Клептоман
Шрифт:
— Я тебе говорю, пап: не проблема. Как только тебе потребуются деньги — дай мне знать.
— А как ты мне их сюда перешлешь, сынок? По банку, или человечка направишь?
— Ну, пап, хочешь, человека пришлю — водителя своего. Можно на счет твой деньги кинуть... Можно прямо на счет больницы перевести. Погоди, пап, ты говоришь, что операцию будут делать в Москве?
— Ну, так. В Москве.
— Так какого рожна мне тебе деньги пересылать или доставлять, если платить их в Москве все равно придется? Зачем это надо?
Куравлев-старший задумчиво крякнул:
— А действительно, сына, зачем? Ох-хо-хо, извини меня, плохо котел варит на старости лет. Конечно же, мне деньги в Москве понадобятся! Как я такой
— Да не вопрос, батя! Хочешь, я за тобой и за внучкой этой машинку к тебе пришлю? Что предпочитаешь — Лексус, Мерседес или Митсубиси?
— Да на кой машину и человека в даль гонять! Ее отсюда в Москву на «скорой» повезут. У них машины к перевозке таких больных больше приспособлены. К тому же, медперсонал будет рядом, с лекарствами и медицинским оборудованием, на всякий случай. Смотри, как только доктора направление в московскую клинику выпишут, ее должны будут туда доставить. Я с ней и поеду. Водителя и доктора, что ее сопровождать будут, отблагодарю сам. А ты меня от больницы заберешь! А то своим ходом тяжело мне уже, суставы болят, да и давление долбит.
— Да не вопрос, батя! Деньги будут, не переживай! Отзвони, когда выезжаешь. Серега, мой водитель-телохранитель, у больнички тебя заберет, если я в отъезде буду или не смогу сам тебя встретить. Помнишь его?
— Да помню, конечно. Заметный такой, с усами.
— Вот-вот, это он! Приезжай, батя, соскучился уж по тебе! Внучка повидаешь! Жена тебе тоже будет рада. А девчонке твоей поможем! Надо — специалистов подключим!
— Спасибо, и до встречи, сынок!
— Пока, папа, приезжай!
Лиса и дед почти каждый день навещали покалеченную Пельмешку. Избитая, поломанная, она оживлялась в большой палате, когда приходили эти единственные из оставшихся близких людей. Со стороны это выглядело однозначно: дед с внучкой приходят навестить еще одну внучку. Пока девчонка не разговаривала, но то, что она хотя бы пришла в себя, уже хорошо. Нападавшие свернули ей челюсть ударом кулака и, падая, она сильно повредила голову. Поэтому говорил лишь дед, а Лиса все больше молчала. После сообщения о несчастье с Пельмешкой, Куравлев-старший сразу же связался с начальником отделения милиции. Тот пригласил своего учителя в кафе, где за кружкой пива с креветками сообщил, что те, кто напал на квартиру Юрия и Снежаны Кориковых и покалечил девчонку, работали профессионально. Никаких следов налетчиками оставлено не было. И, по всей видимости, они нашли то, что искали. Оперативники обнаружили вскрытый небольшой тайник в кладовке квартиры. Тайник был пуст, но на стенках его были обнаружены частицы героина, как показала экспертиза. Тайник был настолько хорошо спрятан и изолирован от внешнего мира, что при первом обыске служебные собака, натасканная на обнаружение наркотиков, не смогла определить наличие этого хорошо законспирированного места для хранения зелья в квартире. Возможно, там и были деньги и наркотики. Похоже, что Юрик действительно решился-таки кинуть весьма серьезных ребят из областного наркотрафика, и результат не заставил себя долго ждать. Эти люди скоры на расправу, если дело касается попытки их обмануть или подставить. Начальник отделения не стал ничего приукрашивать и заявил деду, что найти налетчиков вряд ли удастся. Может быть, если заговорит сестра Юрия Снежана, которая лежит в больнице пока без сознания, они хоть что-то будут знать о преступниках. Но сам же милиционер очень сильно сомневался, что Пельмешка прольет какой-нибудь свет на это преступление. «Они профессионалы» — еще раз подчеркнул начальник отделения. Вот такой разговор состоялся тогда у ветерана правоохранительных
Лиса продолжала делать Куравлеву-старшему свои целительные бесконтактные сеансы. Каким-то мистическим образом они давали всегда положительный эффект. Девчонка не применяла никаких особых методик, у нее не было особых познаний о строении человеческого тела и глубокого знания болезней. Она просто делала круговые движения своими маленькими ладошками над больной частью организма, что-то шептала себе под нос. Рациональный Петр Степанович так и не смог найти объяснения исцеляющей силе ее рук. Он просто знал, что ему становится легче, боль как будто притупляется сначала, а потом и вовсе уходит. Куда она девалась, он не знал. Спросив однажды об этом своего малолетнего целителя, в ответ он увидел лишь пожимание плечами. О классической медицине пенсионер на время забыл, и вот однажды, доктор Мельников Олег Николаевич, что лечил деда, позвонил пациенту сам, чтобы узнать, какие ухудшения состояния суставов наступили за время с их последней встречи. Какого же было его удивление, когда Петр Степанович не без удовольствия сообщил, что его состояние значительно улучшается.
— Улучшается, в каком смысле? Какое здесь может быть улучшение? Вы, наверное, перепутали термины. Улучшение, это когда что-то становится лучше, а ухудшение — это когда приходят еще более печальные и грозные признаки болезни. Вы имели, по все видимости, ввиду ухудшение, просто забыли это понятие. В вашем возрасте подобное случается. Рассказывайте, какие мучения теперь вы испытываете! — с чувством задал вопрос травматолог-ортопед. В ответ он сначала услышал озадаченное хмыканье, а потом больной произнес ироническим голосом:
— Ухудшения следующие, доктор. Суставы перестали практически болеть. Я хожу, передвигаюсь, а недавно даже прошел быстрой, спортивной ходьбой три раза вокруг нашего городского стадиона. Это правда. И разницу между ухудшением и улучшением я помню и знаю.
— Но ведь это практически невозможно! — Олег Николаевич даже слегка повысил свой спокойный голос. — Я работаю врачом по этим проблемам уже больше двадцати пяти лет! Вы меня простите, Петр Степанович, но получается, что у вас болезнь не прогрессирует, суставы не стареют, а омолаживаются! Вы уже, каким-то образом, даже стали тренироваться на стадионе, хотя еще не так давно ходили медленно и с резкими болями. Такого не бывает! Вы как сейчас лечитесь, позвольте полюбопытствовать?
Петр Степанович сказал в ответ, что перешел сейчас на лечение народными средствами: травы, массаж, продукты пчеловодства. Доктор сразу же скептически отнесся к этому сообщению, пожелал деду не поддаваться на рекламу и шарлатанов, коих сейчас «гораздо больше, чем честных врачей». Куравлев-старший не стал переубеждать своего собеседника, поблагодарил за заботу, но на очередное предложение лечь на операцию, отказался, сославшись на желание взять пока тайм-аут.
— Привет! Батяня! — радостно крикнул Федор, когда увидел на пороге своего дома отца, — как я рад тебя видеть! Как доехал? Сразимся в шахматишки? — Да дай ты отцу отдохнуть хотя бы с дороги! — прервала мужа Алевтина Куравлева.
—Проходите, Петр Степанович, милости просим!
Позади деда скромно пряталась миниатюрная Светлана Стриж, по прозвищу Лиса.
Предприниматель заглянул за широкую спину своего родителя и, улыбаясь, смотрел на спутницу любимого папани. Потом спросил:
— Пап! А кто эта очаровательная рыжеволосая девочка с тобой? На солнышко похожее?
— Это вторая внучка моего друга. Он сам в больнице. Просил меня присмотреть за ней. Ее же зовут Светланой. Она со мной. Ты не возражаешь, если она поживет тут у вас вместе со мной, пока ее сестричка Снежана в больнице?