Киллер
Шрифт:
— Каждую свободную минуту обещаю навещать тебя.
— Я знаю, — грустно улыбнулась тому, что наше время подходило к концу.
Он выпрямился и проникновенно заглянул мне в глаза. Вынул из кармана небольшую коробочку, обтянутую синим бархатом и вздохнул, разглядывая ее.
— Я купил его ещё тогда… хотел сделать предложение, но не успел. Хранил, в надежде, что судьба все же сведёт нас снова. Было бы эгоистично требовать ответ прямо сейчас, когда я вынужден снова оставить тебя. Поэтому прошу принять это украшение, как мое обещание. Обещание идти за тобой всюду, где бы ты ни оказалась. Обещание быть
Сердце оглушительно стучало в висках. Он распахнулся створку коробочки, внутри которой, на белом атласе, лежало кольцо. Обод из белого золота венчал аккуратный камень, переливающийся на свету.
— Я хочу, чтобы ты была моей навсегда, Ника.
— И в радости, и в горе, пока смерть не разлучит нас? — сложила трясущиеся губы в подобие улыбки, не в силах сдерживать шквал эмоций, разразившийся внутри.
— Только в радости, моя девочка. Отныне никакого горя. А смерть не повод для разлуки. Мы найдём друг друга позже, в других телах, под другими именам, но об этом позже, — он надел мне на палец кольцо и коснулся губ поцелуем. — Не отвечай сейчас. У тебя будет достаточно времени, чтобы все обдумать и взвесить. И тогда я спрошу с тебя по полной, — хохотнул Глеб, углубляя поцелуй.
И не было сомнений в его словах, словно лились они прямо из сердца, минуя разум. А сердце, оно ведь никогда не обманывает, только не каждый может научиться его слушать.
Эпилог
Два года спустя…
— Т-а-а-к, дорогая, — протянул доктор, шурша страницами истории болезни, затем надолго замолчал, удивлённо хлопая глазами и переворачивая листы туда-сюда, — анализы почти… идеальные.
— Простите, что вы сказали? — недоуменно переспросила, ожидая услышать все, кроме этого.
— Я сказал почти, душа моя, — строго смерил меня взглядом карих глаз доктор Фредерик Тейлор и тут же вернулся к документам. — Не стоит радоваться раньше времени, — мужчина с ещё большим интересом стал вчитываться в историю, как бы отыскивая подтверждение своих слов.
— Но, разве это возможно? Полгода назад мы решили прекратить терапию из-за ее безрезультативности, дать отдых организму, — напомнила ему нашу последнюю встречу.
Доктор нахмурил брови и посмотрел на обложку медицинской карты, проверяя, анализы той ли пациентки он сейчас смотрит. Затем залез в компьютер, долго клацал, нахохлившись, подобно воробью, и заключил:
— Вам нужно пересдать анализы. Сейчас запишу вас на ближайшее время. Тут что-то напутали, — он засуетился, поднял с насиженного места медсестру, отчитывая беднягу за ее безалаберность.
Идеальные анализы? Неужели чудо все-таки случилось…
— Не надо, — громче желаемого прозвучал мой голос, останавливая хаотичную возню в кабинете, — я не буду ничего пересдавать. Патологий не выявлено, значит я могу быть свободна?
— Это могут быть не ваши…, - хотел было возразить доктор, но я резко поднялась с места и доброжелательно улыбнулась, чем прервала назревающие нравоучения.
— Я очень тороплюсь, простите, доктор Тейлор, мне пора.
Схватила сумку и пулей выскочила из кабинета гинеколога, лишая его возможности
Полтора года я ходила по врачам, слушала рекомендации, пила и колола лекарства, в надежде вернуть то, чего не по своей воле лишилась в прошлой жизни. Глеб поддерживал мое рвение, но не настаивал. Ему было жалко смотреть на то, как я изматываю себя больницами. И когда полгода назад мне пришлось сообщить ему об очередном провале, он взял мое лицо в ладони и с тёплой улыбкой на губах сказал:
— Отпусти себя. Забудь о проблеме и живи полной, счастливой жизнью. Отвлекись на что-то другое и вот увидишь, твой организм сам восстановится. Проблема не здесь, — ладонь с лица скользнула к животу, — а вот здесь, — он целомудренно коснулся губами моего лба.
И вот теперь я бежала по городу со счастливой улыбкой, осознавая, что он был прав. Все получилось!
— Как у нас дела, девчонки? — окрылённая впорхнула в цветочный магазин, приютившийся на шумной улице Бруклина. Кинула сумку на стол, стягивая с шеи шёлковый шарф.
— Превосходно! Три букета с доставкой и одно оформление ресторана, — весело отозвалась Кэти, сортирующая свежую поставку цветов.
— И заказ на индивидуальную экспозицию от тебя, Ника, — добавила Лизи, просматривая записи в рабочем блокноте.
— Отлично, работаем.
Все наследство отца и то, что осталось от бывшего супруга, я продала. Вырученные деньги отправила в российские фонды благотворительности. Как я и говорила раньше, их деньги меня не интересовали. Да и вообще, мне казалось, что именно из-за этих благ случилась вся эта зловещая эпопея. Поэтому, одним выстрелом убила сразу двух зайцев: помогла нуждающимся и избавилась от ненужного багажа, порождающего одни несчастья.
Безутешной вдове знаменитого бизнесмена Джейдена Тёрнера с охотой одобряли кредиты, хоть и глядели с неподдельным удивлением. Какая-никакая польза от бывшего муженька все же есть. На кредитные средства открыла цветочный магазин. Давно мечтала о своём маленьком деле и была на седьмом небе, перерезая красную ленточку и отпуская ввысь охапку разноцветных шаров.
Глеб торжественно вручил мне ключи от своей квартиры, настоятельно рекомендуя переделать в ней все, что я только захочу. На баловство с ремонтом оставил приличную сумму денег, категорически не принимая отказов. Что ж, он уступил, позволяя взять кредит на МОЕ дело, а я уступила с ремонтом. Так что времени тосковать особо не было. Набор персонала, налаживание связей с поставщиками, реклама, ремонт в магазине и в квартире…
К тому же, Глеб сдержал своё слово. Навещал меня несколько раз в неделю. Иногда, приходил под покровом ночи, взъерошенный, с ссадинами на лице и теле, сгребал меня в охапку и, уткнувшись носом в волосы, засыпал. Иногда, появлялся на пороге с самого утра, свежий и бодрый, с шикарным букетом цветов. Объявлял выходной и устраивал для меня незабываемые свидания. Чего стоило путешествие на воздушном шаре над Ниагарским водопадом и его заповедником… Иногда, стоило мне только приоткрыть дверь, накидывался голодным зверем, словно не виделись мы вечность, и не выпускал из своих объятий ни под каким предлогом.