породистое, потому что и ступни, и кисти рук тонкие, а бедра узкие. Но плечи широкие, торс хорошо развит, а ловкие движения выдают хорошего спортсмена. Когда человек отлично владеет собственным телом, это сразу заметно. Чтобы тело так слушалось, надо ежедневно заново узнавать каждую мышцу.
Подруга тоже вздрогнула, но тут же обе облегченно вздохнули:
— Не он!
Ксения почувствовала, как ее соседка вся подобралась. Действительно, больше смотреть в этом зальчике было не на кого. А парень словно нарочно сел так, чтобы его было хорошо видно обеим. Сделал заказ и расположился за столиком с таким видом, что девушкам стало понятно: никуда не спешит. Согласно сценарию, должен был последовать знаменитый кивок:
— Этот.
Но она почему-то медлила. «Неужели потому, что он так похож на моего бывшего?» — гадала Ксения. И вдруг услышала жаркий шепот подруги:
— Черри! Ты не знаешь, кто это?
— Откуда? Понятия не имею!
— А разве сегодня не он был на стадионе? Кажется, он… Галлюцинации у меня, что ли?
— Все красивые люди, в сущности, похожи. Вот уродливые — те разные. А красивые…
— Мне кажется, что я вижу его не в первый раз. Понимаешь, Черри. Это мой фантом. Появляется в определенные моменты жизни. Я его замечаю, но боюсь подойти.
— Глупостей только не говори. Это мужчина. Интересный, между прочим.
— Это само собой. Но где же я его видела? На стадионе? На каком-то турнире за границей? Берлин?.. Лондон?.. Бирмингем?..
— Да ты посмотри на него, Женя! Какой Берлин? Какой Лондон?
— Неправда, он хорошо одет.
— Женя, нельзя так нервничать. Совсем себя довела. Ну, хочешь, я сама к нему подойду? Хотя бы потрогаю, узнаю, что теплый, живой.
— Нет!
— Ну как хочешь. — Ксения тайком вздохнула с облегчением. Что-то в этом парне нервировало и ее. Она его не знала, и никогда раньше не замечала рядом с Женей, но кожей чувствовала, что он какой-то свой.
Подруга, видимо, приняла решение и перестала дрожать.