Кинжал Зигфрида
Шрифт:
– Не обращайте внимания. На меня столько всего свалилось! Нервы ни к черту.
Она не предлагала срочно снарядить людей на поиски пропавшего жениха или хотя бы написать заявление в милицию. Фраза «Надо же искать!», вырвавшаяся у нее в самом начале, больше не прозвучала. То была минутная слабость. Гордость не позволяла Леде предать гласности позорный факт бегства возлюбленного. Уже одно то, что Влад не соизволил сообщить ей, куда и зачем едет, было оскорбительно.
«Если он не сообщил», –
– Что вы намерены предпринять теперь?
– Убит егерь, который организовывал мнимую охоту, – сказала она. – Вероятно, его смерть связана с исчезновением господина Неверова.
Леда беззвучно шевельнула губами и поднесла руку к горлу, словно ей стало нечем дышать.
– Вы… что… что вы несете? Зачем Владу… у-убивать какого-то егеря?
– Возможно, он неуравновешен, вспыльчив. Когда выбрался из лесу, решил поквитаться за то, что его бросили на произвол судьбы. Первый, кто попался под руку, получил «по заслугам».
– Нет! Это… исключено. Влад прекрасно воспитан, он… вполне владеет собой! – Глаза Леды стали огромными. – Может быть, в лесу прячутся бандиты, преступники? Они… могли убить не только егеря?!
Она по-настоящему испугалась, занервничала.
Астра пыталась увязать странности в ее поведении со своей версией. Получалось плохо.
После «Миранды» Астра решила поговорить с Борисовым. Она позвонила отцу.
– Папа, я могу дать поручение Николаю Семеновичу?
Борисов являлся начальником службы безопасности «Юстины», был предан семье Ельцовых, а главное, обладал большими возможностями для сбора информации.
– Какое еще поручение? – насторожился Ельцов. – Опять что-то натворила?
– Речь не обо мне. Я тут изучаю историю московских памятников старины… В общем, меня заинтересовали наследники усадьбы Алтуфьево. Хочу разыскать кого-нибудь из ныне живущих.
– Ладно, – остыл отец. – Только у Борисова дел невпроворот. Постарайся не загружать его всякой чепухой.
Николай Семенович без лишних уговоров согласился помочь. Профессор физики Лианозов? Москвич? Умер десять лет назад? Установить его адрес? Нет проблем.
Остальное Астра взялась разузнать сама. Пошла в библиотеку, зарылась в книги, потом в Интернет.
Нефтепромышленник Георгий Лианозов выкупил усадьбу Алтуфьево у барона Корфа. Его сын, Степан Лианозов, тоже крупный русский коммерсант, в свое время богатейший человек, после Октябрьской революции эмигрировал, активно боролся с советской властью. Масон.
– Хм…
Астра подперла щеку рукой, задумалась. Заманчивая идея – связать капиталистов Лианозовых и профессора физики. Дескать, в семнадцатом году где-то в Алтуфьеве бывшие владельцы запрятали клад, а сами махнули за границу пережидать смуту. Вернуться им было не суждено, и поисками клада занялись потомки Лианозовых, одним из которых и был профессор.
«Слишком просто, банально, чтобы поверить, – рассудила Астра. – И при
– Я напрасно трачу время. Как сказал бы Матвей, восполняю недостаток информации собственными фантазиями.
Из библиотеки она поехала к матери Влада. Дверь открыла Ольга, сиделка.
– Опять вы? А Владислава Кирилловича нет.
– К сожалению, редактор забраковал мою работу. Он счел ее поверхностной.
Сама хозяйка лежала на диване с желудочным приступом.
– Переживает из-за сына, – шепнула Астре сиделка. – Разбередила старую язву. Владислав Кириллович не звонит, а ей обидно. Бросил, мол, мать, даже по телефону не удосужится поговорить. Старики становятся придирчивыми и мнительными.
Астра присела на стул рядом с больной. Та страдальчески морщилась, но не могла отказать в беседе «представительнице фонда». Вдруг Владик не получит премию по ее вине?
– Извините, я хотела внести кое-какие дополнения в очерк о вашем сыне, – сказала гостья. – Редактор требует, чтобы материал отразил ваше семейное древо. Кто были дедушка и бабушка Влада?
Ей пришлось выслушать много бесполезных сведений о родственниках Неверовых.
– А Лианозовы в вашем роду были? – спросила Астра.
– Нет.
– Возможно, по линии вашего супруга?
Неверова сделала рукой отрицательный жест.
– Разве что очень дальняя родня, – вздохнула она. – При мне Кирюша не упоминал Лианозовых. Нет…
Париж. Лето 1940 года
Красные розы на улице Пюто уже несколько дней никто не поливал. Зеленая травка во дворах отросла больше, чем положено. Парижанам было не до стрижки газонов.
Хозяин особняка, увитого плющом, наблюдал, как к дому подъехал грузовик с крытым верхом.
– Серж! Кажется, за нами следят из дома напротив, – сказал он.
Молодой человек с тонкими усиками и короткой стрижкой, одетый в военную форму без знаков отличия, поспешил его успокоить.
– Жильцы выехали неделю назад, дом пуст. Я проверял.
Седовласого господина не удовлетворили объяснения.
– По-моему, там затаился агент барона фон Штейна. Нам следовало бы дождаться ночи, – озабоченно произнес он.
«Старик выживает из ума, – с горечью подумал Серж. – У него мания преследования. Видимо, он уже не оправится от своей болезни».
Парни в такой же военной форме, как у Сержа, выносили из подвала железные ящики и грузили в машину. Хозяин особняка, не отрываясь, глядел на окна соседнего дома. Правая сторона его лица судорожно подергивалась – месяц назад у него был удар. Возле него постоянно дежурили врач и медсестра. Но сегодня он настоял, чтобы их отослали.