Кейд
Шрифт:
Хосе Пинто, молодой мексиканский хирург, прошел в приемную, где возле окошка в напряженном ожидании стояли Хуана, Крил и Сэм Уонд.
Уонд, рослый, толстый, но подвижный человек лет сорока с небольшим, прилетел немедленно, как только до него дошла весть о нападении на Кейда. Хуана, чья красота не тронула его ни в малейшей степени, мало что могла сказать. Она запомнила только, что нападающих было пятеро. На нее набросили одеяло, и больше она ничего не видела.
Полиция прибыла на место происшествия с обычной мексиканской
– Операцию мистер перенес нормально, – сказал Пинто в ответ на вопросительные взгляды троицы. – Крепкий у него череп. Есть трещины, конечно, но кости срастутся. Я оптимист. Примерно через месяц он будет, как огурчик.
– Могу я его увидеть? – спросила Хуана.
– Завтра. Сегодня никак нельзя.
Позднее, когда они сидели за столиком кафе друг против друга, Хуана попросила у Уонда денег.
– За операцию надо заплатить, – пояснила она. – Есть и другие расходы. Мне нужна новая машина.
– У него на счету осталось очень немного, – сказал Уонд, холодно глядя на Хуану. – В последнее время он сорил деньгами, как пьяный матрос. Кейд растратил почти весь свой капитал. – Он ткнул толстым пальцем в ее украшенные бриллиантами часы. – Продайте эту штуку, если нуждаетесь в деньгах. А за машину вы должны получить страховку. То, что у Кейда осталось на счету, понадобится ему, когда он выйдет из госпиталя.
Хуана встала. На лице ее не отражалось ничего, но в глазах светилась злоба.
– Кейд всегда говорил мне, что вы его лучший друг, – сказала она. – Что-то непохоже. Кейд никогда бы не посоветовал мне продать часы. Это – самая последняя вещь, какая только могла придти ему в голову.
Уонд ухмыльнулся, не поднимаясь с места – он не желал утруждать себя показной вежливостью. Для него Хуана была всего лишь смазливой шлюхой, не более и не менее.
– Именно потому, что я его лучший друг, я и советую вам продать часы и все остальные дорогие игрушки, которые он вам дарил. А я позабочусь о тех немногих деньгах, что остались на его счету. Вы их точно не получите, дорогуша.
Хуана пожала точеными плечами, развернулась и, покачивая бедрами, вышла из кафе на солнечный свет.
На следующее утро первым, кто навестил Кейда, был Уонд.
Доктор Пинто уже сказал Кейду, что Хуана не пострадала и что сам он примерно через месяц будет в полном порядке. Но когда Уонд прошел в маленькую белую палату, то увидел, что Кейд чем-то явно озабочен.
– Хорошо, что ты пришел, Сэм, – сказал Кейд, когда Уонд опустил свои телеса в кресло рядом с кроватью. – Ты виделся с Хуаной?
– Вчера. С ней все в порядке.
– Она не говорила, когда собирается ко мне? – в запавших глазах Кейда была тревога.
– Нет, но думаю, сегодня зайдет. Ты как?
Кейд скривился.
– Это проклятие, Сэм, такая невезуха. Работа в Новом Орлеане для меня потеряна, да?
– Джексон ждать не может. Он нанял
– Сэм, я не знаю, как там у Хуаны с деньгами. Если она попросит, дай ей.
– Она не маленькая. Выживет. А я лучше поберегу твои оставшиеся акции. Тебе понадобятся деньги, когда выйдешь отсюда.
– Конечно, ты прав, но... А, ладно, я поговорю с ней.
– Во что ты тут ввязался? – спросил Уонд. – Есть у тебя хоть малейшее понятие, кто были эти подонки?
– Местным не понравились мои снимки корриды. Адольфо предупреждал меня, но я не придал значения. Никогда не слушаю чужих советов. Машина накрылась?
– Да.
– Ей понадобится новая.
– Об этом позаботится страховая компания. За Хуану не беспокойся. Она может о себе позаботиться. Слушай, Вэл, мне надо возвращаться в Нью-Йорк. Я просто хотел тебе сказать, что, когда ты выйдешь, у меня для тебя будет куча работы. Так что ни о чем не волнуйся и предоставь все мне.
Когда Уонд ушел, Кейд закрыл глаза. Голова болела, настроение было отвратительным. Он не понимал, почему первым его посетил Уонд, а не Хуана.
Хуана появилась только ближе к вечеру. Кейд после обеда задремал, а когда открыл глаза, она сидела рядом с кроватью. Голова все так же болела, но Кейд нашел силы улыбнуться. Он взял ее за руку, жена наклонилась и поцеловала его.
– Как я рада тебя видеть! Как ты? Тебе больно?
– Я в порядке, а вот как ты? Скучаешь?
– Конечно, – сказала она и, помолчав, продолжала. – Мне столько надо сделать. Люди из страховой компании не хотят платить. Они говорят, автомобиль был застрахован от случайного пожара, но не от преднамеренного поджога. Мне пришлось проконсультироваться у адвоката. Он не думает, что мне выплатят страховку. Потом гараж. Наш дом, оказывается, не был застрахован. И владелец требует, чтобы мы возместили стоимость гаража.
Кейд, превозмогая сильнейшую головную боль, выдавил из себя улыбку.
– Не беспокойся ни о чем, дорогая. Пусть они все подождут. Как только выпишусь, я все улажу.
– Но сейчас-то у меня нет машины. А такси поймать просто невозможно. Можно я куплю себе автомобиль?
– Ну... конечно. Я не знаю, сколько у меня на счету, но, по-моему, должно хватить. Моя чековая книжка в том ящике тумбочки. Я подпишу тебе чистый чек, но, дорогая, ты уж не обдирай меня, как липку.
Хуана просияла и одарила Кейда ослепительной улыбкой, от которой у него стало тепло на сердце. Она извлекла из тумбочки его чековую книжку, авторучку и стояла рядом, пока он подписывал чистый чек.
– Попроси Крила подыскать тебе что-нибудь подешевле. Пока я не буду в состоянии снова работать, нам надо экономить.
– У меня есть друг, занимающийся продажей автомобилей. Я не буду беспокоить Крила. Мой друг быстро чего-нибудь подыщет, – жена бросила взгляд на часы. – Доктор Пинто просил, чтобы я тут была не больше пяти минут. – И спрятала чек в сумочку. – Завтра я буду очень занята, кариньо. Машина, другие дела. Вряд ли я смогу к тебе выбраться. Так что ты не беспокойся. Приду, как только справлюсь с делами.