Клан

Ли Эдвард

Потом Поркер сказал:

– Не помешает взглянуть, сержант.

– Чёрт возьми, - согласился Пирс.
– Хорошо, панк. Веди нас.

Уэйд почувствовал приступ паники.

– Нет, ребята. Вы, ребята, идите, я подожду здесь. Но прежде чем вы уйдёте, вы должны меня запереть, - он указал на тюремную камеру станции.
– Там.

– Зачем?

– Для моей защиты.

– Защиты от чего?

Уэйд сглотнул.

– От них.

Пирс прищурился.

– Кто они?

– Послушайте, сержант, просто

послушайте меня, ладно? Закройте меня и идите проверьте.

– Мы не можем просто запереть тебя, - сообщил ему Поркер.
– Нет никаких оснований полагать, что тебе грозит опасность.

– Но я же говорю вам, что есть!

– Мы не можем посадить тебя в тюрьму, если ты не совершишь преступление, - сказал Пирс.
– И, к сожалению, быть мудаком - это не преступление.

Уэйд приходил в отчаяние.

– Другими словами, вы не посадите меня в камеру, если я не совершу преступление?

– Правильно, мальчик.

«Преступление, - подумал Уэйд.
– Хорошо».

Обладая впечатляющими рефлексами, он изо всех сил ударил Поркера прямо в живот. Поркер наклонился и завыл, как кастрированный морж.

– Вот, - сказал Уэйд.
– Достаточно ли этого преступления?

Пирс, рыча, воткнул рукоять дубинки весом девятнадцать унций в солнечное сплетение Уэйда. Уэйд сложился, с вытаращенными глазами. Затем его бросили в камеру. На всякий случай Пирс ударил Уэйда ещё один раз - между ног - и запер дверь камеры.

– Спасибо, сержант. И мои будущие дети тоже благодарят вас.

Глаза Пирса сверкнули сквозь решётку.

– Это конец для тебя, Сент-Джон. Мы собираемся проверить эту твою безумную историю, а потом вернёмся сюда надрать тебе задницу так сильно, что ты будешь гадить кремом для обуви целую неделю. Нападение на полицейского заставит тебя навсегда покинуть этот кампус.

– Я услышал вас, сержант. Просто сходите к декану. Проверьте его.

Пирс позвонил Уайту и договорился встретиться с ними в особняке декана. Затем он ушёл, за ним последовал Поркер, который хромал, держа своё слоновье брюхо.

Несмотря на боль, Уэйд улыбнулся.

«Давайте, супер-копы. Проверьте это».

«« - »»

Через полчаса в дверях станции зазвенели ключи. Вошли Пирс, Поркер и шеф Уайт с осунувшимися лицами.

Уэйд вскочил.

– Ну, как?

– Декан мёртв, - повторил Пирс.

– Я же вам говорил!

Пот заливал бледное лицо Поркера.

– В гардеробной, - пробормотал он.
– Декан…

Потом он поплёлся к туалету, чтобы вырвать.

– Бедный ублюдок никогда не выносил вида крови, - сказал Пирс.

Воспоминания снова вспыхнули.

«Кровь, - подумал Уэйд.
– Столько крови».

Потрясённые глаза шефа Уайта были похожи на большие плоские монеты.

– Она была оторвана, - сказал он.

– Что?
–

спросил Уэйд.

– Голова декана. Она была оторвана, - Уайт взял себя в руки, вздрогнув.
– Не отрезана, не отрублена и не отпилена. Я имею в виду, что кто-то схватил этого человека за голову и тянул её, пока она не оторвалась.

– Они серьёзная банда, шеф.

Но это была только верхушка айсберга; было ещё много чего рассказать, но Уэйд не осмелился. Эти семена должны быть посеяны в определённое время.

Пирс косыми глазами смотрел прямо перед собой.

– Оторвали и его «змея».

– Его что?

– Его «змея». Знаешь, его штуку, его «дружка».

Уэйд нахмурился.

– Вы имеете в виду его член?

– Оторвали его начисто, как и его голову. Кто, чёрт возьми, захочет сбежать с мужским причиндалом и головой парня?

– Психопаты - вот кто. Это ещё мягко говоря, - сказал Уэйд.
– Теперь, когда вы увидели всё сами, надо убираться отсюда.

– Подумай-ка ещё раз, - сказал шеф Уайт. Он сел и посмотрел на него.
– Ты никуда не денешься, пока мы не получим несколько ответов.

Паника поднялась в кишечнике Уэйда, как газы.

– Мы должны покинуть этот кампус прямо сейчас, шеф! Они идут за мной! Они придут сюда и оторвут у всех ваших ребят их «змеев»!

Пирс взял жевательный табак из пачки Red Man.

– Он знает гораздо больше, чем говорит, шеф. Это чертовски точно.

«У меня же есть отец», - подумал Уэйд.

Теперь камера не была уже такой безопасной для него. Поркера всё ещё рвало в санузле, выворачивая наизнанку. Пирс нервно сплюнул коричневый сок в бумажный стаканчик. Шеф Уайт просто смотрел, скрестив руки.

– Что ты делал у декана в такой час, мальчик?

– Я…

«Дерьмо!» - подумал Уэйд.

– Я видел, как убийца уезжал с места преступления.

– О, ты видел убийцу? Не мог бы ты нас просветить?

Уэйд сглотнул, думая о крови.

– Это был Джервис Филлипс.

Уайт и Пирс тихо рассмеялись.

– Джервис Филлипс - не кто иной, как пьяница. Ты надеешься, чтобы мы поверили, что он оторвал голову декану и выкрасил грёбаную гардеробную его кровью? Джервис Филлипс?

– Меня не волнует, во что вы верите. Я видел, как он выезжал из этого района, - неубедительно объяснил Уэйд.

Уайт потирал руки. Он терял контроль над своим городом и был в отчаянии. Ему нужен был кандидат на роль козла отпущения, и Уэйд мог бы отлично подойти на это место.

– Я не могу рассказать вам всё, шеф, - признался Уэйд.
– Если бы я вам всё рассказал, вы бы подумали, что я сошёл с ума.

– Мы уже думаем, что ты сумасшедший, - сказал Пирс.

– Сумасшедший убийца, - добавил Уайт.

Но если они увидят поляну, видоизменённый лес и женщин… Уэйд не мог придумать другого способа убедить их.