Клоун

Браун Картер

– Очень мило, что вы пришли, лейтенант, – сказала она своим грудным голосом.

– Мне передали, что вы хотели меня видеть.

– Я просто не знаю, что мне делать… – Она кисло улыбнулась. – Совершенно не знаю… Но прошу вас, входите же. Сейчас я попытаюсь вам все объяснить.

Я последовал за ней в гостиную. Она опустилась в глубокое кресло и сразу же взяла стакан, стоявший на столике. Я невольно спросил себя, действительно ли она собирается мне поведать о чем-то или пригласила к себе, чтобы не пить в одиночестве.

– Людвиг сказал мне, что убитый в нашем доме человек – Элтон Чейз, это правда?

– Да, его опознали

и ваш муж, и Марта Шепли. Сегодня утром.

– Бедняга Элтон! – Она зябко передернула плечами. – Вы вчера вечером были у Шепли?

– Да.

– Людвиг наверняка наговорил вам целый ворох всякой лжи. – Она плотно сжала губы. – Да и Марта Шепли… Эта злобная бестия тоже, наверное, немало вам наболтала.

– Ваш супруг придерживается мнения, что вы – нимфоманка, – заметил я таким тоном, каким обычно ведут непринужденную светскую беседу. – А Марта Шепли рассказала мне, что ее муж собирался жениться на вас, но тут внезапно всплыл Людвиг Янос и отбил вас у него.

– И знаете, мне кажется, что я не прогадала, – спокойно ответила она. – Особенно теперь, когда я вижу, каким стал Дэвид. Но, может быть, в этом виновата Марта? А что касается нелепого обвинения в том, что я – нимфоманка, то это лишь плод больного воображения моего дорогого супруга и его чрезмерной ревности. – Ее глаза заблестели, и она бросила взгляд на меня. – Что еще он вам наговорил?

– Ничего особенного. О чем вы хотели со мной срочно поговорить?

– Срочно? – Она на какое-то время задумалась, а потом извиняюще улыбнулась. – Если говорить откровенно, срочного ничего не было. Просто мне захотелось побеседовать с вами, лейтенант.

– Странно, что вы вчера не узнали Элтона Чейза, – заметил я.

– Вот мы и добрались до сути дела, – ответила она. – Вчера вечером я вам солгала.

– Значит, вы узнали его?

Она кивнула.

– На вечеринке он предложил мне встретиться у нас. Мы не рассчитывали, что Людвиг может вернуться раньше срока. Элтон ушел первым. Минут через пятнадцать я сказала, что у меня разболелась голова, и под этим предлогом тоже ушла.

– А когда приехали домой, обнаружили, что он уже мертв?

– Я увидела, что машина Людвига стоит в гараже, и поняла, что может произойти нечто ужасное. Но я никогда бы не могла и подумать, что он решится убить Элтона.

– Значит, вы полагаете, что Чейза убил ваш муж?

– А кто же еще? – удивленно спросила она, посмотрев на меня своими большими глазами.

– Почему вы не сказали мне сразу, что это Чейз?

– Я испугалась… – выдавила она. – Я ведь подумала, что Людвиг прячется где-нибудь поблизости и может появиться в самый неожиданный момент. – Она закусила нижнюю губу. – Я понимаю, что мои слова звучат не очень вразумительно, но вчера вечером я действительно сходила с ума от страха. И подсознательно чувствовала, что для меня будет лучше, если я сделаю вид, что не узнала Элтона. Я думала, что так будет безопаснее. К тому же и сделать это было нетрудно, ведь его лицо было загримировано. И моя ложь удалась. Ведь мне казалось, что если я не узнаю Элтона, Людвигу не сможет придти в голову мысль, что это я назначила Элтону свидание у нас в доме.

– А как объяснить ваш обморок при появлении мужа? Что это? Тоже часть комедии, которую вы решили разыграть?

– Не совсем. При виде Людвига я вполне уверилась в том, что именно он убил Элтона, – очень тихо сказала она. – Согласитесь, этого вполне достаточно,

чтобы потерять сознание.

– Почему вы решили, что Чейза убил ваш муж?

– Так это же совершенно ясно! – Она сделала рукой какой-то неопределенный жест. – Он, видимо, подозревал, что у меня с Элтоном связь, и именно поэтому сказал, что уезжает на несколько дней. Понимаете, он давал нам возможность встретиться. А когда его подозрения подтвердились, он убил Элтона.

– Сколько машин стояло в гараже, когда вы вчера вечером вернулись домой с вечеринки?

– Только одна… Людвига. Почему вы об этом спрашиваете?

– Каким же образом, черт возьми, до вашего дома добрался Чейз? – набросился я на нее. – Он что, пешком пришел?

– Ну, я думаю, что это-то вполне ясно, – быстро ответила она. – Он убил Элтона и сразу же уехал на его машине.

– А почему же не на своей собственной?

– О, вы его плохо знаете! Он слишком умен и хитер.

Это был один из тех ответов, которые всегда лишены всякой логики. Но она с самоуверенным видом смотрела на меня, словно хотела сказать, что только последний дурак не понимает таких простых вещей.

– В каком костюме Чейз был на вечеринке?

– В том самом, что и был на нем, когда вы его видели, лейтенант. – Ее брови приподнялись, изображая недоумение. – Или вы уже забыли, как выглядел труп?

– Значит, на нем был костюм клоуна? – подытожил я. – Вы видели кого-нибудь еще в костюме клоуна там?

– Кажется, нет.

– А мне вот сказали, что на вечеринке два человека были в одинаковых костюмах клоунов.

– Ну, конечно же! – Она скривила лицо. – Какая превосходная мысль! Ничего более остроумного он, разумеется, и не в состоянии был придумать!

– Да, да, превосходная мысль… А теперь уточните, о ком, собственно, идет речь?

– О Людвиге, разумеется!

– Почему о Людвиге? – спросил я.

– Потому что его не узнали бы на вечеринке только в том случае, если бы он надел на себя наряд клоуна. Или вы другого мнения? А мне так кажется, что все, кто его там видел, считали, что это Элтон. Правильно я рассуждаю?

– Если, конечно, не учитывать такой возможности, что с ним могли заговорить, – отрезал я.

– Людвиг никогда не совершит такой глупости, – сказала она таким тоном, каким разговаривают с маленьким глупым ребенком, когда он чего-то не понимает. – Я считаю, что вам сейчас не остается ничего другого, как арестовать Людвига по подозрению в убийстве Элтона Чейза.

5

В моей квартире все было подготовлено к приему. Освещение сведено до минимума, долгоиграющие пластинки – на проигрывателе. Достаточно нажать на клавишу, и из репродукторов польются чарующие звуки томной испанской музыки. Но поскольку еще не изобрели самонаполняющихся бокалов, я был вынужден оставить Изабель Мерман одну в гостиной, чтобы приготовить на кухне коктейли.

Когда я вернулся, она стояла посреди гостиной, склонив немного голову набок. На ней было черное вечернее платье с оранжевой отделкой и без рукавов. Верхняя часть платья состояла из двух половинок, которые красиво ниспадали с шеи до талии, закрывая ее маленькие, но упругие груди. Стройная талия подчеркивалась широким лакированным поясом, а юбка была просторной и волнистой. Это даже нельзя было назвать платьем. Это было нечто, что должно было постоянно напоминать мужчине, что женщина создана для того, чтобы ее соблазняли.