Клиент
Шрифт:
– Вы считаете, ему грозит опасность?
– Да, и если бы я так не считал, я все равно не стал бы рисковать. Если он сейчас все выложит, ему может не поздоровиться. Так что сегодня я его освобождать не намерен ни при каких обстоятельствах.
– Что, если Марк откажется говорить, а Фолтригг вручит ему повестку Большого жюри?
– Я его не отпущу.
Аппетит у Реджи пропал напрочь. Она отпила чаю из бумажного стаканчика и прикрыла глаза.
– Все это ужасно несправедливо, Гарри. Он заслужил лучшего отношения со стороны государства.
– Согласен. Предлагай, я слушаю.
– Что,
– Я все равно не отпущу его, Реджи. Во всяком случае, сегодня. Может быть, завтра. Или послезавтра. Все слишком быстро закрутилось, так что я предлагаю двигаться осторожно и посмотреть, как поступит Новый Орлеан.
– Вы не ответили на мой вопрос. Что, если я не разрешу ему давать показания?
– Что ж, на основании имеющихся данных мне ничего не останется, как признать его малолетним преступником и отправить назад к Дорин. Разумеется, я могу отменить собственное указание завтра. Или послезавтра.
– Он не малолетний преступник.
– Может, и нет. Но он что-то знает и отказывается говорить, таким образом препятствуя свершению правосудия. – Он надолго замолчал. – Что он знает, Реджи? Если ты мне скажешь, мне будет сподручнее помочь ему.
– Я не могу сказать, Гарри. Сами знаете.
– Разумеется, – улыбнулся он. – Но совершенно ясно, что знает он порядочно.
– Видимо.
Он наклонился вперед и коснулся ее руки.
– Послушай меня, дорогая. Наш маленький дружок в большой беде. Давай его из нее вытащим. Не будем торопиться, пусть он сидит там, где ему не грозит опасность и где мы правим бал, а пока поговорим с ФБР насчет их программы обеспечения безопасности свидетелей. Если они пообещают это Марку, равно как и его семье, он сможет выложить все эти ужасные секреты и быть в безопасности.
– Я поговорю с ним.
Глава 25
Под пристальным наблюдением судебного пристава, сурового мужчины по имени Грайндер, они снова собрались и заняли свои места. Финн испуганно оглядывался по сторонам, не зная, что делать – стоять, сидеть, говорить или залезть под стол. Орд вертел перстень на пальце. Бакстер Маклемор отодвинул свой стул по возможности подальше от Финка.
Судья допил остатки чая и подождал, пока все успокоятся.
– Для протокола – бросил он в направлении судебной стенографистки. – Миссис Лав, я хочу знать, будет ли Марк давать показания.
Она сидела в футе за спиной клиента и смотрела сбоку на его лицо. Глаза его были все еще мокры.
– В данных обстоятельствах, – сказала она, – у него нет выбора.
– Так как – да или нет?
– Я разрешу ему давать показания, – сказала она, – но я не потерплю оскорбительных вопросов мистера Финка.
– Ваша Честь, пожалуйста...
– Тихо, мистер Финк. Вспомните правило номер один. Не говорите, пока к вам не обратятся.
Финк метнул яростный взгляд на Реджи.
– Дешевый прием, – огрызнулся он.
– Прекратите, мистер Финк, – остановил его Гарри.
Все смолкли.
Неожиданно судья улыбнулся.
– Марк, ты можешь оставаться на своем месте, рядом с адвокатом, а я задам тебе несколько вопросов.
Финк подмигнул Орду. Наконец-то мальчишка будет говорить.
– Подними правую руку, Марк, – произнес судья, и Марк медленно повиновался. Правая рука, как, впрочем, и левая, дрожала.
Пожилая дама встала напротив Марка и привела его к присяге по всем правилам. Он сел и подвинулся к Реджи.
– А теперь, Марк, я задам тебе несколько вопросов. Если ты не поймешь, о чем я тебя спрашиваю, можешь посоветоваться со своим адвокатом. Понял?
– Да, сэр.
– Постараюсь, чтобы вопросы были простыми и ясными. Если тебе потребуется перерыв, чтобы поговорить с Реджи наедине, миссис Лав уведомит меня об этом. Ясно?
– Да, сэр.
Финк повернул свой стул в сторону Марка и сидел, как голодный щенок в ожидании кормежки. Орд покончил с ногтями и приготовил ручку и блокнот.
Гарри секунду полюбовался своими записями и опять улыбнулся мальчику.
– Вот что, Марк. Расскажи мне, как именно вы с братом нашли в понедельник мистера Клиффорда.
Марк покрепче ухватился за подлокотники и откашлялся. Он ожидал совсем другого. Ни в одном кино он не видел, чтобы вопросы задавал судья.
– Мы прокрались в лес за трейлерной стоянкой, чтобы выкурить сигарету, – начал он и медленно подвел их к тому моменту, когда Роми в первый раз надел шланг на выхлопную трубу и залез в машину.
– И что ты сделал? – взволнованно спросил Гарри.
– Я снял шланг с трубы, – сознался он и поведал, как полз по траве, чтобы помешать Роми покончить жизнь самоубийством. Он уже обо всем этом рассказывал раньше, раз или два матери и доктору Гринуэю и раз или два Реджи, и история никогда не казалась ему забавной. Но сейчас, пока он ее рассказывал, глаза судьи заискрились смехом и улыбка стала шире. Он даже тихо засмеялся. Судебный пристав тоже развеселился. Судебная стенографистка, скучавшая до сих пор, явно получала удовольствие. Даже пожилая женщина, принимавшая у него присягу, впервые за все слушание улыбнулась.
Но все веселье кончилось, когда он рассказал, как мистер Клиффорд схватил его, дал ему пощечину и швырнул в машину. Марк рассказывал все ровным голосом, глядя на коричневые босоножки стенографистки.
– Значит, ты был в машине с мистером Клиффордом до того, как от умер? – осторожно и уже на полном серьезе спросил судья.
– Да, сэр.
– И что он делал, после того как затащил тебя в машину?
– Он еще несколько раз меня ударил, кричал и угрожал. – Марк рассказал, что помнил, о пистолете, бутылке виски и таблетках.
В маленьком зале стояла мертвая тишина, улыбок не было и в помине. Марк говорил, как в трансе, ни с кем не встречаясь взглядом.
– Он застрелился из пистолета? – спросил судья Рузвельт.
– Да, сэр, – ответил мальчик и рассказал о подробностях. А когда покончил с ними, стал ждать следующего вопроса.
Судья долго думал.
– А где был Рикки?
– Прятался в кустах. Я видел, как он крался по траве и вроде бы догадался, что он снова снял шланг. Как потом выяснилось, в самом деле снял. Мистер Клиффорд все говорил, что чувствует запах газа, и меня спрашивал несколько раз, чувствую ли я. Я сказал, что да, вроде даже дважды, но я знал, что Рикки позаботился о шланге.