Киллер
Шрифт:
Он выстрелил.
Была короткая вспышка красного, и лиса исчезла из вида.
Казалось, весь мир остановился. Виктор всматривался в деревья, где только что была лиса. Он не знал, сколько прошло времени до того, как дядя издал возглас, заставивший его выронить винтовку.
– ВОТ ЭТО ВЫСТРЕЛ!
Казалось, его голос звучит громче самого выстрела.
– Я не могу поверить, что ты попал. Почему ты не подождал, когда лиса подойдет ближе?
Дядя был уже на ногах, пытаясь увидеть жертву. Он смеялся.
– Не я ли учил тебя так стрелять? Я учил, я! – голос
Виктор был не в состоянии отвечать. Его сердце колотилось так, что он боялся, как бы оно не разорвалось. Он почувствовал похлопывание по спине между лопатками. Дядя впервые прикасался к нему таким образом.
Виктор зажмурился и постарался изгнать это воспоминание. Он уже не мог вспомнить ни вида той винтовки, ни цвета перчаток, которые были тогда на нем. За прошедшие годы подробности стирались одна за другой. Виктор надеялся, что когда-нибудь забудется и эти красная вспышка.
После двадцати минут ходьбы он перешел узенький мостик, и от самого северного столба прошел между деревьями строго на север пятьдесят шагов. Он без труда нашел поваленный ствол, и от его пня прошел десять шагов на восток, где оказался по пояс в мокром от снега пожухшем папоротнике. Под пологом леса было темно, скудный свет утреннего солнца едва пробивался сквозь ветви сосен и берез. Виктор начал копать.
Это была тяжелая работа, но Виктор был благодарен дождю, который превратил обычно замерзшую в это время года землю в грязь, поддающуюся лопате. Затвердевшую землю под слоем этой грязи он разрыхлил киркой, прежде чем снова пустить в дело лопату. Пройдя полметра в глубину, он стал копать осторожнее и, наконец, докопался до металла.
Он нащупал края брезента и стал руками выгребать землю дальше, пока не расчистил прямоугольную площадку размерами примерно 30 на 90 сантиметров. Кусок брезента был перевязан в центре нейлоновой веревкой. Виктор развязал узел и развернул брезент. Матовый алюминиевый чемодан все еще тускло поблескивал, хотя Виктор слегка поцарапал его при выкапывании.
Это не имело значения. О самом чемодане Виктор не беспокоился, важно было только то, что в нем хранилось. Он вытащил чемодан из ямы и положил на бок. Затем достал из карманов куртки складной нож и зажигалку, нагрел ее пламенем лезвие ножа и разрезал им водонепроницаемую замазку, которой был залеплен стык двух половин чемодана.
Виктор раскрыл чемодан и с облегчением убедился, что влага в него не проникла. Оружие было холодным на ощупь, но вполне исправным, так что его можно было тут же собрать и начать стрелять.
В специальном гнезде из пенорезины лежала снайперская винтовка Драгунова, СВД, калибра 7,62 мм. Первый образец этой винтовки был принят на вооружение Советской армии в 1963 году, и ходили слухи, что советский спецназ испытывал ее на американских военнослужащих в ходе Вьетнамской войны. Виктор был уверен, что это – старая солдатская легенда, пока не встретился с одним из снайперов.
Винтовка была разобрана. Ее приклад, ствол, цевье и прицел лежали раздельно так, что могли уместиться в чемодан стандартного размера. Был там и длинный глушитель. Это был последний вариант СВД с прикладом и цевьем, сделанными для облегчения конструкции не из дерева, а из пластика высокой плотности.
Хотя СВД была не такой сложной или точной, как
Эта винтовка была гораздо скорострельнее, чем типичные западные однозарядные снайперские винтовки, хотя большее количество деталей, делающее ее полуавтоматической, уменьшало ее точность по сравнению с однозарядными. Но зато ее можно было использовать и как штурмовое оружие, для чего у нее имелись обычный металлический прицел и крепление для штыка.
В России считали, что простота применения и надежность стрелкового оружия важнее точности, и Виктор находил этот подход разумным. От рекордсменов по дальнобойности мало пользы, если их нельзя применять в условиях поля боя.
В чемодане лежали и две запасные обоймы для СВД. У Виктора было два типа боеприпасов для нее: со стандартными свинцовыми пулями в медной оболочке и с бронебойно-зажигательными пулями из твердой стали с открытой сзади полостью, заполненной зажигательной смесью на основе фосфора. В момент выстрела эта смесь воспламеняется и воспламеняет пораженную цель – обычно топливный бак транспортного средства.
Виктор закрыл чемодан и снова полез в яму за большой кожаной спортивной сумкой, которая лежала под чемоданом с винтовкой. Внутри нее в водонепроницаемом мешке хранились разнообразные припасы и снаряжение, б'oльшую часть которых он оставил, взяв только пистолет Glock, глушитель к нему, трехдюймовой толщины пачку долларов, еще запас патронов для СВД и пистолета и российский паспорт. Все это он рассовал по карманам куртки.
После этого он снова завязал водонепроницаемый мешок, застегнул сумку и положил ее на дно ямы. Яму он засыпал, утоптал вровень с землей и завалил мертвым папоротником. Вернувшись на автостоянку клуба, он положил чемодан в багажник и захлопнул его.
Виктор очень надеялся, что зря потратил время. Но кто знает, может быть, все это и понадобится очень скоро.
Воскресенье
21:33 СЕТ
Себастьян Хойт тратил деньги так быстро, что для него было счастьем уже который год везение в делах. Как единственный владелец небольшой, но весьма прибыльной консалтинговой компании, он вел дела в различных областях и почти всегда выступал в роли консультанта, посредника или комиссионера. Торговал он преимущественно информацией, которую собирал в одной сфере и продавал в другой. Он давно понял, что информация – один из самых дорогих в мире товаров, и, к счастью, оказалось, что торговать ею очень легко.
Он консультировал мафию, давая ей советы, куда вкладывать деньги, чтобы получить наибольшую прибыль. Он помогал продажным судьям в Восточной Европе открывать банковские счета за рубежом, где они могли бы хранить деньги, полученные в виде взяток и откатов. Он связывал торговцев оружием с незаконными вооруженными формированиями в Африке. Он обеспечивал средневосточным бизнесменам доступ к женщинам, алкоголю и наркотикам. Кроме того, он служил посредником между наемными убийцами и их заказчиками. И пока он имел доступ к тем, кто нуждался в информации, и к тем, кто мог ее предоставить, его банковский счет изрядно пополнялся.