Кидалы
Шрифт:
Так или иначе, Рой Диллон в эту ночь спал великолепно.
Проснувшись рано утром, он некоторое время лежал в позе, характерной для всех людей, только что открывших после сна глаза. Руки сцеплены под головой, взгляд бесцельно бродит по потолку, мысли где-то витают. Потом он живо вскочил с кровати, умылся, оделся и вышел из гостиницы.
Рой позавтракал, сходил в парикмахерскую, настроил себя на работу и вернулся в номер. Принял ванну, переоделся в новую одежду, включая шляпу и ботинки, и снова покинул гостиницу.
Выведя
Сперва он ощущал некоторую неловкость, слегка нервничая после длительного перерыва в вождении. Но это быстро прошло. Через несколько кварталов он уже чувствовал себя уверенно, ведя машину с привычной легкостью, не концентрируя на этом внимания, как машинистка не думает о пишущей машинке. Он стал частью автомобильной реки, двигаясь вместе с ее медленным течением и одновременно помогая ему. Хотя он был вполне свободен и мог в любое время выбраться из потока, он все же принадлежал ему.
Как и многие учреждения, когда-то традиционно располагавшиеся в центре города, торговый дом «Сарбер и Уэбб» теперь стоял в районе жилой застройки; вокруг него было свободное пространство, однако расползающийся город-гигант готовился вновь поглотить его. Фирма размещалась в просторном кирпичном доме; постройка была на три четверти одноэтажной, а позади выступала пристройка чуть выше основного здания, где и размещались офисы компании.
Рой оставил машину на стоянке в стороне от входа. Рассеянно насвистывая, он с одобрением окинул взглядом давно знакомый вид и взял из машины портфель.
Этот вид привлекал внимание не только Роя, однако тот, другой, уделял ему куда больше внимания. Это был молодой человек – впрочем, не так уж он был и молод, – без пиджака, но в жилете. Похожий на клерка, он стоял довольно далеко от Роя на широком тротуаре, окружающем здание, и то и дело что-то записывал в маленький блокнот.
Обернувшись, он в упор, с нарастающим недовольством стал глядеть на приближающегося Роя. Потом, когда Рой, уверенно улыбаясь, подошел ближе, поздоровался и кивнул, его взгляд слегка потеплел, и человек тоже кивнул.
– Привет, – сказал он так, будто это слово его смущало.
Рой прошел мимо, улыбаясь и мысленно качая головой.
Вдоль передней части помещения вытянулся длинный широкий прилавок, в конце которого была небольшая дверца. Позади прилавка располагались аккуратно выстроенные полки с тысячами предметов, оптовую торговлю которыми вели Сарбер и Уэбб, а между полками было с полдюжины параллельных проходов.
В этот ранний час он оказался здесь единственным клиентом. Обычно в такое время большая часть служащих сидит в кафе напротив или отирается у прилавка, куря и болтая с кем-нибудь из сослуживцев, потихоньку входя в рабочий ритм. Но в это утро этих милых сердцу сцен он не увидел.
Все были на месте, никаких стаканчиков кофе и сигарет. В проходах кипела работа: люди составляли заказы, проводили инвентаризацию, заказывали
За годы работы он подружился с этими людьми. К нему подходили, пожимали руку и поздравляли с выздоровлением. Но тут же возвращались к своим делам. Озадаченный, Рой повернулся к служащему – тот открыл для него каталог.
– Что случилось? – спросил он. – Тут как на пожаре. Я лет сто не видел такой беготни.
– Все из-за Каггса – потому и беготня.
– Каггс? Это что, вроде ползучего лишая?
Клерк мрачно усмехнулся.
– Типа того! Фу ты! – Он стер воображаемый пот со лба. – Если этот сукин сын пробудет здесь еще…
Он объяснил, что Каггс – одна из шишек из главного офиса, выполняющий функции ревизора, улаживающего конфликты, и инспектора-рационализатора.
– Пришел сюда почти сразу же после того, как ты попал в больницу; судя по виду, умник из какого-нибудь колледжа. Слова доброго от него не дождешься. Он один все знает, а остальные вокруг идиоты и бездельники. Ты же знаешь, Рой, это не так. Таких работящих парней, как здесь, нигде не найдешь.
– Это точно, – согласно кивнул Рой, хотя подобное утверждение было далеко от истины. – А меня он не бортанет, как думаешь?
– Я как раз собирался тебе сказать. Он уже выгнал нескольких оптовиков, просто не захотел иметь с ними дело, и все. Ну что толку? Все равно они работали на комиссионных. Не продадут – не получат денег… тсс, вот он идет!
Как и предполагал Рой, Каггс оказался тем самым критически настроенным молодым человеком, которого он повстречал снаружи. Через секунду после того, как клерк замолчал, он оказался рядом, выставив вперед свою руку, словно оружие.
– Каггс. Главный офис, – сказал он. – Рад познакомиться.
– Это мистер Диллон, – нервно и подобострастно сказал клерк. – Рой – один из наших лучших работников, мистер Каггс.
– Он лучший. – Каггс даже не взглянул на клерка. – Что не говорит в пользу этого заведения. Хочу побеседовать с вами, Диллон.
Он повернулся, не выпуская руку Роя, словно собирался потащить его следом. Рой не двинулся с места и резким движением вырвал руку. Каггс с изумлением воззрился на него, а Рой удовлетворенно улыбнулся.
– Это был весьма двусмысленный комплимент, мистер Каггс, – сказал он. – И такого я никому не позволяю. Иначе я не был бы хорошим продавцом.
Каггс поразмыслил и согласно кивнул:
– Вы правы. Прошу прощения. Все равно я хотел бы с вами поговорить.
– Пойдемте, – сказал Рой, беря портфель.
Каггс повел его вдоль прилавка и, резко повернув в сторону, направился к выходу.
– Кофе? Конечно, не стоит подавать дурной пример – и так тут слишком многие болтаются без дела и попусту чешут языком. Но трудно разговаривать, когда вокруг крутится столько народу и пытается подслушать.