Кидалы
Шрифт:
И когда простое подозрение грозило перейти в уголовное дело, именно такие рекомендации и требовались. Но Рой никогда не обращался к одному человеку дважды, к тому же делать это приходилось крайне редко. Чувство безопасности придавало ему уверенности. И то и другое помогало его профессиональному росту.
Пока он добивался своего нынешнего положения, времени на женщин у него не было. Ничего, кроме редких случайных связей, какие бывают у любого молодого человека. Так продолжалось до тех пор, пока к концу третьего года жизни в Лос-Анджелесе он не занялся поисками
И такую женщину – Мойру Лангтри – он нашел в церкви.
Было одно из тех сумасбродных сборищ, которыми славилось Западное побережье. Публику развлекал то ли йог, то ли свами, [1] то ли кто-то еще. Пока аудитория внимала ему, словно под гипнозом, он что-то бубнил о высшей мудрости Востока, не удосужившись, однако, объяснить, почему самый высокий уровень неграмотности, заболеваний и смертности царил именно там, где процветала эта мудрость.
1
Свами (санскр. ) – почётный титул в индуизме. Обращение используется как к мужчинам, так и к женщинам. Происходит из санскрита и означает «владеющий собой», или «свободный от чувств». Обращением подчёркивается мастерство йога, посвящение себя Богу или духовному наставнику (гуру). (Прим. ред. FB2)
Рой был слегка ошарашен, увидев среди присутствующих такую женщину, как Мойра Лангтри. Она казалась здесь совершенно чужой. Он увидел, как она удивилась, увидев его, но у Роя были причины тут находиться, Так он проводил свободное время. Дешевле, чем кино, и раза в два веселее. К тому же дела его шли в гору, и он не упускал шанса продвинуться дальше. А такую возможность порой предоставляли именно такие встречи.
Основную часть посетителей составляли женщины. В большинстве своем это были весьма обеспеченные вдовы средних лет и старые девы; в общем, все те, кто страдал от смутных желаний и, лишь собравшись вместе, мог их унять. Никогда не знаешь, что припасет жизнь, верно?
Главное – внимание, даже в таком месте.
Клоун закончил свое действо. По рядам пошли корзины для благих пожертвований. Мойра кинула в одну из них свою программку и направилась прочь. Ухмыляясь, Диллон последовал за ней.
Она задержалась у выхода, натягивая перчатки. Когда он подошел, она осторожно, но одобрительно взглянула на него.
– Ну и что же такая милая девушка делала в таком неприглядном месте? – спросил он.
– Да так. – Она весело рассмеялась. – Просто заглянула на стаканчик йогурта.
– Надо же. Хорошо, что я не предложил вам «мартини».
– Конечно хорошо. На меньшее, чем двойное виски, я не согласна.
Они ушли.
И очень скоро оказались там, где были теперь. Или в каком-то очень похожем месте.
Позже – и особенно сегодня – он понимал,
Он подумал, что отвлечь ее можно только одним способом. Легким прикосновением. Невозможно одновременно смеяться и быть серьезным.
Он провел рукой по ее телу и остановился на пупке.
– Знаешь что, – сказал он. – Если положить туда изюминку, ты станешь похожа на пирожок.
– Перестань, – сказала она, взяв его руку и отбросив ее на постель.
– Или ты можешь нарисовать вокруг него круг и притвориться пончиком.
– Мне и так кажется, что я пончик, – ответила она. – Точнее, дырка от пончика.
– Отлично. Я боялся, что ты скажешь что-нибудь неприличное.
Резко оборвав его, она вернулась к своей теме:
– Ты же знаешь, что я имею в виду, Рой. Мы ничего друг о друге не знаем. Мы не друзья. Даже не приятели. С того самого дня, как мы познакомились, мы встречаемся только для того, чтобы переспать.
– Ты сказала, что не жалуешься.
– Не жалуюсь. Для меня это важно. Но не хочется, чтобы только этим все и ограничивалось. Все равно что есть сплошные бутерброды с горчицей.
– А ты предпочла бы паштет?
– Кусок жареного мяса. Что-нибудь существенное. Черт возьми, Рой! – Она нетерпеливо встряхнула головой. – Я не знаю. Может, этого и нет в меню. Может, я не в том ресторане?
– Мадам так жесток! Пьер утопиться в суп!
– Пьеру наплевать, – сказала она, – жива мадам или нет. Он четко дал это понять.
Она встала с кровати, взаправду собираясь уходить. Он схватил ее, притянул к кровати и прижал к себе. Осторожно обнял. Погладил волосы и поцеловал в губы.
– М-да, – сказал он. – Сделка состоялась. Купленные вещи возврату и обмену не подлежат.
– Начинается, – ответила она. – Шагнем прямо в никуда, вместо того чтобы почувствовать землю под ногами.
– Слушай, чего я только не пережил, чтобы найти тебя. Такую вот милую маленькую синичку. Может быть, в небе есть птички и получше, но, с другой стороны, их там может и не быть. А…
– …а птичка в постели лучше, чем в небе. Или еще где-нибудь. Кажется, я своими придирками оборвала твой монолог, Рой.
– Погоди. – Он удержал ее. – Я же пытаюсь тебе объяснить. Ты мне нравишься, а я жутко ленив. Я не хочу большего. Лучше скажи, что ты хочешь, и я сделаю, если смогу.
– Уже лучше. У меня есть мысль, которая может прийтись по вкусу нам обоим.
– С чего начнем? Со светских вечеров? Или прошвырнемся в Лас-Вегас?
– Пожалуй, нет. К тому же это тебе не по карману.
– Ты меня удивляешь, – сказал он. – У меня и в мыслях не было, чтобы ты за себя платила.
– Рой, – она нежно потрепала его по голове, – я вовсе не то имела в виду. Там блестящие женщины и блестящий хрусталь. Если мы решим куда-нибудь пойти, это должно быть обычное место на другом конце улицы. Тихое и спокойное, чтобы можно было поболтать для разнообразия.
– Ясно. В это время года в Ла Джолле довольно неплохо.
– В Ла Джолле неплохо в любое время года. А ты уверен, что тебе хватит денег?..