Кибер-вождь
Шрифт:
— Запретят! Запретят! — поскуливал Гаст.
— …рассмотреть вопрос на расширенном заседании совета социальных комиссий в течение ближайшей недели.
— Отмазались. — Гаст перевел дыхание. — Скажут — «мы смягчили напряженность», а сами будут за нервы тянуть до последней минуты… словно нарочно провоцируют!.. Вообще надо переселяться к медикам и жить там, в «Здоровье», а то здесь, на воле, — будто в центрифуге тебя крутят, без транков точно с ума съедешь. Куда ни сунешься — сплошная панихида, все про подкомиссию толкуют. Как тут себя за упокой не отпевать, когда выйдешь в коридор — и сразу лоб в
Хиллари нахмурился. Да, Горт сказал: «Я вызвал команду „ликвидаторов“, но чтоб они открыто шастали по зданию… кто им позволил?!»
— Что, прямо так и ходят?
— Ага, как в чумном городе кресты на дверях ставят.
— Это был сон. Они тебе приснились. Сейчас этот сон кончится, а ты займись лучше своей работой, — мирно сказал Хиллари, отходя.
Итак, объект определен. Снежок = Джолион Григ Ауди. Что это нам дает? Да ничего, кроме того что конгрессмен потратил тучу денег на покупку интим-куклы с внешностью девчонки. Он виновен — но лишь в нелегальном приобретении незарегистрированной кибер-техники. Скорей всего, Маска была учтена как дефектная и списана в утиль, поэтому в списках пропавших ее нет и быть не может.
Да, Снежок — порочный тип. Правда, он строго зарегулирован; другой за эти деньги нанял бы три дюжины живых девчонок — и каждой бы испортил и судьбу, и психику. Кукла — совсем иное дело; она — вещь, неодушевленный предмет, у нее не спрашивают, нравится ли ей, как ее используют. Она не подаст в суд, не будет шантажи…
Джолион, наверное, рассчитывал купить покой, комфорт и безнаказанность — и все это, как в одном флаконе, в лице идеальной кибер-любовницы. Абсолютно покорная, вечно наивная и юная… Воплощение тайной мечты! И вдруг — такая перемена! Кукла с мечом, объявляющая войну, говорящая на уличном жаргоне, мыслящая в обход Первого Закона…
Снежок дорожит репутацией, местом в парламенте. Если все узнают, что ведущий моралист не прочь развлечься с малолеткой… даже с куклой… Маска догадалась, куда его ударить побольней.
«Пока, — подумал Хиллари, — я повременю вносить опознание в материалы о Снежке». Мысли вернулись к «ликвидаторам», а ноги несли его к Сиду.
«Ликвидаторы» принадлежат к презираемой военными финансовой касте, а точнее — к ненавистной контрольно-ревизионной службе. Из глубины веков за бухгалтерами «оборонки» тянется репутация казнокрадов, норовящих урезать солдатские пайки и офицерские наградные, чтобы набить свои карманы. Это они требуют отчитываться за каждый патрон, хотя дураку ясно, что экономить боеприпасы на войне — все равно что в маркетинге экономить на рекламе. С особым наслаждением ревизуют они учреждения, обреченные на заклание, всюду лезут, во все вникают, обо всем допытываются и, изнывая от садистского восторга, расхаживают по чужим кабинетам, упиваясь своей властью и впитывая мученическую тоску приговоренных, которым вид этих самодовольных пришельцев обещает не меньше, чем смертнику — внешность немногословного джентльмена, из скромности прячущего лицо под красным капюшоном с прорезями для глаз.
Сид выглядел понуро; игра в разумных пауков была забыта, он сосредоточенно вводил в машину с клавиатуры нечто сугубо служебное, с грифом «СРОЧНО. СЕКРЕТНО».
— Этикет не звонил. — Это был упрек Хиллари,
— Сид, хочешь заполучить NB в личное дело? — предложил в ответ Хиллари.
Безопасник тяжко вздохнул.
— Думаешь, что дело ограничится NB? Это было бы за счастье… Отсидеть годика три в теплом герметичном бункере, где-нибудь на далекой планете… пить технический спирт с подсластителем и слушать, как в шлюз снаружи бьется ветер…
— Значит, хочешь. Но это NB не за то, о чем ты думаешь.
— Виноват, — Сид со всей искренностью положил руку на сердце, — я проворонил Селену. Она назвала по TV свой маршрут, а я не велел изменить его.
— Приятно видеть человека, сознающего свои ошибки, — похвалил Хиллари. — Однако я говорю о другом упущении. У тебя здесь «ликвидаторы» гуляют, как блуждающие атомы. Какого черта, Сид?! Кто дал им допуск на все зоны в здании?
— Горт позвонил мне и сказал, что…
— Пусть Горт распоряжается в своем отделе в Айрэн-Фотрис, а тут начальник — я! Сколько зон ты им открыл?
— А, В, С и D.
— Закрой все, кроме А.
— Хил, зона А у нас — это вестибюль на входе.
— Прекрасно. Пусть каждый день с утра подписывают в главной безопаске пропуск в зону В, причем я разрешаю им входить лишь в туалет, столовую и бухгалтерию.
— Хил, они разозлятся.
— Для тебя важней, чтобы Я не разозлился.
— Они про нас напишут не доклад, а некролог.
— Если мы уцелеем — их доклад сгниет в архиве, если провалимся — то все доклады нам будут настолько лиловы, что ты и представить не можешь. Пусть скажут «спасибо», что я не велел их в сортир и обратно водить под конвоем. Значит, сейчас ты аннулируешь их допуск…
— Надеюсь, про NB ты пошутил?
— Почти. Это было устное предупреждение. Вычисли-ка, где сейчас эти… могильщики.
Видеокамеры системы наблюдения обнаружили обоих «ликвидаторов» на пути к мастерской Туссена — они шествовали неторопливо, с довольными лицами, беседуя между собой; Сид подключил прослушивание — и из динамика послышалось, как они негромко обсуждают прелести хорошенькой Жаклин из отдела Адана.
— И мы им будем угождать!.. Я им сейчас устрою опись выморочного имущества! — Хиллари, выходя из кабинета, достал трэк. — Охрана, говорит Хармон. Недозволенное проникновение в зоне С, этаж 5. Двое ко мне на лифтовую площадку.
«Ликвидаторы» были слегка удивлены, когда дорогу им загородили два сержанта, похожих на банковские сейфы-монолиты, и какой-то штатский.
— Позвольте спросить, чем вы занимаетесь на этом этаже.
— Мы, — холодно и с достоинством, как подобает важному должностному лицу, ответствовал старший, — производим учет состояния высокотехнологичных приборов.
— Вы системный инженер? — быстро спросил сероглазый штатский. — Вы можете определить степень износа нанотехники?
— Мы исследуем его по документам, — веско промолвил старший.