Кидалы

Томпсон Джим

От Балтимора до Нью-Йорка всего два часа езды. Покинув дом, Рой туда и отправился, что было вполне логично для молодого человека, чьим имуществом являлась только хорошая внешность и унаследованная страсть к легким деньгам.

Деньги были нужны ему немедленно, и он поступил на работу коммивояжером. Он ходил от двери к двери и продавал журналы, купоны на фотографии, кухонные принадлежности, пылесосы – в общем, все, что могло принести доход. Хороший заработок маячил на горизонте, но в руки давался с трудом.

Возможно, Майлс из Мичигана и сделал на своем «Суперматериале» 1380

долларов только за первый месяц презентации друзьям, а О'Хара из Оклахомы зарабатывал 90 долларов в день, принимая заказы на детские ходунки «Упси-Дудл». Но Рой в этом сильно сомневался. Он выбивался из сил, но у него не выходило больше 125 долларов в неделю – если повезет. Средний заработок составлял от 75 до 80 долларов, и, чтобы получить их, он должен был выложиться полностью.

Но это все-таки было лучше, чем работа курьера или клерка, когда вместо хорошей зарплаты тебе обещают «отличные перспективы» и «возможность роста». Обещания ничего не стоят. К примеру, он идет в такое место, где ему обещают, что однажды он станет президентом – но как насчет небольшого аванса?

Хотя работать продавцом было утомительно, больше он ничего не умел. Он злился на себя. Ему скоро будет двадцать, а он все еще полный неудачник. Что же с ним не так? Почему у Лилли все по-другому? Чем он хуже?

Потом ему исполнилось двадцать.

Все началось как-то случайно. Болван хозяин сигарной лавки сам подал Рою идею. Задумавшись, Рой продолжал искать в кармане мелочь уже после того, как получил сдачу с банкноты, и нетерпеливый продавец, жаждущий обслужить и других покупателей, внезапно потерял терпение.

– Ради всего святого, мистер! – раздраженно произнес он. – Это всего лишь пять центов! Отдадите в следующий раз, когда сюда придете.

Он швырнул двадцатку обратно, и Рой осознал, что произошло, когда был уже за квартал оттуда.

Осознав случившееся, он пришел к выводу, что молодой человек, не лишенный честолюбия, не ждет подобной счастливой случайности. Он творит ее сам. И Рой взялся за дело.

В двух местах ему холодно указали на дверь. В трех других ему более или менее вежливо заметили, что свою двадцатку он назад не получит. В трех оставшихся ему удалось получить деньги.

Удача вдохновляла его (а он действительно был невероятно удачлив). Ему хотелось узнать, есть ли какие-нибудь приемы, похожие на фокус с двадцаткой, какие-нибудь способы заработать за час столько денег, сколько лохи получают за неделю.

Такие приемы были. Он познакомился с ними в баре тем самым вечером, когда праздновал там очередную удачу.

Толкнув Роя под руку, рядом уселся посетитель. Выпивка немного расплескалась, и незнакомец настоял на том, чтобы угостить его. Потом еще. После этого и Рой захотел его угостить. Но сосед в это время на что-то отвлекся. Он таращился на пол, потом наклонился и поднял игральные кости, которые затем положил на стойку.

– Это ты уронил, старина? Нет? Послушай, я не люблю так быстро пить, но, если хочешь, можем сыграть разок на выпивку; просто чтобы сквитаться…

Они бросили кости. Рой выиграл. Это, разумеется, было только началом. Они сыграли еще, уже на стоимость четырех стаканов, и на этот раз выиграл

его сосед. Но это был еще не конец. Он не позволил закончить игру. В конце концов, они же просто сидят и выпивают, как старые друзья, – почему он должен уходить отсюда, обобрав приятеля до нитки?

– Теперь давай на восемь стаканов; скажем, это будет пять долларов, и…

«Кружево», постепенно удваиваемые ставки, – настоящая смерть для лоха. В этом есть жестокая красота. Человек, если только он не слишком напился, спокойно, всего за несколько партий обдирает простака как липку – исключительно из лучших побуждений.

Деньги, которые Рой заработал мошенничеством, были проиграны за двадцать минут.

Еще через десять минут он выложил все деньги, нажитые честным трудом. Новый приятель рассыпался в извинениях. Рой просто обязан взять назад хотя бы пару долларов…

Но Рой почуял здесь запах и вкус двойной игры. Он твердо заявил, что заберет половину денег. Кидала – его звали Минц – получит вторую, а за это научит Роя своим фокусам.

– Можешь приступать прямо сейчас, – сказал он. – Начни с этого приема с костями, который ты только что отработал на мне.

Минц негодующе запротестовал, но Рой оставался непреклонен. В конце концов они зашли в одну из кабинок, и на этот вечер, равно как и на несколько последующих, превратились в учителя и ученика. Минц не утаивал ничего. Напротив, он говорил столько, что становился почти невыносимым. Он получил счастливую возможность на время перестать притворяться. В своей обычной жизни он был вынужден прикидываться простофилей, а сейчас мог без всякой боязни продемонстрировать свои умственные способности.

Минцу не нравился трюк с двадцатками. Чтобы делать его как надо, Минцу чего-то не хватало. Он никогда не делал его без напарника, который отвлекал лоха, пока шла игра. Что до напарников, то их он тоже не любил. Удачу не стоит разрубать пополам. Получается так, что держишь на голове яблоко, а другой целится в тебя из пушки. Потому что кидалы, по всей вероятности, страдают от непреодолимого желания переплюнуть своих коллег. Чтобы «сделать» лоха, не надо большого умения – в конце концов, они для того и созданы. А вот победа над профессионалом, даже если она обойдется дорого, может заставить человека сиять от гордости.

Минц любил «шлепок». Отличная штука. Ведь все играют в орлянку.

Он любил «кружево», достоинства которого не поддавались исчислению. Подцепи на этот крючок нескольких парней, и у тебя хватит денег на неделю.

Этот прием нужно выполнять на небольшой поверхности, например на стойке бара или столике кабинки. На самом деле катать кости не надо – только создавать впечатление. Ты изо всех сил трясешь рукой, придерживая кубик за ребро и не выпуская его, а потом подбрасываешь. Он должен взлететь, упасть, но не перевернуться. Если кто-то из игроков становится чересчур подозрительным, можно положить кубик в чашку или, еще лучше, в стакан, поскольку в баре со стаканами проще. И снова нельзя дать кубику перевернуться. Нужно придерживать его, как и раньше, энергично стукая им о стекло, чтобы создать видимость перемещения, а потом бросить так же, как и раньше.