Киллер
Шрифт:
Осторожно выбралась из кольца мужских рук и накинула халат. Раннее утро. А я ведь думала, что уже не увижу рассвет. Мне бы радоваться, что жива осталась, но грудь давила тоска, всякий раз, когда в глазах Глеба я видела те юношеские блики, ту любовь, что связывала нас невидимой нитью. И все внутри меня откликалось на каждую его ласку, взгляд или слово, затягивая тугую петлю на шее.
Плеснула холодной водой в лицо и, оперевшись на раковину руками, посмотрела себе в глаза. Расскажешь или умолчишь? Быть может, для него это не так важно? А для тебя?
— Эгоистка, — сказала сама себе и снова окропила лицо
Залезла под душ, нехотя смывая с себя прошедшую ночь. Пожалуй, это лучшее, что случилось со мной за последнее время. Осушила тело махровым полотенцем, накинула халат на плечи и прошла на кухню. Квартирка небольшая, но по-своему уютная. Из съедобного — лишь неполный лоток с яйцами. Закоренелый холостяк. Улыбнулась этой мысли, что тёплой негой растеклась в груди. Зато есть кофе — уже что-то.
На барной стойке в спящем режиме лежал ноутбук. Клацнула по клавише, а он и включился. Без пароля. Пользуясь удачей заказала для себя комплект одежды и небольшой завтрак на двоих. В шёлковом халатике, да на голодный желудок далеко не убежишь. Тем более, мы ещё не решили, что делать дальше. Вторая попытка сбежать вдвоём?
Из медной турки перелила парящий напиток в кружку, обхватывая ее двумя руками. Плотные облака застлали небосвод, не пропуская первые солнечные лучи, отчего город утопал в густых предрассветных сумерках. Этот вид из окна напомнил мне день, когда из одного плена я попала в другой.
3.9
Глеб
Моя жизнь — полоса препятствий, которые я стремился преодолеть на высоких скоростях. Вечная суета вполне устраивала, пока не оставляла шансов самоедству и воспоминаниям о прошлом. Но сегодня мне хотелось остановить время, словно я, наконец, добежал до финишной ленты и могу вдоволь насладиться, заслуженными овациями. Только, в данном случае, овации — это ее присутствие в моей жизни.
Квартиру заполонил, бодрящий аромат кофе. Странно просыпаться не одному. Непривычно. Лежал с закрытыми глазами, прислушиваясь к умиротворенной тишине. На кухне тихонько заговорила Ника и через мгновение пол в комнате жалобно скрипнул. Приоткрыл глаза, разглядывая застывшую в проёме женскую фигуру, с удовольствием воскрешая в памяти эпизоды прошедшей ночи.
Она подошла ближе и присела на краешек кровати, зажимая в руке телефон. Ласково улыбнулась, проводя пальцами по заросшей щетиной щеке и взъерошенному загривку.
— У тебя не работает домофон?
— Нет, зачем он тебе? — перехватил ласкающую меня руку за запястье, притягивая женщину к себе. Она кокетливо рассмеялась, отбиваясь от моих приставаний, и когда я добрался губами до хрупкой шейки, сквозь сдавленный смех заявила:
— Заказала завтрак на двоих и одежду для себя. В ту квартиру возвращаться я больше не намерена. Курьер ждёт у подъездной двери, надо забрать.
Я скинул с себя простыню, спуская ноги на пол.
— Нет-нет, — толкнула меня обратно на кровать, коварно нависая сверху, — я быстро, — многообещающе коснулась поцелуем моих губ и прошептала в них, — вернусь и мы продолжим.
— Возьми на тумбе деньги, — с улыбкой наблюдал, как целомудренно Ника запахивает халат и крепко завязывает шёлковый поясок, не отрывая от меня
— Я уже оплатила картой. Не скучай, — подмигнула и выскользнула из комнаты. Ещё через мгновение хлопнула входная дверь и я снова остался в тишине квартиры, но с гудящим роем мыслей в голове. За окном светало и это значило, что скоро «заказчик» узнает, что свою работу я не выполнил. Начнёт искать меня и, безусловно, найдёт. По крайней мере, я бы очень этого хотел. Моя рука не дрогнет и свинец вышибет ему мозги, ставя жирную точку в этом недоразумении, что с нами приключилось.
Несмотря на обещание Ники продолжить, решил встать и одеться. Раздевает она умело, справится, если что… Вышел на кухню, манимый ароматом напитка Богов, и как дикий, голодный зверь стал заглядывать в турку. Чёрного золота в ней не оказалось, зато осталось пару глотков в кружке Ники. Что-то долго ее нет, кстати. Не раздумывая подхватил кружку, отпивая кофе, и кинул взгляд на открытую страничку онлайн-оплаты заказа в ноутбуке.
Меня прострелило молнией. Она оплатила картой!
Подскочил к окну и вспыхнул синим пламенем. Нику двое мужиков затаскивали в машину, пока третий держал настежь открытой дверь внедорожника. Заметив меня в окне, он показал «fuck you» и плюхнулся на водительское сиденье. Все произошло за считанные секунды.
Я тут же сорвался с места, преодолевая махом лестничные пролёты. Вылетел из дома, готовый прикончить каждого самым изощрённым способом, но внедорожник уже тронулся с места, быстро удаляясь от меня. Утро раннее, город ещё не проснулся, дороги пустые.
Ну уж нет, ещё раз я тебя не потеряю!
Побежал к своей машине, припаркованной у дома, но не успел сделать последние несколько шагов, как прогремел взрыв. Пламя, с рыком разъяренного зверя, поглотило мой новенький «Porcshe», стекла которого вылетели и мелкой крошкой осыпались на влажный асфальт. По пустой дороге покатились, местами расплавленные колёса, а улицу Нью-Йорка заполонил тревожный звон автомобильных сигнализаций. Меня же, взрывной волной откинуло на соседнюю машину. Спиной впечатался в лобовое стекло, разбивая о крышу затылок.
Сукины дети.
Преодолевая боль спрыгнул с покорёженной от моего тела машины и отряхнул с себя стекла, не отрывая глаз от пламени, жадно облизывающего стойки авто. Из окон домов стали выглядывать зеваки с телефонами в руках, и где-то вдалеке раздались сирены пожарной службы. А в конце квартала скрылся внедорожник, с каждой секундой все дальше увозящий от меня Нику.
Провёл ладонью по волосам, нащупывая мокрое место и сплюнул на землю. Убью каждого, кто к этому приложил руку. Уже в следующую секунду я вытаскивал из машины, зазевавшегося таксиста-гастарбайтера, одалживая на время его транспорт:
— Прости, брат, у меня важное дело, — сообщил ему, хлопая водительской дверью и вдавливая газ в пол. Машина взвизгнула резиной, не привыкшая к столь резкому отношению, и рванула с места так быстро, как только могла. Кинул прощальный взгляд на своего павшего коня, полыхающего в отражении треснутого зеркала, и стёр каплю крови с рассеченной осколками брови. Навстречу летела, подмигивая огнями, пожарная машина и скорая. Свернул в проулок, в котором скрылись недоноски, но их след простыл. Они могли поехать куда угодно. Вдарил по тормозам, разъяренно стукнув по рулю: