Клор
Шрифт:
Бессмысленно.
Бесполезно.
Драугам плевать на ранения.
Магия изводится магией.
Или взрывчаткой. В достаточном количестве.
Одиночных стрелков сомнут. Если, конечно, раньше маги огневой поддержки не выжгут их позиции.
Драуги растянулись в три цепи и идут друг за другом.
Я стою.
Ко мне, как к единственному уверенно выглядящему, потихоньку стягиваются ополченцы. Израненные, изодранные, у половины из оружия только голые руки.
Я стою.
Тихо свистнула
Я наблюдаю и молчу. Разве что восприятия до полутора сотен герц разогнал. Голова от такого побаливает, но терпимо.
Второй кричит. По толпе проходит волна лихорадочной активности.
Кто-то пытается залечь.
Первый огненный шар прилетает в меня и растекается радужной кляксой по щиту.
До ополченцев доходит, что отлежаться не выйдет. Не до всех, далеко не до всех, но один уже вопит «ура!» и уверенно хромает на драугов.
Он умирает быстро. Кто бы ни рулил нежитью, стреляют они весьма и весьма.
Сохраняют тела поцелее, чтобы потом поднять, доходит до меня.
За первым уже потянулись остальные. Человек, может, пятнадцать.
Вопят.
Поначалу неуверенно, но потихоньку входя в раж.
За ними втягиваются другие. Поднимаются залёгшие, откапываются новые, бегут, бредут, хромают, орут. В моём поле зрения человек сто. Против целого полка неупокоев. Извините ребят, но вы уже помертвее врага будете.
А вот маги, определив во мне коллегу, упорно фокусят меня. Пока что сплошь уныние: поток огня в разных форм-факторах, немного ускоренных камней. Только успевай эфир в щит подкачивать и температуру вокруг сбивать. Даже гармонику атаки не пытаются варьировать. Дилетанты. Хорошо, что из-за близости к первой линии драугов по мне больше не может работать артиллерия. Без риска нарваться на бурное неудовольствие Семьи Кро, в смысле.
Ополченцы как раз добрались до рукопашки. Хотя боем это при всём желании назвать нельзя. Преимущественно их душат. Как цыплят. Правильно, нечего материал для подъёма больше необходимого портить. Дырки штопать самим придётся, сломанные кости пластинами фиксировать с потерей подвижности. Зачем, если можно просто не ломать?
Через десять минут всё окончено. Один взвод драугов начинает сбор тел. Остальные продолжают идти вперёд.
На меня перестают тратить эфир. Зато начинают поливать пулями.
В районе килоджоуля на каждую на моём щите. Всего тысяча попаданий дадут один кило тротилового эквивалента, равномерно размазанный по всей площади. По-моему, такое даже против местных недоучек не пройдёт.
Или меня просто подавляют, чтобы не вылезал из-под щита? Так я и так не вылезаю. Они это своей заслугой считают? Наивные.
Капкан.
Пять драугов заходят на меня по кругу.
Тыкают штык-ножами.
Безупречно синхронно.
Глупость. Так
По быстро перефоматированному щиту пляшут голубые всполохи попаданий. Стрелять, кстати, перестали.
Драуги раз за разом тупо тыкают меня.
Я стою.
Один достаёт гранату.
Через полсекунды его грудь разрывает аннигилятором.
Обожаю вкус жёстких гамма-лучей поутру. В обед тоже не отказываюсь.
Остальные отступают. Но идею они поняли.
В меня летят гранаты.
Я стою.
Гранаты летят обратно.
Мусорить некультурно. Так отец всегда говорил перед тем, как выкинуть бычок на газон.
Основная цепь уже давно прошла мимо. Ко мне приближается солдатик. Живой. По форме — капитан Семьи Ле, дом сходу не узнал. По эфирному плану — маг средней руки.
— Гражданин… э-э-э-э… — начинает он.
— Сехем, — подсказываю я.
— Да, гражданин Сехем, вы стоите…
— Я стою.
— Да, стоите, гражданин Сехем, в зоне проведения операции по замирению.
— Я стою мирно.
— Да, но… почему?
Этот маг сломался. Несите следующего.
— Устал бегать, — терпеливо поясняю я.
— Послушайте, гражданин Сехем, — голос Ле скрипит от умственного перенапряжения. Или это извилины без смазки проржавели? — Вы стоите в зоне боевых действий и, таким образом, мешаете их проведению.
— Я в них участвую.
— Как?
— Я стою.
Пауза в десять секунд. Ле растерянно промаргивается. Как бобочка крылышками.
— Вы с какой стороны участвуете? — всё-таки сообразил спросить. Чудо свершилось.
— Со стороны моря, не доходя полукилометра до вокзала.
— Да я… гражданин Сехем, вы издеваетесь?
— Нет. Я стою.
— Вы не могли бы стоять в другом месте? Скажем, за городом?
— Нет. Не хочу бегать.
— Мы вас довезём…
— Отставить, капитан, — раздаётся командирский голос. — Тит Кузьмич, командующий хотел бы обсудить с вами ряд вопросов.
— Спасибо за оказанную честь, я тут постою.
— Почему? — форма майора Кро, вид безупречно уставной. Занятный персонаж.
— Устал бегать.
— Мы можем идти, — замечает Кро.
— Аргумент. Выдвигаемся.
Моё стояние на Ксале подошло к концу.
Глава 28. Пламенное прощение
Перспектива: агент Ликвидатор, локальный идентификатор «Th-229»
Инбародод Арит стоял в порту в окружении офицеров штаба и одной Нави. Точнее, в том, что осталось от порта, но я уже наелся этим уточнением. Да и потом, от порта, строго говоря, не осталось ничего, кроме испещрённой оспинами воронок глади. Где тут была мостовая, где дом — как теперь понять? Что-то такое было на Бирже после «полицейской» операции.