Клан Одержимого
Шрифт:
— Ваша Светлость, простите меня, я не успел вас защитить. Как вы себя чувствуете? Удар был тяжелый.
— Все в порядке, тебе не в чем винить себя, Девитт. Я сама прозевала удар.
Развернувшись к поверженному врагу, я стянул с него маску. Я ошибся. Это был не Бартель Тиельманс. Просто высокий мужчина с крупным телосложением.
— Вы его знаете маркиза?
Она вгляделась в его лицо и отрицательно покачала головой.
Я посмотрел туда, где продолжалась схватка барона с остальными
Там было не все так радужно. Из троих стражников на ногах оставался только один.
Тот, который подмигивал мне и благодарил за сестру в кабинете Аарта.
Стоя спиной к друг другу, они вдвоем с бароном отбивались от четырех убийц. На каждого приходилось по два головореза.
— Прошу прощения Ваша Светлость, я скоро вернусь.
Сказал я маркизе и вприпрыжку помчался к месту схватки. Меня словно овеяло детским ощущением праздника, вступая в бой, я будто ощутил томительное ожидание радости от предстоящей мальчишеской игры.
— Господа, сеньоры или как там вас ещё! Нехорошо нападать вчетвером на двоих. Давайте немного изменим баланс! Кто на меня?
Один из тех, кто нападал на стражника, обернулся на мой голос и побежал мне на встречу.
— Мне одного мало. А ваш друг, который мужественно сражается с бароном, не желает присоединиться к нашей компании? Все-таки барон пожилой человек, давайте уважать возраст! — я услышал, как Дария прыснула от смеха у меня за спиной. Барону было чуть за сорок, и он, отбивая натиск убийц, кряхтя, прокричал мне в ответ
— Я тебе покажу «пожилого человека»! Я тебе еще надеру жадницу, засранец!
Меня забавляла словесная перепалка с бароном в пылу схватки.
— Барон, вы не в том положении, чтобы мне что-то показывать. Но так и быть, я прощаю вам «засранца» и скоро спасу вас!
Мой противник сходу сделал выпад, под его плащом я разглядел вороной кожух матового металлического нагрудника — доспеха испанского образца. Такие носили конкистадоры.
В памяти мелькнула картина покорения ацтеков. «Хорошо, что я вижу доспех. Нужно бить в открытые части тела, плечи, кисти, ноги, голову», подумалось мне.
Я легко увернулся от клинка противника, сойдя с линии его прямого удара. Но я не ожидал, что мой оппонент толкнет меня плечом в солнечное сплетение и выведет из равновесия.
Это было продолжения его атаки и меня отбросило вправо на стену. Я долбанулся спиной и головой о стену. Он перебил мне дыхание. Противник нанес болезненный удар не только по телу, но и по моему самолюбию.
Еще минуту назад я был такой весь из себя мачо и крутой фехтовальщик в глазах Дарии, теперь же меня швырнули как собачонку.
«Каналья! Ты не о том думаешь!» Я снова сконцентрировался на схватке.
Тот, с кем я фехтовал уже
Он начал новую атаку. Его стиль отличался от предыдущего убийцы.
Если поверженный похититель Дарии предпочитал быстрые короткие уколы и порезы, то этот использовал сильные рубящие удары. Он рассчитывал перебить меня.
По его фигуре нельзя был сказать, что он обладает какой-то сверхъестественной силой, скорее наоборот. Но это шло в разрез с тем, что я ощущал в схватке с этим человеком.
Первый удар в мою адрес чуть не выбил рапиру из моей руки. Я ощутил болезненную вибрацию в ладони.
Это заставила меня разорвать дистанцию, чтобы собраться. Со стороны это могло выглядеть как бегство, но мой второй противник знал толк в фехтовании и разгадал причину дискомфорта.
Он напирал с новой силой имея преимущество в весе.
Его движения были точны и размашисты. Он раскручивал свою рапиру над головой словно пастушью плеть обрушивая на меня тяжеленые удары.
Я мог противопоставить только маневрирования на узком клочке поля боя.
Я хотел подловить его на замахе, но человек в черном плаще будто читал мои мысли быстрее, чем я успевал их додумывать. Он перестал замахиваться и теперь бил с еще большей силой подключая ноги.
Когда я блокировал его удары, сталкивающиеся металлические клинки рождали искры.
Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь. Звенела моя рапира, принимая по два мощных удара в каждую секунду.
Когда же он устанет? Он должен был уже выдохнуться! Невозможно так энергично и в таком темпе атаковать столь длительное время.
Я уловил паузу между ударами. Её-то я и ждал.
Мне нужен был глоток воздуха, мне нужна была целая секунда для того чтобы перейти от защиты к атаке. Я ощутил эту свою секунду всем телом.
В этот короткий промежуток я сделал мгновенный контрвыпад-туше в бедренную артерию выставленной вперед правой ноги моего противника.
Сделал выпад и … Ошибся…
Убийца только этого и ждал. В то мгновение года он ломал мой клинок чудовищным ударом сверху я понял, что попал в западню.
Это была ловко расставленная ловушка — полукруговой вертикальный батман. Мне стало обидно.
Наверняка эту комбинацию, эту домашнюю заготовку он отрабатывал тысячи раз в зале, тренируясь учебным оружием.
Я попался на тренировочный шаблон.
Тактика шаблона заключалась в том, чтобы нанести защищающемуся противнику несколько десятков мощных ударов, не позволяющих и помышлять об атаке, затем показать «оголенное» бедро, тут же убрать его и разрубить клинок противника диагонально-круговым сверху.