Клинок предателя
Шрифт:
— Ладно, теперь даже я заскучал, — сказал я. — Что вам нужно?
— Переговоры.
— Что?
— Не нужно скромничать. Родословная грамота у вас, она мне нужна. Не хочу, чтобы Джиллард заполучил свитки, поэтому готова пойти на переговоры.
— Ладно, — сказал я. — Безопасный проезд для нас пятерых и бочонок золота.
Герцогиня задумалась, но почти сразу сказала:
— Нет, боюсь, не выйдет. Бочонок с золотом, впрочем, могу пообещать, так что соглашайтесь. Правда, боюсь, большинству из вас все равно вскоре придется
— Полагаю, вы тогда понимаете, почему ваше предложение нам не подходит, — заметил я.
— Я не жестока. Девчонки умрут просто потому, что ни один из моих планов не осуществится, если они останутся в живых. Лучник оскорбил герцога Перо, поэтому заслуживает смерти. Ну и, само собой, Кест — Королевский Клинок, раз уж он об этом упомянул. — Патриана улыбнулась. — Но ты можешь вернуться со мной, Фалькио, ты и твоя прекрасная лошадь. Кстати, где она? Нам с тобой есть что обсудить.
— Брасти, выстрели телохранителю в лицо. Кест, отруби ей голову: посмотрим, долетит ли она до того дерева, — приказал я.
— Поединок! — отрезала Патриана.
— Что?
— Я хочу использовать свое право на разрешение спора поединком. Королевский закон позволяет это.
Брасти уже прицелился и сказал:
— Можете просить чего угодно, даже вареную рыбу, светлость, но мы с вами больше не играем.
И выпустил стрелу. Я тысячу раз видел, как он стреляет, и ни разу он не промахивался, особенно с такого расстояния.
— Всё в порядке, — тихо сказал Кест. — Ты не промахнулся.
Телохранитель все еще стоял, даже не пошевелившись. Я заметил, что теперь он держал в руке клинок, а у его ног на земле лежала стрела, перерубленная пополам.
— Мы все мечтаем, что после смерти встретимся со святыми, — сказала герцогиня Херворская. — Вы с ним уже встретились и теперь умрете.
Телохранитель снял шлем. Короткие рыжие волосы, пронизывающий взгляд, красное лицо цвета пролитой крови. От него исходило красноватое свечение. Увидев его, лошади попятились, испуганно заржали и бросились врассыпную.
— Святые угодники и боги, — прошептал Брасти.
— Предпочитаем, чтобы к нам не взывали всуе, — сказал Кавейл, Рассекающий клинком воду, кроваволицый святой клинков. — Иногда мы от этого приходим в ярость.
— Это невозможно, — пробормотал я. — Святые не…
Я судорожно размышлял, пытаясь понять, что происходит. Может, это очередная уловка и парень в шрамах просто покрасил лицо красной краской? Но как же стрела…
— Это не так сложно, как ты думаешь, — начала герцогиня. — Если очень постараться и быть готовым на любые жертвы, то можно прийти к взаимному соглашению с кем угодно. — Она встала и продолжила: — Вот мои условия. Вы можете сразиться с моим бойцом, проиграть, и тогда я отниму грамоту и ваши жизни, или можете попытаться сбежать — святой Кавейл все равно убьет вас, я так или иначе заполучу бумаги и ваши жизни.
— Так в чем разница? — спросил я, разглядывая
— Дам вам возможность погибнуть достойно. Я же знаю, как много это для тебя значит, Фалькио.
Святой принялся снимать доспехи, являя нам свое сильное худощавое тело. На нем был черный колет, видневшаяся под ним кожа была такого же кроваво–красного цвета, как и лицо. Несмотря на это, его внешний вид не поразил меня: я дрался по меньшей мере с сотней противников с таким же мускулистым татуированным телом. Но от него исходила какая–то сила. Святой — воплощение идеала, в данном случае — мастерства владения клинком.
«Что ж, — подумал я, — если и придется умереть, то, может, об этом хоть кто–то песню сложит?» Хотя он все равно нас всех убьет, а, к сожалению, других свидетелей этого знаменательного события рядом нет. Разве что герцогиня окажет нам такую услугу.
— Хорошо, — сказал я, обнажая рапиру.
Святой засмеялся.
— Ты? Не глупи. Ты даже клинок держать правильно не умеешь. — Он поглядел Кесту в глаза. — Ты. Я пришел за тобой. Ты же всегда знал, что это случится.
— Знал, — просто ответил Кест.
— И теперь ты знаешь, чем все закончится?
— Знаю.
Кавейл улыбнулся.
— Хорошо, что ты не ставишь себя выше святого, мальчишка.
Кест пожал плечами.
— Святой — это всего лишь маленький божок.
Святой продолжал улыбаться.
— Мне нравится твой плащ. Можно я заберу его после твоей смерти?
— Договорились. Только у меня тоже есть одна просьба.
— Справедливо, хоть и бессмысленно.
— Позволь моим друзьям уйти до начала поединка. Если я проиграю, ты их все равно догонишь. А если одержу победу, они будут уже далеко, когда здесь появятся люди герцога.
— Ни в коем случае, — ответила герцогиня. — Твои друзья останутся здесь. Это не займет больше пары секунд.
Святой продолжал смотреть на Кеста, но ответил герцогине:
— Молчи, женщина. Твое блеяние оскорбляет меня.
— Мы договорились…
— Мы договорились, что я убью этого человека. Но я пришел сюда не для того, чтобы уничтожить его одним взмахом клинка. Ты утоляешь свою месть, а я — жажду развлечений. Не бойся: я уверен, что быстро заскучаю и поединок с ним продлится лишь несколько секунд. Если хочешь, можешь до тех пор подержать свитки.
Герцогиня отобрала грамоту у Валианы, проверила печати.
Кест обернулся ко мне.
— Бегите. К черту слова Швеи, бегите быстро изо всех сил.
Бессмысленно спорить: в одиночку или впятером, против святого клинков шансов у нас никаких. Но если мы найдем лошадь фей, то я смогу посадить на нее девушек, и у них появится шанс сбежать от войска герцога Джилларда — если, конечно, герцогиня не лжет и люди герцога Орисона не гонятся за нами.
— Будьте готовы, — предупредил я остальных. — Сначала бегите к деревьям, потом через поля.