Киллер

Рейн Николь

Ева

Я ходила по коридору туда-сюда, сердечко, бедное моё, не знало покоя не меньше часа. Наконец в дверь постучали. Всегда смотреть в глазок – вот главное правило с той ночи. Увидев Даниэля, открыла замок. Когда он вошёл, с тревогой взглянул в моё бледное от переживаний лицо.

– Итак, что случилось? – спросил он.

– Она там! – указала в сторону зала.

Мужчина нахмурился и медленно пошёл туда. Я держалась сразу позади, нервно выглядывая из-за его спины. Когда мы оказались в начале комнаты и он огляделся,

то непонимающе уставился на меня:

– Я никого не вижу.

– Потому что ты не туда смотришь!

– Куда смотреть? – скептически продолжал диалог Даниэль.

– Туда! Вон она!

Он проследил за направлением моего вытянутого пальца, и брови его взлетели, но почти сразу снова свелись ближе:

– Это шутка? Предлог увидеться? Могла бы просто попросить о встрече, а не изображать, что произошёл конец света, я ведь повёлся, – проговорил мужчина, глядя на маленькую серую мышку, забившуюся под батарею.

– Ничего подобного! – эмоционально ответила я. – До безумия боюсь мышей. Даже тараканов-то боюсь, а дикие мыши и крысы, окажись они в моей квартире, способны вызвать панический страх. Говорю правду. Я, как её увидела, сначала заперлась в ванной, а потом ждала тебя в коридоре. Мне в жизни не уснуть, пока она тут, а приблизиться – страшно до дрожи в ногах. Ты можешь с ней что-нибудь сделать?

Даниэль вздохнул, до сих пор не веря, что примчался сюда за этим! Тихонько подошёл к зверьку и успел схватить за хвост до того, как тот убежал.

– В окно или за дверь? – задал мне вопрос.

– А что будет, если в окно?

– Есть шансы, что выживет. А если за дверь, то шансы, что вернётся.

– Не мог бы ты… отнести её вниз? – промямлила я.

– Издеваешься? – вскинул бровь он.

– И не думала.

Даниэль недовольно помотал головой и направился к выходу. Пока он ходил на улицу, я почувствовала сильнейшее облегчение. Хорошо, когда есть мужчина, который, например, мышку из дома выгонит… Было бы неплохо, если б он ещё что-нибудь помог по мужской части в квартире сделать, она просто молит об этом, но просить его – нелепо; с мышью я была в отчаянии и пришлось, перебарывая стыд. Даниэль вернулся быстро.

– Мне бы руки помыть.

– Да, ванная вот тут, – открыла ему деревянную дверь, а когда он закончил, спросила: – Будешь кофе? На этот раз у меня даже чай есть. Вот компотиком только по-прежнему не обзавелась, – слабо улыбнулась.

Мужчина задумчиво посмотрел на меня и ответил:

– Ну давай чай.

Пока я возилась с кипятком и кружками, он продолжал следить за мной взглядом, сидя на табуретке кухни. Уже подметила, что волосы его не убраны назад, как в первые два раза, сейчас густая чёлка спадает на лоб. Когда напиток был готов и поставлен на стол, я села с торца. Неловкое молчание продолжалось. Необходимо уже сказать хоть что-то.

– Как дела на Олимпе? – ляпнула, опять подметив, что он красив, как мифическое божество, но тут же мысленно стукнула себя полбу за такую глупость.

– Что? – не понял Даниэль.

– Ничего… – смущённо отвела глаза.

– Ответь мне вот на что… – положил руку локтем на стол и подпёр голову.

– М? – встрепенулась я, возвращая на него

всё внимание.

– Как ты умудрилась так опростоволоситься? Я предлагал тебе финансирование и решение любого вопроса. Не хотела принимать денежные единицы, попросила бы купить что захочешь… Но ты выбрала – мышь! И откуда ты такая взялась?

– Да… Возможно, это странно, но, не будь во мне странностей, оставила бы у себя ночью незнакомого мужчину, истекающего кровью? Доброта это или несусветная глупость – суди сам.

– Больше походит на глупость, но за глупость людям никто платить не будет, а вот за доброту… Значит, всё же доброта, раз я так рвусь не оставаться в долгу. Выкинуть мышь – это не плата, будем честны.

– Если так хочешь, можешь мне шурупчики в мебели подкрутить.

– Я могу купить тебе новую мебель.

– Хватит пытаться всё перевести в деньги… Не всё можно купить.

– Но почти всё, – сел он нога на ногу и обхватил колено. – И всех.

– Не всех.

– Думаешь?

– Да.

– А я считаю, что вопрос лишь в цене.

– Меня, например, ты не купишь… – кинула не подумав, но тут же решила, что звучит ужасно, ведь зачем ему меня покупать? Даже намёка на флирт с моей стороны не будет, я реалист и трезво оцениваю свои шансы. Можно попытаться найти дружеские точки соприкосновения, но очевидно, что мы с разных планет даже тут.

– Прям неогранённый бриллиант, – посмеялся Даниэль; и опять непонятно: комплимент это или насмешливый сарказм.

Мужчина перевёл взгляд на мою одежду, сегодня я в легинсах и бесформенной розовой футболке. Чёрт! В суматохе с мышью не подумала переодеться перед его приходом, уж не до этого было.

– Я разгадал твой секрет, – откинулся чуть назад с улыбкой, – дома ты донашиваешь свою детскую одежду, а на людях перевоплощаешься в соблазнительницу в мини-юбке.

«Соблазнительницу? В клубе я показалась ему сексуальной? Видать, выпил он тоже прилично…» – подумала и ответила: – Во-первых, считаю, что дома можно ходить в том, в чём комфортно, живу одна и могу себе это позволить. А во-вторых, в клубе платье было не моё, в моём гардеробе нет таких вещей.

– И зря… – многозначительно добавил Даниэль.

– Почему? – кротко посмотрела в его блестящие задором глаза.

– Тогда бы с большим шансом у тебя появился тот, кто захотел бы тебя купить.

– Нет уж, спасибо! Такая перспектива меня не привлекает! – даже оскорбилась я.

Весёлый взгляд Даниэля немного изменился – стал задумчивее, он просто прожигал меня им, плавил, как свечку.

– Мне даже стало интересно, как ты одеваешься в повседневной жизни, – подстегнул меня мужчина.

– Возможно, тебе когда-нибудь удастся увидеть, – утопила фразу в глотке чая.

– Возможно, – повторил он. – Мне пора идти.

Я проводила Даниэля до двери, и мы попрощались. Каждое наше прощание может оказаться последним, нас ничего не связывает, кроме надуманного им чувства долга, но пользоваться этим я не собиралась, поэтому в своих мыслях в очередной раз простилась с ним навсегда.

Следующую неделю полностью погрузилась в учёбу, совмещая с подработкой.