Клан Инугами
Шрифт:
— Один раз в постели у барышни оказалась змея, лежала, свернувшись кольцом. Хорошо хоть барышня ее сразу заметила, потому как если бы змея ее укусила, ну, может, она бы и не померла, но сильно хворала бы. Потом, в другой раз, кто-то испортил тормоза ее машины, и они отказали. Чуть не свалилась под обрыв, вот оно как.
— Нет-нет, все было не так. Все это — чистая случайность. Макака, ты просто слишком много беспокоишься.
— А если это продолжится — кто знает, что может случиться еще? Я думаю об этом, и это меня очень беспокоит.
— Глупый. Что еще может случиться? Мне везет. Я и вправду везучая, поэтому для меня
Пока Тамаё и Макака препирались таким образом, лодка подошла к водяным воротам поместья Инугами.
Киндаити оставил их на дамбе. Они поблагодарили его, и он погреб обратно к гостинице. По дороге он размышлял о том, что услышал от Макаки. Гадюка в спальне, испорченные тормоза, а теперь — дырка в лодке. Случайное стечение обстоятельств, как настаивает Тамаё? Или работа чьей-то безжалостной воли? А последнее может значить только одно: кто-то покушается на жизнь Тамаё. И нет ли связи между этими так называемыми совпадениями и зловещими предчувствиями Вакабаяси? Да, надо расспросить Вакабаяси, как только тот прибудет в гостиницу. Киндаити налег на весла.
Когда он вернулся в гостиницу, оказалось, что Вакабаяси уже прибыл. Служанка сообщила:
— Ваш гость спрашивал вас, господин, и я провела его в вашу комнату.
Киндаити поспешил на второй этаж, но в его номере Вакабаяси не было. Он явно побывал здесь, потому что в пепельнице лежала еще дымящаяся сигарета и незнакомая шляпа была брошена в углу комнаты, устланной татами. Должно быть, вышел в туалет, решил Киндаити и опустился в плетеное кресло. Он подождал, но посетитель так и не появился. Ждать дольше у Киндаити не хватило терпения, он позвонил и вызвал служанку.
— Что случилось с моим гостем? Он как будто исчез.
— Вот как? Интересно, что случилось? Может быть, он вышел в туалет?
— Это вероятно, но даже если так, он отсутствует слишком долго. Может быть, он по ошибке ждет в какой-то другой комнате? Попробуйте найти его, хорошо?
— Странно. Интересно, куда он мог деться?
Недоумевающая служанка вышла. Прошло совсем немного времени, когда Киндаити услышал ее пронзительные крики. В тревоге выскочив, он побежал на голос и обнаружил ее перед туалетом: она вся съежилась, а в лице ее не осталось будто ни единой кровинки.
— Ч-ч-что случилось?
— Господин, господин, ваш гость…
Киндаити взглянул туда, куда она указывала. Сквозь щель приоткрытой двери туалета виднелись мужские ноги, раскинутые на полу. Резко набрав воздуху, он открыл дверь и вошел. И замер на месте.
Мужчина в темных очках лежал ничком на белом плиточном полу туалета. Должно быть, перед смертью он корчился в страшных муках — воротник его пальто и шарф были смяты, пальцы скрючены, словно он в отчаянье царапал пол. Белые плитки забрызганы кровью, которую он отхаркнул.
Киндаити некоторое время стоял в оцепенении, потом осторожно приблизился к телу и пощупал руку. Пульса, конечно, не было. Он снял с лица человека темные очки, потом обернулся к служанке.
— Вы его узнаете?
Служанка боязливо вгляделась в лицо мертвеца.
— Ах да — это господин Вакабаяси!
Сердце у Киндаити замерло. Он так и застыл, совершенно ошеломленный.
Господин Фурудатэ
Худшего позора Киндаити не мог себе представить. Он
Но если посмотреть на случившееся с другой стороны? Совершенно ясно, что человек, убивший Вакабаяси, знал о том, что жертва собирается открыть по крайней мере часть его тайны детективу по имени Киндаити, и столь безжалостным способом предотвратил такую возможность. А это, в свою очередь, означает, что убийце известно, кто такой Киндаити, и он, убийца, бросил ему, Киндаити, вызов. Размышляя таким образом, Киндаити почувствовал, как закипает в его жилах кровь и яростное желание схватки разгорается в нем.
Поначалу Киндаити отнесся к этому делу довольно скептически, он не верил, что события, которых боялся Вакабаяси, могут произойти на самом деле. Однако теперь все сомнения отброшены прочь. Оказалось, корни этого дела простираются куда глубже, чем можно было судить даже по письму Вакабаяси.
Как бы то ни было, но Киндаити с самого начала попал в довольно неловкое положение. Он, в конце концов, не Шерлок Холмс: его известность не проникла во все уголки земли, включая данный. Поэтому Киндаити было непросто объяснить создавшуюся ситуацию начальнику полиции Насу и следователю, которые примчались в гостиницу, как только узнали о случившемся. Больше того, немедленно обнародовать содержание письма Вакабаяси ему не очень хотелось, а как еще объяснить полиции причину своего появления в Насу, он не знал.
В результате у следователя появились некоторые подозрения на его счет. Он дотошно выспрашивал у Киндаити все подробности его отношений с Вакабаяси. И Киндаити в конце концов уклончиво сообщил, что его пригласили провести некое расследование, но теперь, когда клиент умер, он не может выяснить даже, о чем шла речь. Следователь же, хотя и в очень осторожных выражениях, дал понять, что Киндаити придется на некоторое время задержаться в Насу. Против этого Киндаити не имел возражений, он и сам твердо решил не покидать город, пока не разберется в этом деле.
Вскрытие тела Вакабаяси было произведено в тот же день, и причина смерти была установлена. Его действительно отравили. Странность же заключалась в том, что яд обнаружили не в пищеварительном тракте, а в тканях легких. Короче говоря, Вакабаяси не выпил яд, а вдохнул его.
В связи с этим сигаретный окурок, который погибший оставил в пепельнице, сразу же привлек к себе внимание. Это был заграничный сорт, и пробы показали, что яд был примешан к табаку. Любопытно, что в портсигаре Вакабаяси осталось еще несколько сигарет, но ни одна из них не была отравлена — смертоносной оказалась только та, в пепельнице. Другими словами, убийце не требовалось, чтобы Вакабаяси погиб в какой-то определенный день и час, но было необходимо, чтобы он рано или поздно умер.