Кингчесс
Шрифт:
Ими восторгались, поддерживали, они все были на слуху. Совершивших теракт щадили, их даже иногда оправдывали, что давало очередной виток к продолжению политических убийств. Их ведь не расстреливали, а только сажали. Конечно, подумаешь, убили сатрапа или очередного монархиста, все они чиновники и пьют нашу кровь. (Но, уважаемые граждане, кто читает эту книгу, не путайте, пожалуйста, чиновников той эпохи и нашей). Особый шик приобрели казни членов Союза Русского Народа, их расстрелы в собственных квартирах или на производствах, где те работали.
Террористические революционные организации
Осенью тысяча девятьсот десятого года Франция, воевавшая один на один с Германией, была атакована английским десантом в районе Дюнкерка и Кале, и, не выдержав мощного двойного удара, капитулировала через три месяца ожесточённых боёв, заключив сепаратный мир с Германией и Англией, бросив тем самым Россию на произвол судьбы.
Но Германия, Австро-Венгрия, Англия и их сателлиты не собирались заключать мир с Российской империей. Перегруппировав силы, они перешли в наступление, захватив Польшу и высадив десант в Финляндии. Румыния, переметнувшись на сторону Германии, атаковала Бессарабию и сразу же завязла в боях.
Война из мирового формата постепенно перерастала в войну Тройственного союза и Российской империи. Но как только немцы начали вести боевые действия на территории России, сопротивление им сразу же увеличилось. Это было невыгодно ни Германии, ни Австро-Венгрии, так как людские потери резко возросли, а экономика этих стран стала вынуждена работать только на войну. Франция уже сдалась, её колонии были распределены между Германией и Британией. Война приносила всем ощутимые потери, и потому затягивать её было дорогим удовольствием.
В Тройственном союзе понимали, что необходимо как можно скорее добить русского колосса, который уже переварил турок и поддерживал яростные боевые действия сербов на Балканах, помогая им оружием и амуницией. Но слишком большие потери вынудили Германию и Австро-Венгрию прекратить наступление и взять паузу для того, чтобы перегруппировать силы. Фронт стабилизировался, началась окопная война, разлагающе действовавшая на русских солдат. А между тем требовалось завершить эти боевые действия, которые ничего не принесли России, кроме потерь. Но как это сделать, если война уже велась на её территории?
Кайзер Вильгельм II, по обоюдной договорённости, в своей загородной резиденции, под Дрезденом, провёл встречу с премьер-министром Британской империи графом Гербертом Асквитом. Дело происходило сразу после того, как была подписана торжественная капитуляция Франции.
— Поздравляю вас, сэр, со столь знаменательным событием! — весело и фамильярно, как он и предпочитал, поздравил кайзер собеседника.
— Ваше Императорское Величество, это произошло исключительно вашими стараниями и благодаря штыкам ваших доблестных солдат.
Кайзер самодовольно усмехнулся, приняв похвалу, как должное.
— Да, немецкий солдат способен на многое, но Россия ещё не побеждена и война не закончена.
— Несомненно, это
Кайзер внимательно слушал, шевеля лихо подкрученными вверх усами.
— Да, граф, но, насколько мне известно, они не сильно рвутся в бой.
— Да, это так, — признал Герберт Асквит. — Тем не менее, им сейчас некуда деться, и они вынуждены идти в бой, в окружении русских мужицких дивизий.
Кайзер только рассмеялся на такой пассаж.
— Пусть идут, мы их всех перемелем. Немецкая машина сострижёт знатный урожай русских голов. Мы готовы захватить, помимо Польши, и Малороссию, вплоть до Воронежа и Белгорода. Германии нужны плодородные земли, свободные от варваров. Немцы не должны зависеть от импорта зерна.
Кайзер, по своему обыкновению, быстро проговаривал слова, и чем интереснее и важнее для него был разговор, тем быстрее становился темп речи и невнятнее произношение, к тому же, временами он вворачивал неуклюжие шутки. Асквит же, с непроницаемым лицом и без тени улыбки, продолжил увещевать императора Германской империи.
— Я бы хотел предупредить вас, ваше Императорское величество, словами канцлера Бисмарка, и вы их прекрасно знаете! — «Даже самый благополучный исход войны никогда не приведёт к распаду России, которая держится на миллионах верующих русских греческой конфессии». Вы напрасно только потратите все свои ресурсы и положите своих солдат, а победы так и не добьётесь.
— Что вы предлагаете, граф? — неожиданно серьезным тоном спросил кайзер.
— А разве я не говорил? Революция! Общество в Российской империи расколото, оно покрыто мраком противоречий, неразрешимых обычным путём. Они готовы, надо лишь поднести огонь к фитилю, и он вспыхнет. От искры возгорится пламя и грянет взрыв. Дальше нужно только ждать, пока наши агенты не разожгут огонь гражданской войны. И, уверяю вас, мы получим все, что захотим, даже не захватывая её территорию.
— Вы хотите сказать, что у вас всё готово?
— Так же, как и у вас, кайзер! Не скромничайте, это для вас совсем не характерно. Остановите свои войска на сегодняшних рубежах, заплатите революционным агитаторам, и вы сами удивитесь, к чему это приведёт.
Кайзер нахмурился, сверля недовольным взглядом премьер-министра Британской империи.
— Когда вы планируете операцию?
— Не позже зимы, извините, государственные интересы не позволяют мне информировать вас в полном объёме о запланированных нами действиях. Но я целиком и полностью уверен, что ваши люди уже активировали все каналы и задействовали нужных людей. Пора выпустить из клетки «русскую» революцию. Пора…