Кин IV

Горин Григорий Израилевич

Кин(резко). Ваше величество, вы можете мне запретить выступать на сцене, но заставить играть идиотскую роль не можете!

Король(переходя на крик). Могу! Не забывайте, мистер Кин, перед кем стоите! Я сейчас обращаюсь к вам как к гражданину! Вы патриот или нет?!.. Недопустимо осквернять корону Британии!! (Смутившись.) Фу, черт! Какая пошлая высокопарность... Извините, Эдмунд. Я говорю с вами прежде всего как друг... Мужская дружба – выше семейных уз! Мы-то с вами это знаем. Бог мой, если воскресить все

наши похождения, так половина Лондона должна сегодня разводиться! Ну, Эдмунд, ну, дружище... (Обнимает Кино.) «Когда Артур взошел на трон и назван королем, накрыли стол на сто персон, а сели мы вдвоем!..» Вдвоем, Эдмунд! У нас с вами есть что вспомнить. Позади веселая молодость. Неужели сейчас свой зрелый возраст мы испортим буржуазной благопристойностью?!.. Я надеюсь на вас, Эдмунд. Вы меня не подведете?

Кин мрачно кивнул.

Благодарю! (Протягивает руку.)

Кин неуверенно пожимает.

Королевское соглашение: Георг IV и Кин IV! Исторический день... (Устало.) Фу, я вспотел больше, чем от игры в теннис. Срочно в ванну... (Начинает раздеваться.)

Кин делает попытку уйти.

Останьтесь, Эдмунд. Я специально отослал слуг, чтоб мы могли потереть друг другу спинки... (Лезет в ванну.) Как в юности... Помните эту баньку в охотничьем домике?.. Боже, сколько было тогда выпито... Дорого б я сейчас дал, чтоб иметь право на такой загул... (Намыливает голову и лицо.) А потом мы поехали к этим двум сестричкам-баронессам. Как же их звали?.. Вашу, кажется, Элиза?!.. Впрочем, по тем временам не было «вашей» или «моей»... Все было общее! (Смеется.)

Кин тихо выходит.

А потом неожиданно нагрянул папаша, и они нас спрятали в шкафу... (Смеется.) Фу, дьявол, даже в глазах защипало. Сполосните-ка меня, Эдмунд!.. Там кувшины с водой. (Встает в ванной, трет глаза.) Эдмунд, где вы?.. Что за дурацкие шутки?!! (С трудом выбирается из ванной, шлепается на пол.) Негодяй, вы за это ответите!.. (Трет глаза, оглядывается, смеется.) Сукин сын, с ним не соскучишься...

Затемнение

Картина шестая

Улица. Вывеска ресторанчика. Из дверей ресторана Соломон выводит Кин а, тот еле держится на ногах.

Кин(поет).

Когда еще был я зелен и мал —Лей ливень всю ночь напролет!Любую проделку я шуткой считал,А дождь себе льет и льет...

Соломон. Держитесь, сэр, держитесь за меня! Пора домой. Дождь, кажется, действительно собирается...

Кин.

На ключ от бродяг запирают дома, —А

дождь себе льет и льет...

(Садится на землю, закрывает глаза.)

Соломон. Ну, что вы делаете, сударь? Земля сырая... Вы и так всю прошлую ночь кашляли... (Пытается поднять Кино.) Встаньте, умоляю...

Появляются двое прохожих. Он – в цилиндре, она – в шляпке; несколько секунд наблюдают за происходящим.

Цилиндр. Смотри, дорогая, кажется, мы знаем этого джентльмена. По-моему, это – Кин.

Шляпка. Тот самый?

Цилиндр. Разумеется. Никогда не видел его вблизи. Как он постарел, однако... (Соломону.) Скажите, любезный, это – Кин?

Соломон(сердито). Нет, сэр. Это – его двойник, причем довольно пьяный. Проходите, господа, проходите...

Появляется еще один прохожий, в кепке. В руках держит раскладной стульчик.

Кепка(радостно). Уже начинается? Значит, я вовремя... (Раскладывает стул, садится.)

Шляпка. Что начинается?

Кепка. Представление... Это ж – Кин. Сейчас очухается, и пойдет потеха!..

Шляпка. Как интересно... (Цилиндру.) Милый, сходи в ресторан, попроси два стула...

Из дверей ресторана выходит Хозяин со стульями.

Хозяин. Иду, иду! Господа, только в нашем заведении – «Сон в летнюю ночь» в исполнении неподражаемого Эдмунда Кина. (Ставит стулья.) Кресло в партере – десять шиллингов, в амфитеатре – семь.

Цилиндр. Два в партере. (Платит деньги, усаживается вместе со Шляпкой в первом ряду.)

Соломон(возмущенно). Как вам не совестно, господа?! Где ваше благородство? Ну, что вы уставились на несчастного человека?!

Хозяин(Цилиндру). Его слуга – Соломон. Ворчун и скандалист. Но, в общем-то, добрый малый...

Соломон(в гневе). Я вам покажу – добрый! А ну, пошли все отсюда!.. (Подходит к Кепке.) Убирайтесь, вам говорят!

Кепка(довольно.) Глазищами-то как вращает! Умора!

Соломон(в отчаянии). «Все в мире ограничено, лишь тупость предела не имеет!»

Кепка. Это откуда? Из какой пьесы?

Соломон(возвращается к Кину, теребит его). Сэр, просыпайтесь! Вы не имеете права забавлять этих бездельников! Да что с вами? (Трогает пульс.) Ему совсем плохо. Доктора! Срочно доктора!

Хозяин. Доктор в зале. Второй столик у окна. Кушает свой любимый паштет. Между прочим, господа, гусиный паштет – фирменное блюдо нашего ресторана. Лучший гусиный паштет в Лондоне. Рекомендую!