Клятва

Дёртинг Кимберли

Просто её прикосновение напомнило мне о том, почему мы вообще оказались именно здесь. И это заставило меня забыть о сиренах, панике и боли.

Нельзя допустить, чтоб кто-нибудь узнал о наших секретах.

Никогда.

— Все хорошо,

сейчас мы в безопасности, — успокаивала я, обнимая ее, пока не почувствовала, как она, наконец, расслабилась в моих руках.

В конце концов, Анжелина заснула, но мои шансы на сон были невелики.

Я чувствовала себя уставшей — изнеможденной даже, но страх пробрался

под кожу, не давая покоя.

А еще доставала окружающая обстановка.

Под курткой на мне была лишь ночная рубашка, дававшая совсем немного тепла.

Я сидела, облокотившись о жесткую стену, стараясь не шевелиться, чтоб не побеспокоить сестру. Спина и плечи совсем затекли, руки болели.

Я вновь и вновь прокручивала в голове слова отца о том, что они с мамой останутся, чтоб предотвратить поиски нас приближающейся армией.

Свет фонаря разрезал темноту, больно ударив по глазам.

И в тот же миг я увидела Арона, и больше мы с Анжелиной не были одни.

Появились другие люди.

Они шли семьями, поддерживая друг друга, и по одиночке.

Кого-то я узнала, другие были незнакомы мне.

Но все мы теперь были объединены в поисках защиты здесь, в подземельях под городскими стенами.

Улыбаясь, Арон оставил свою семью, поспешив к месту, где находились мы с сестрой.

Его отец был слишком увлечен, сплетничая с окружающими, чтоб заметить отсутствие сына, а мачеха была слишком смиренная женщиной, чтоб начать возмущаться.

— Я наделась, что ты придешь сюда, — с благодарностью выдохнула я, когда он оказался рядом.

Я вглядывалась в темноту за его спиной.

— А как насчет Брук?
–

Он отрицательно покачал головой.

— Её здесь нет.

Наверное, она с отцом в одном из городских убежищ.
–

— Кстати о…

Я с сомнением посмотрела на отца Арона.

— Как твой папаша смог перебраться через стены? — Я попыталась представить, как Арон подталкивает своего отца, карабкающегося наверх, как я Анжелину.

— Ты бы удивилась, узнав, насколько прытким он становится, когда припечет.
–

Он приподнял брови, но я видела, что он не шутит.

Арон уселся рядом, и я тут же тяжело облокотилась на него, почувствовав необыкновенное облегчение от того, что он с нами.

— Как она? — спросил он, кивнув в сторону Анжелины.

Я ощетинилась, хотя и наверняка знала, что в его словах не было скрытого подтекста.

Знала, что, заглянув в его глаза, не увижу неозвученых вопросов — почему она всегда молчит, почему не произносит не звука, как все дети её возраста.

Вопросы, которыми другие всегда тревожившие меня, заставляющие гадать, нет ли у людей, задававших их, подозрений, не догадались ли они, что молчание не единственная её странность.

— С ней все в порядке. — Ответила я немного резковато.

И,

пытаясь загладить это, добавила уже мягче:

– Просто устала.
–

Я знала — Арон поймет.

Мы замолчали, прислушиваясь к приглушенным голосам вокруг нас, гадающих, что может происходить в городе.

Сейчас не было деления на классы, и я могла с легкостью уловить различия в голосе, интонации, языке.

Я понимала каждое слово, хоть и не могла поделиться услышанным с Ароном.

Люди предполагали возможность нападения на город с применением всех сил и ресурсов.

Кто-то настаивал на сбое в оборонительной системе города, что это ложная тревога.

Я надеялась и молилась о последнем, не в состоянии принять худший вариант, пока родители находятся в городе.

Потом откуда-то из темноты донесся голос, эхом отражающийся от каменных стен.

А за ним другой, и ещё один, и вскоре все стали вставать со своих мест в дань уважения, повторяя слова Клятвы.

Присоединяясь к остальным, я поднялась вместе с Анжелиной, отказываясь отпустить или хотя бы разбудить её.

Моё дыхание-это моя клятва поклоняться моей королеве больше всех остальных.

Моё дыхание-это моя клятва подчиняться законам моей страны.

Моё дыхание-это моя клятва чтить моих властителей.

Моё дыхание-это моя клятва способствовать развитию моего класса.

Моё дыхание-это моя клятва докладывать обо всех, кто может навредить моей королеве и стране.

Клянусь, как дышу.

Этой ночью слова приобрели большее значение, чем прежде.

Я не была уверена, страх или патриотизм являлся тому причиной, но в этот момент я по-настоящему клялась своей королеве.

Умоляя её о защите, которую лишь она могла предоставить.

Понемногу, все разместились поудобнее, разговоры стали затухать. Тяжело навалилась ночь.

Обхватив руками Анжелину, ощущая рядом тепло Арона, я, наконец, сдалась усталости.

И сон стал не только единственным выбором, но и необходимостью.

Громкие ликующие голоса прокатились эхом по подземелью.

Эти крики разбудили меня. Разминая плечи, я пыталась избавиться от боли в затекших плечах и шее.

Анжелина уже проснулась и сидела, притворяясь, что шепчет секреты на ухо Кексику.

Я коснулась её ноги.

— Все в порядке?
–

Она кивнула.

Снаружи было светло, поэтому рассмотреть происходящее вокруг было гораздо легче.

Я посмотрела на Арона, все еще находившегося рядом.

— Кто-то приходил сюда?
–

Он кивнул. Осмотревшись по сторонам, я увидела, что практически все, включая семью Арона, уже ушли.

Я улыбнулась Анжелине, все еще игравшей с игрушечным кроликом.

— Так что же произошло? — спросила я у него.

— Из-за чего сработали сирены?
–