Клептоман
Шрифт:
— Надоел он мне со своей непроходимой глупостью! Он опоздал, и я его оштрафовал!
— А на сколько он опоздал?
— Какая разница! Опоздал и все!
— И все же. На сколько?
— На пять минут,- нехотя сообщил Федор,- Говорит, в пробку попал.
— И за пятиминутное опоздание ты оштрафовал его на 5% от зарплаты? Странная аналогия. Пять минут опоздания стоят пять процентов зарплаты! Не слишком ли жестоко? Он же неплохой работник!
— Ага! А отель «Sunny Heavens» — это его работа, совместно с Сергеем Камушкиным!
— По этому отелю я не спорю. Но, согласись, процентов двадцать из всех успешных
Бизнесмен хотел было сказать в ответ резкость, но сдержался и даже заставил себя улыбнуться жене. Эта улыбка развеяла немного свинцовые тучи на душе и, помолчав немного, он ответил:
— Возможно, ты и права в чем-то. Может быть, я кое где и перегибаю палку с репрессивными мерами.
Потом недовольство собой и окружающими вновь взяло верх и он попросил твердо жену:
— Но я и дальше намерен укреплять внутрифирменную дисциплину железной рукой. И прошу тебя не вмешиваться в этот процесс! Ты, конечно, далеко не последний человек на фирме, но позволь мне решать, кого и как наказывать!
Сказано это было предельно жестко. Женщина не стала спорить с мужем, понимая, что таким образом только усилит его раздражительность. Она решила мудро согласиться с требованиями мужчины.
ГЛАВА 18. Дать бой начальству фирмы
— Это уже вообще ни в какие ворота не лезет! — возмущался Сергей Камушкин перед группой коллег мужского и женского пола. — Шеф, в наглую, обозвал меня бездарем из-за того, что я неверно указал расстояние от аэропорта до нового отеля в Испании! Совсем охренел! Так и хотелось ему по физиономии дать! Такой хороший начальник был, а превратился в полное дерь...
— А меня недавно ни за что «финтифлюшкой» обозвал! — в свою очередь пожаловалась Елена Малиновская, — к врачам не отпускает, оштрафовал за опоздание с обеда. Бред! С обеда! Даже не с утра! Он все больше распаляется супротив сотрудников!
— Это точно! — поддержал разговор менеджер Андрей Зродников. — На меня он тоже наорал, сказал, что я не умею с клиентами разговаривать. Да еще так противно орал, визгливо! Ощущение, как будто в уши велосипедные спицы отточенные втыкают. Мне кажется, если с ним не переговорить, не дать ему отпор, то скоро либо все побегут с фирмы, либо он совсем нам на голову сядет!
— А что же вы, не мужчины? — ехидно вставила Светлана Лемешева, сотрудница бухгалтерии. Эта миниатюрная блондинка водила «шашни» с главным стукачом на фирме и провокатором — Виталием Солонициным. Информатора коллеги недолюбливали, так же, как и эту вредную девчонку. Если бы они еще узнали, что у них с этим филером роман, то точно бы не удивились такому союзу. Но молодые голубки не афишировали взаимную симпатию друг к другу, зная, что подобные вещи руководством компании не приветствуются. И вот Светлана Лемешева с удовольствием задела мужскую гордость сильной части компании.
— Значит вы какие-то размазанные мужчинки у нас, а не мужики! — выдала она еще одну фразу. — Даже защитить себя не можете! Ладно, защитить, даже поговорить-то и то боитесь! Где же ваша мужская честь, мужское достоинство?
— Это у меня нет мужского достоинства? — вскипел Тимофей Феклистов.
— Или ты меня имела в виду? — взревел следом
— А может, у меня?! Так я тебе сейчас такое мужское достоинство покажу, что ты в обморок упадешь! — загромыхал Андрей Зродников и стал делать вид, что расстегивает ширинку своих штанов.
— Ой-ой-ой! Напугали ежа голой попой! Будут сейчас меня своими достоинствами пугать! Пуганая уже, знаем, видали! Я не то достоинство имела в виду, а обычное, человеческое. Пошли бы к шефу, переговорили, прикрикнули бы, а то и припугнули бы неприятностями, мускулами и судами!
— Ага! У него вон, нунчаки в столе, да пара телохранителей. Поди, одолей такого Брюса Ли в окружении «бодигайдов»! — наигранно всерьез воспринял провокацию Лемешевой Андрей Зродников.
— А что это ты не боишься нас на такое дело подбивать? Гляди, прознает филер наш и донесет на тебя прямо Федору Петровичу. Посмотрим тогда, какая ты смелая! — логично заметил Сергей Камушкин.
— Я пошутила, а вы все всерьез восприняли! — выкрутилась молодая бухгалтерша. — А стукач на меня не донесет, будьте уверены!
— А почему это стукач тебя обойдет своим вниманием? — все трое ребят сразу заинтересовались этим утверждением девушки.
Светлана поняла, что сболтнула лишнего. Если ее заподозрят в романе с провокатором, то тогда ее точно "сожрут" сослуживцы, да и сам Солоницин не станет больше ей покровительствовать, а начнет доносить на нее при малейшем ее промахе в работе или опоздании. А промахов этих и опозданий у "зеленого" специалиста Лемешевой было предостаточно. Виталий так ей и говорил в моменты интимных встреч: «Если нас застукают в плане нашей любви — это будет прямое нарушение этики компании. А это чревато большими неприятностями, вплоть до увольнения одного из сотрудников. Так что ты думай, кого уберут. Меня — ценного для фирмы человека, или начинающего стажера в бухгалтерии. Принцип у руководства такой: на работе — работа, а на улице и дома — любовь. Я у администрации на хорошем счету, перспективы карьерного роста имеются, и я не хочу, чтобы моя мужская слабость к тебе, Светлана, перечеркнула многообещающие возможности в этой компании».
— Так ты же не по работе на хорошем счету у начальства, а благодаря другим своим качествам, — ехидно съязвила тогда сотрудница бухгалтерии.
— Что?! — возмутился Виталий в ответ и даже оттолкнул немного от себя обнаженную девушку. Светлана поняла, что по неопытности ляпнула дерзость и добавила:
— Я имела в виду, что тебя ценят за твои мозги, за серое вещество, так сказать, которое, и я тоже очень люблю! — она вытянула губы трубочкой и попыталась поцеловать «ценного для фирмы человека» и тот смягчился, самодовольно заулыбался. Через три минуты они вновь любили друг друга самозабвенно, как и должны любить друг друга аналогичные по складу характера люди.
— Я ему не интересна в качестве объекта для своевременных сигналов. Я слишком еще неопытная и обязанности у меня — минимальные. И я не представляю для его карьерного роста угрозы, в отличие от вас, ребята! — перевела она разговор в другое русло. — Я так, посчитай, принеси, сбегай, позвони…
— Своевременные сигналы? — переспросила Елена Малиновская. — По-моему, то, что этот паренек делает, имеет другое название — доносительство.
— Своевременные сигналы, — упрямо повторила Лемешева.