Клан Инугами
Шрифт:
— Господин Ояма дал знать им?
Заметив, что Киндаити искоса глянул на него, жрец заволновался.
— Да… ну, на самом деле… поскольку о господине Киё после его возвращения ходят слухи, я подумал, что так будет лучше, если что-то удастся проверить…
— Значит, вы все подозреваете, что этот человек не настоящий Киё?
— Конечно. Как мы можем доверять человеку, у которого лицо разворочено? — сказал Томо.
— Но его мать, госпожа Мацуко, заявляет совершенно…
— Господин Киндаити, вы не знаете мою тетку. Если Киё мертв, она не задумываясь найдет ему замену. Она не желает, чтобы
По спине у Киндаити пробежал холодок.
— Итак, господин Фурудатэ, прошу вас написать ваше имя рядом с отпечатком этой ладони. Господин Киндаити, вы тоже, если не возражаете. Мы хотим взять свиток с собой, получить оттиск руки этого человека в маске, а потом сравнить оба отпечатка, и вовсе не хотим, чтобы кто-либо обвинил нас в обмане. Прошу вас, распишитесь здесь как свидетель.
— Но… но что, если Киё откажется дать вам отпечаток своей руки?
— Ха, он не откажется, — наконец пошевелился и подал голос Такэ. — Пусть попробует — я его заставлю силой. — Голос его не походил на человеческий, но был ревом зверя, у которого кровь капает с клыков.
Недобрая весть
Шестнадцатое ноября. В то утро Киндаити заспался, как никогда. И хотя было уже начало одиннадцатого, он все еще нежился между простынями на своем хлопчатобумажном матрасе. Заспался он потому, что накануне вечером лег поздно.
Накануне, заполучив отпечаток руки Киё в святилище Насу, Такэ и Томо грозились, что, вернувшись на виллу, получат отпечаток ладони у человека в странной маске и наверняка выяснят, тот ли он на самом деле, за кого себя выдает. Они просили Киндаити присутствовать при этом в качестве свидетеля, но тот отказался. Если бы что-нибудь, требующее его профессиональных услуг, уже произошло с кем-либо из членов семьи Инугами, он поступил бы иначе, а так он не хотел совать нос в их личные дела, рискуя вызвать недоверие любого, не важно, кого из них, — нет, это ему ни к чему.
Массивный Такэ тут же с этим согласился:
— Ладно. Ничего страшного, у нас есть господин Фурудатэ.
Но лиса Томо настаивал:
— Но если под вопросом окажется подлинность этого свитка, вы подтвердите, что мы взяли его из святилища Насу, не так ли?
— Разумеется. Раз моя подпись стоит там, где я ее поставил, я не отступлюсь. Кстати, господин Фурудатэ…
— Да?
— Мне и вправду кажется, что присутствовать при этом в качестве свидетеля было бы нехорошо с моей стороны, но мне хотелось бы как можно скорее узнать, чем все завершится. Не могли бы вы, как только у вас появится такая возможность, сообщить мне о результатах, действительно ли человек в маске — это Киё или нет?
— Хорошо. Заеду к вам на обратном пути.
Киндаити завезли в гостиницу, и машина помчалась прямиком к поместью Инугами.
Было около десяти вечера, когда Фурудатэ, верный своему слову, вошел в комнату Киндаити. Едва увидев адвоката, тот спросил:
— Что случилось? — Слишком уж мрачным было суровое лицо Фурудатэ.
Покачав головой, поверенный ответил:
— Ничего хорошего.
— Что? Что вы имеете в виду?
— Мацуко не позволила нам получить отпечаток
— Она отказала?
— Да, решительно. Она просто не стала слушать Такэ и Томо. И уверен, что не передумает — во всяком случае, в ближайшее время. Единственный способ заполучить отпечаток у Киё — получить его насильно, как и заявил Такэ, но не думаю, что кто-то захочет зайти так далеко. Таким образом, мы не смогли узнать ничего определенного.
У Киндаити екнуло сердце.
— Но… но… — Он облизнул пересохшие губы. — Но это лишь усилит подозрения Такэ и Томо.
— Именно так. И поэтому я до синевы уговаривал Мацуко. Но она не из тех, кого можно уговорить. Нет, она только разъярилась и наговорила мне всяких гадостей. Если эта упрямая женщина что-то заберет себе в голову, ее трудно заставить передумать.
Фурудатэ мрачно вздохнул и, словно отплевываясь, начал рассказывать Киндаити о событиях этого вечера. Слушая адвоката, Киндаити смог живо нарисовать в воображении всю сцену.
Все произошло в той же комнате в двенадцать татами, где оглашалось завещание. Весь клан Инугами собрался перед фотографией Сахэя, стоявшей на простом деревянном алтаре, — Киё, в своей жуткой гуттаперчевой маске, и Мацуко, а напротив них сидели полукругом Такэ, Томо, их родители и сестра Такэ. Там же сидели Фурудатэ и Тамаё.
Свиток, привезенный из святилища Насу, был положен перед Киё вместе с пустым листом бумаги, тушечницей с красной тушью и кистью. Маска не позволяла разглядеть выражения его лица, но легкое дрожание его плеч обличало волнение. Все члены семьи вперили взгляды в маску, и глаза их были полны подозрения и ненависти.
— Итак, тетя Мацуко, вы говорите, что решительно запрещаете Киё сделать оттиск своей руки? — после затяжного, чреватого грозой молчания заговорил Такэ. Это был рев зверя, у которого кровь капает с клыков.
— Решительно, — сдавленным голосом отвечала Мацуко. Потом, сверкая глазами, она оглядела остальных присутствующих. — Это возмутительно. Пусть лицо у него изменилось, но не может быть никаких сомнений — это Киё. Я это гарантирую — я его мать, и мне ли не знать его. Какое еще нужно доказательство? А вы ходите и слушаете эти смехотворные слухи. Нет, я запрещаю. Я этого не потерплю.
— Но, Мацуко, — вмешалась в разговор сидевшая рядом Такэко, мать Такэ. Это был спокойный, тихий голос, но вибрирующий от преизбытка злобы. — Тем более Киё должен сделать оттиск руки. Нет, я не хочу сказать, что сомневаюсь в том, что это он. Но эти сплетни, от них так просто не избавишься. Вот я и думаю, для пресечения этих глупых слухов будет лучше, если Киё даст нам отпечаток своей руки — нет ничего проще. Умэко, ты как полагаешь?
— Согласна с Такэко. Если ты и Киё сейчас откажетесь, у людей появится лишний повод для недоверия. Скажите все, разве это не так?
— Именно так, — вступил в разговор муж Такэко Тораноскэ. — И не только у посторонних. Если вы с Киё будете упорствовать, у нас тоже могут возникнуть кое-какие подозрения. Кокити, а ты что скажешь?
— Д-да, это верно, — как-то испуганно заикаясь, заговорил Кокити, муж Умэко. — Конечно, не хочется верить, что члены нашей семьи… Но если Мацуко и Киё будут продолжать в том же духе, нам…