Клинок принца
Шрифт:
Утро было отвратительным. Нет, я, конечно, понимаю, что кому-то оно могло и понравиться… Но лично для меня провести несколько часов в ожидании заслуженного разноса – и, наверняка, каких-нибудь ещё гадостей, – оказалось настоящим мучением. Чего я за это время только не передумала! Даже перебрала все способы побега из дворца, пока не поздно… Но сбегать не стала, хотя как минимум три способа уйти, не попрощавшись, должны были получиться. Дворянская честь, чтоб её! Ну не могу я сбежать от собственного наказания! Провинилась – повинись, что называется.
Да ещё вчерашняя царапина давала о себе
На этой ноте мои мысли опять вернулись к болезненной теме собственной некомпетентности. Нет, хватит, оборвала хандру я. А то действительно, как сказала Шиннора, сама себя в гроб вгоню, одним только упадническим настроением.
Решившись, я открыла дверь кабинета, в котором заперлась сразу после завтрака, с обещанием выйти, только если меня потребует её величество.
На высоком и, на мой взгляд, неудобном диване в гостиной, терпеливо ожидая меня, сидели двое. Нянюшка, к которой, я собственно, и направлялась, и моя вчерашняя жертва, он же – 'подопечный'. Кронпринц Луис, собственной расцарапанной и побитой персоной.
– Упс! – сказала я, замирая на месте. Тёмное Пламя, и прятаться уже поздно!
– Рил! – обрадовался кронпринц, заметив, что действующих лиц стало больше.
– Ваше высочество, – изобразила реверанс я, низко наклонив голову, чтобы скрыть хмурое выражение глаз.
– Мы же договорились: Луис, – поправил меня кронпринц, бодро подскакивая и хватая меня за рукав. Наверное, чтобы не сбежала. – Рил, нам нужно поговорить…
– Да, конечно, – вздохнула я. – В кабинет?
– Давай, – согласился он, увлекая меня за собой.
– Я слушаю вас, Луис, – закрыв за нами дверь, я прошла к окну и повернулась к собеседнику. Негоже отворачиваться от особы королевской крови.
– Рил… Я хотел сказать: спасибо… за то, что спасла меня вчера. И… твоей вины в произошедшем нет.
– В чём? – зло возразила я. – В том, что на вас напали? Или в том, что я не смогла достать своё оружие?
– И в том, и в другом. Мы так торопились ввести тебя в дело, что даже не позаботились о том, чтобы ты успела ко всему привыкнуть и экипировку свою опробовать…
– Ну да? А у меня мозги на что?! Нет, Луис. Я виновата в том, что, увидев ножи, обрадовалась, что мне доверили оружие, и на этом успокоилась!
– Ладно. Все виноваты и все невиновны… Я, собственно, хотел предложить… Хочешь наверстать упущенное?
– Прямо сейчас?
– Ну да. Идём?
– Хм… Я вас правильно понимаю, что я остаюсь вашей охранницей?
– Конечно!
– Хм… А в ближайшее время мероприятия, где я должна присутствовать, планируются?
– Ближайшие дня три – нет.
– Тогда я, с вашего позволения, отложу тренировку на завтрашний день. Не хочу бок беспокоить.
– Тебя ранили? – всполошился кронпринц. Глаза сразу стали виноватые-виноватые… Ну и кто его так воспитывал? Охранник жив, дееспособен – и больше 'подопечного' ничего волновать не должно!
– Нет, поцарапали.
– Хорошо…
– Сегодня я могу быть свободна?
– Да, конечно!
Ну вот, всё сложилось отлично – сегодня меня никто не побеспокоит, и можно заняться приведением себя в порядок и другими делами… Проводив никак не желающего уходить кронпринца, я ненадолго задумалась, планируя свой день. Да, график выходит насыщенный…
Для начала я выспросила у нянюшки, купила ли она обещанные телесные краски и прочее. 'Купила', – радостно сообщила мне Шиннора и показала набор. Из двенадцати цветов, начиная тёмно-коричневым и заканчивая ярко-лазурным… И для чего его предлагается использовать?!! Уличным артистам носы раскрашивать, чтобы отличать их друг от друга, когда они в костюмах?! Или рисовать картинки на стенах, оскорбительного содержания?!
Я успела похоронить все свои планы и намерения, когда нянюшка поинтересовалась, почему я расстроилась, и может ли она чем-нибудь помочь. Может, мрачно сообщила ей я, если найдёт все мои вещи, пропавшие неизвестно куда, после того, как меня схватили. По крайней мере, в своих комнатах я их не нашла, кроме кулона – подарка родителей на мой самый первый день рождения, но он всё это время висел у меня на шее, на цепочке.
– Что ж ты сразу не сказала, деточка, – всплеснула руками нянюшка и куда-то умчалась. Когда она вернулась, я не знала, что мне делать: смеяться – или плакать. Оказалось, мои вещи отдали в стирку, все разом. Прачка долго удивлялась, зачем ей вручили котомку с какими-то коробочками и верёвками. В конце концов, нашла комплект одежды, постирала его, а остальное решила просто вымыть. Теперь у меня на руках были мокрые вещи, мокрые верёвки, тщательно вымытые коробочки с пудрой, телесными красками, мазями для волос и прочими кремами… Надо отдать должное прачке: отстирала она всё качественно. Разметки на верёвках как не бывало, надписей на коробочках тоже, а пудра и мази для волос настолько хорошо прополоскались, что к употреблению были теперь непригодны… Придётся покупать новые, решила я. И этим отлично можно воспользоваться.
Уговаривать нянюшку пришлось долго. Подошло уже время обеда, когда Шиннора наконец согласилась, что без меня не сможет выбрать нужные крема, пудру и краски. О том, чтобы выпустить меня-Рилазу из дворца, и речи не шло – не хватало только баронессе самой по рынку бегать! В конце концов, мы сговорились, что я переоденусь служанкой и пойду вместе с нянюшкой.
Мне было абсолютно не жаль целого утра, потраченного на уговоры Шинноры. Ведь она согласилась участвовать в этой операции и ничего не говорить принцам и королеве, а значит – нянюшка теперь на моей стороне. Кроме того, мне не придётся самой тайком выбираться из дворца, что было бы очень рискованным предприятием. А так всё было намного проще: Шиннора сообщила, что баронесса плохо себя чувствует и не хочет никого видеть, после чего я намазала толстым слоем краски лицо и руки, меняя свой стойкий загар на ещё более тёмный цвет кожи жителя Полуострова, оделась в принесённую нянюшкой форму служанки и вышла из покоев, как только сменилась утренняя стража. Правда, смены караула пришлось подождать, но оно того стоило – иначе не избежать бы нам с Шиннорой вопросов, откуда я взялась в покоях баронессы, если никто из служанок туда не входил?