Киллер для мента
Шрифт:
– Я принес результаты экспертизы, – он достал из пакета замок, который был снят слесарем жэка с двери убитого Приходько, и положил на стол вместе с ключом.
– Ну и чем порадуете? – спросил Федор. От результатов экспертизы зависело многое. У него уже возникла интересная версия, которую не терпелось проверить.
– Я посмотрел замочек, – указал Антонович авторучкой на скважину, куда вставляется ключ. Похоже, она больше всего интересовала его.
– Антоныч, не тяни, – попросил Федор.
–
– И что из всего этого следует?
– А то и следует, что замок открывали не дубликатом и отмычками, а ключом, предназначенным к этому замку. Причем заводского изготовления. Вот так, майор. Получите то, что имеем. – Он улыбнулся.
На столе у майора зазвонил телефон, но Туманов не снял трубку. Не хотел прерывать беседу с почтенным экспертом.
– Отлично, – Федор как будто обрадовался.
Антоныч положил письменное заключение на стол рядом с замком. Потом достал из своей папки несколько фотографий.
– А это?..
– «Следы» тебе принес, – разложил Антоныч фотографии. – Если появится подозреваемый, можешь сравнить. Вот здесь все подробно описано, – протянул он другой лист с отпечатанным на машинке текстом. – Ну а я пошел дальше, – как бы с неохотой проговорил эксперт и, оперевшись рукой о подоконник, тяжело поднялся.
– Спасибо, Валерий Антонович, – сказал Туманов. Добродушное лицо эксперта засияло улыбкой от слов благодарности.
– Всегда к вашим услугам, – сказал в свою очередь Мушкаренко.
Он ушел, но долго сидеть Федору в полном одиночестве не пришлось. Капитан Греков и лейтенант Ваняшин ввалились в кабинет.
Федор, увидев их, поморщился как от зубной боли. Достали помощники, будь они неладны. Никуда от них не денешься.
– Ну, чего там, Эйфелева башня упала? – спросил он.
Грек с Ваняшиным переглянулись.
– Ты о чем, Николаич?
– Какая еще башня?
– А тогда чего вы влетаете как на пожар? – не выдержал Федор. – Сколько раз вам говорил, поспокойней. А то, глядя на вас, можно подумать, что случилось что-то такое… – Федор не нашелся что сказать и махнул рукой…
Помощники опять переглянулись и заулыбались.
– Николаич, ты как всегда прав, – сострил Грек, преданно уставившись на своего начальника-майора. – Пожара никакого нет, но звонила соседка…
– Убитого Приходько? – Федор прищурился, представляя дотошную физиономию пенсионерки, не знающей от безделья куда себя деть. – Опять звонила? И что на этот раз она сообщила? – вздохнул майор. Когда ушел Антонович, он собирался позвонить Даше на работу, извиниться и договориться о встрече. Тоскливо без нее майору. Наверное, погорячился он в тот вечер. Не разобрался
– Николаич, – начал Грек, раздражая Федора своей улыбкой, – опять проникновение в квартиру Приходько. Соседка утром вышла в магазин и увидела, что дверь взломана…
Федор рубанул ладонью по столу.
– Ну, мать твою! Да что там, в квартире у этого Приходько, медом, что ли, намазано? Может, вы не все там перетряхнули? Может, еще где тайник имеется у старикашки? Вот и лезут к нему.
– Федор Николаевич, – на этот раз рот открыл Ваняшин, – мы там все пересмотрели. Причем с особой тщательностью.
– Осталось только стены разобрать, – вставил Грек, незаметно от Туманова подмигнув лейтенанту.
– Так давайте разберем, – это было сказано Тумановым необдуманно, сгоряча. На что капитан Греков сразу же резонно заметил:
– Так они ж бетонные, Николаич. Тогда и дом может рухнуть.
– Помолчи, – оборвал его Федор. – Черт с вами. Поехали посмотрим. Найди Антоныча, – сказал Федор лейтенанту, решив прихватить с собой эксперта.
На этот раз неизвестный не стал утруждать себя подбором ключей и отмычек. Действовал нагло. Сунул какой-то предмет между дверью и косяком и отжал дверь. Причем проделано с завидной легкостью.
В этом отсеке находилось всего две двери. Одна в квартиру Приходько. Другая принадлежала его соседке, которую оперативники и попросили приглядывать, пока не поменяют замок.
Видно, неизвестный не очень-то опасался быть замеченным. Но для большей подстраховки все же выкрутил лампочку в отсеке. А в темноте соседка со своим мужем-инвалидом вряд ли бы решились выйти и посмотреть. Скорее всего они дождались утра и только потом, посмотрев на выломанную дверь, сообщили в милицию.
– Не видели мы ничего. И не слышали, – твердила соседка, не чувствуя за собой никакой вины. В конце концов, она не обязана быть сторожем. Ей что, доплачивают за это? А этот покойный сосед ей никакая не родня.
Ее муж, инвалид, не слезавший с коляски, вообще отказался разговаривать с операми, посчитав, что его это не касается.
Ваняшин быстренько обежал других соседей, но его старания ни к чему не привели. Люди большей частью возмущались наглостью преступников, а иные предпочитали отмалчиваться, склоняясь к тому, что неосторожно произнесенное слово может обернуться им же во вред. Все-таки не с простыми ментами имеют дело, а с оперативниками. А с ними лучше держать ухо востро, а язык за зубами.