Клятва рода
Шрифт:
Золо, покачав головой, сел рядом на возникший из пустоты стол. Эмиссар сконцентрировался, и Лера ощутила подъем сил. Сердце перестало трепетать, разгоряченное тело остудилось, а во всем теле стала ощущаться легкость, словно его хозяйка хорошенько выспалась и размялась.
— Скоро тебе не нужно будет оружие, чтобы справиться с врагом, — обронил Золо.
— Ты встроишь в меня пистолет?
— Я сделаю кое-что получше. Боишься молнии?
— Молнии? К чему этот вопрос? Люди пугаются грома, а не самой молнии. Хотя смертелен не гром… Вроде каждый это понимает, но
— Это идея, ха-ха-ха, но нет… Я же обещал кое-что получше. — Глаза Золы сверкнули черным. Бледно-зеленая радужная оболочка вдруг потемнела, и весь белок заволокло черным туманом.
Лера не успела испугаться. Было мимолетное ощущение, что внутри что-то взорвалось, потом перед глазами поплыло и резко все встало на свои места. Мир вокруг ничуть не изменился. На столе также стояли фрукты, и рука невольно схватила бокал вина. Тем более что мужчина напротив поднял второй бокал, и его баритон прокатился по пустому просторному помещению, без окон и дверей, но освещенному так, словно солнце проникало и сюда.
— За новую тебя!
И бокалы встретились.
Через три глотка свет в глазах Леры померк. Золо подхватил падающее тело.
— Нет, ты не умрешь, проснешься другой в нужный день. И если выживешь в ту встречу, будешь моей ученицей. Пока же просто спи, подождем следующего хода. — Золо подошел к стене и в сплошной стали образовался проход. Он и она исчезли в нем, погружая комнату во мрак.
Над Нью-Йорком сгущались тучи.
Трасса на пути в Хабаровск.
Вечерело. Три бронированных джипа составляли кортеж Василия Васильевича Ботаникова. Член Совета в кои-то веки выбрался с базы домой. Повод был железобетонный — день рождения матери. В этот раз отказать по какой-либо причине считал кощунством.
Его автомобиль двигался в центре колонны, и Гений, занимая все переделанное заднее сиденье, ни на миг не отрывался от дисплея ноутбука. Сводки мелькали перед глазами, и даже закат не мог привлечь к себе больше чем на мгновение. Лютый и Седой впереди по обыкновению вполголоса переговаривались. Речь шла о званиях. У самих была форма офицеров; у Лютого черный комбинезон с нашивкой щита, у Седого — щит с топором. Парни в ведущей машине и в машине позади были «волкодавами», в сером.
В висок кольнуло. Вася прикрыл крышку ноута и склонил голову к коленям. Сейчас должна была снова начаться головная боль. Хронический недосып делал свое дело. Стоило помять виски, понажимав активные акупунктурные точки, и продышаться. Стоило забыть о работе на пару часов и посвятить время матери. Она, конечно, обеспечена и живет теперь в новой квартире, ни в чем не нуждаясь, имеет возможность строить новую жизнь, но очень скучает. Годами он был с ней рядом, бок о бок. И вот каждый день, каждую ночь живет где-то в другом мире, с другими законами и правилами игры.
— Е-мое!!! — заорал Седой, выворачивая руль в кювет.
Автомобиль спереди вдруг подбросило в воздух, и мгновением позже
Взрывная волна повернула машину с Василием, выкидывая на обочину мощной пощечиной. Почти одновременно в прошитую броней дверь прилетел снаряд, выпущенный из РПГ. Только тот факт, что автомобиль в этот момент разворачивало взрывом и водитель успел вывернуть руль, спас Василия от прямого попадания. Снаряд ударил по касательной, проломив первую дверь, прошил насквозь Седого и, вылетев во вторую дверь, рванул невдалеке от машины. Бронированное лобовое стекло приняло большую часть осколков. Водителю Лютому отскочившей шрапнелью срезало половину щеки. Джип грохнулся о деревья и перевернулся на крышу.
Лютый, Василий и Седой повисли на ремнях безопасности.
Задней машине повезло меньше. Сумевшей затормозить и не врезаться охране досталось целых три выстрела противотанковых гранатометов. Пробивая целые стальные крепости со стационарной броней, усиленный РПГ последней модели разорвал автомобиль, сжигая и корежа людей заживо.
Василий пощупал разбитый лоб и благословил ремни безопасности. Об ноутбук вышиб передние зубы и харкал крошевом вперемешку с кровью. Но если бы не был пристегнут, противоударный корпус вполне мог сломать гортань.
Соображая, где верх, где низ, Вася обронил, едва ворочая челюстью:
— Мать вашу… на танках, что ли, ездить… Лютый, Седой… вы как?
В ответ послышалось бормотание Лютого:
— Абзац… У меня шея сломана… Сам не выберусь… Седого вижу… Только он меня… больше нет… Голову не могу повернуть… Вася, кто там машину обступает?
Словно отвечая на вопрос, перед автомобилем выстроился ряд людей в полевой форме. До слуха докатился звук пилы-болгарки. Чуть спустя Вася увидел искры, бьющие в лицо. Отвернулся, ощущая запах подпаленных волосков. За тонированным окном вверх ногами стояли солдаты.
— Не двигайся, Лютый… зафиксируй шею… они в форме армии… контора?
— Не контора, не верь… — просипел Лютый. — Руки свободны? Дотянись до пистолета. У меня на поясе. Быстрее…
Вася больше на ощупь расстегнул кобуру, доставая ГШ-18. Обращаться с ним учил еще Скорпион. Холодная, рифленая рукоятка немного успокоила, вселяя уверенность, но руки дрожали, а по телу гуляли неприятные волны страха пополам с холодом.
— Что толку? Их там с десяток…
— Не продавай жизнь… задешево. — Голос Лютого истончился и пропал.
— Лютый! Лютый, не отрубайся! Лютый?!
В ответ тишина.
— Мать вашу за ногу! — Вася снял с предохранителя и отстегнул ремень, поддерживаясь руками и перекатываясь на дно машины. Дуло уперлось в сторону искр, палец напрягся, готовый спустить курок. — Князя так просто не взять.
«Автомобили облеплены датчиками. Спутники следят за передвижением. На базе уже дан сигнал тревоги, и группы мчатся к месту происшествия, в том числе со стороны города. Надо только продержаться. Потянуть время. Если двери заклинило, вытащить его будет не так-то просто. Только зачем я им живой?» — подумал Василий.