Клыки Асуры

Леонетти Марко

— Спустимся вниз, — решил киммериец.

— Одумайся, могучий! — пугливо произнес Бушан. — Разве ты не видишь, это же гробница! Спустившись вниз, умрешь лютой смертью!

— Я уже однажды спускался в безмятежный мрак покойников, — с усмешкой вспомнил Вьяллар мрачный Химинбьёрг. — Если мертвецы не забрали мою жизнь в усыпальницах Видфинна, неужели же Хифлинг окажется моей могилой?

— Ассасины поклоняются смерти, однако, смерти разной… Оказаться пожранными мглой ваших богов — незавидная участь.

— Спускаемся вниз, — повторил сын Родвара. — Я приказываю.

Шемиты

были вынуждены подчиниться. Даже если бы темнокожие и решились на бунт, воинов Вьяллара было больше. Ассасины бы неизбежно проиграли.

По стенам темного коридора пробегал огонек едва заметного пламени, нагоняя на жителей Полудня суеверный страх. Осторожный шаг сменялся новым…

Миррейа все также внимательно следила за изменениями в окружении, но ничего опасного по-прежнему не замечала.

Наконец, они завершили спуск и оказались в овальном зале со стенами, украшенными фресками. В центре комнаты стоял хрустальный саркофаг, освещенный пламенем двух неугасимых лампад. Над прозрачной крышкой витал целый рой огненных мотылей.

Воины быстро догадались, кто спал беспробудным сном в тесной усыпальнице.

То был Вестри, альв-кузнец, пропавший брат Наккара…

* * *

Они прошли уже достаточно далеко по извилистому ходу. Казалось, в темной проточине можно бесцельно брести целую вечность. Реган успел за это время изрыгнуть столько проклятий, сколько, наверное, все войско Родвара не насобирало бы и за год.

Гретта запоздало вспомнила, что во тьму Хифлинга стоило взять с собой старого Динхвалта — он бы сумел определить верную тропу, и им бы не пришлось блуждать по всем коридорам в поисках цепи.

Конан молчал — его занимала недобрая мысль о том, что Рокка, также как и Топор Модгуд, кто-то должен охранять. Здесь, в стылых пещерах, они находятся в полной власти невидимых стражей ценного предмета. Вряд ли враг пожелает выйти на открытый поединок, скорее всего, на пути их ждут коварные ловушки.

— Этот проклятый коридор играет с нами! — наконец, возмутился Ледяной Молот. — Водит кругами да петлями во мгле, точно слепых крысят! Мое терпение, друзья, начинает подходить к концу…

Тут же словно по волшебству они увидели впереди свет.

— Гарни, Валгор! Сходите, посмотрите, что там впереди! — приказала Гретта наемникам.

Двое киммерийцев с ворчанием обогнали группу и исчезли за поворотом. Они вернулись скоро — изумленные и потрясенные.

— Что там?

— Колонны в сиреневом сумраке! — сказал Валгор. — Похоже на какой-то темный алтарь. В глубине зала, куда мы уже не решились заглянуть, стоит большая статуя, высеченная из мрамора. Будь я проклят, если она изображает не двух волков с хищно разинутыми пастями!

— Ясно, — Конан начал что-то припоминать.

Он слышал об этом давно, да еще и мельком, сидя в одной из таверн Ванахейма около пяти лет назад. Рассказ странствующего пирата уже, наверняка, давно бы стерся из памяти киммерийца, если бы не одна незначительная деталь, имевшая отношение к интересам варвара. Тогда Конан еще не присоединился к банде Гуннара,

он только обдумывал, в какие края начать путь. Странствующий пират рассказал о банде нордхеймских вещих колдунов, которые заперлись где-то глубоко в пещерах дальше к северу, чтобы основать там новое царство. Царство, где поклоняются богине Хель и ее слугам.

Там, по слухам немногих, имевших шанс посетить владения сумасшедших колдунов, скоплены великие богатства. Скорее всего, именно почитатели северной богини тьмы отыскали Цепь Рокка и принесли ее в свое убежище. В то время этот слух мало заинтересовал Конана — налетать на владения колдунов, какими бы безумцами они ни были, из-за призрачных сокровищ, он не собирался.

Спустя год или два прокатилась другая молва: асиры все-таки решились выбить магов из хладных жилищ, однако, ничего там не нашли. Пещеры оказались абсолютно пусты — внутри истаял любой след присутствия человека. А вскоре все участники похода, потревожившие хладную обитель, погибли загадочной смертью, объяснению которой не смог найти ни один нордхеймский знахарь.

Видно, и вправду подземелье охраняли древние силы, которые не терпели ничьего присутствия в своих владениях.

Только в эти мгновения Конан догадался, что все ранее собранные слухи касались именно этого злополучного места — пещер Хифлинга. Статуя двух волков — это бывшее место жертвоприношений магов, которые обитали здесь некоторое время, прежде чем бесследно исчезнуть.

— Идемте, взглянем, — предложил киммериец.

Конан прошел в зал с высоким сводом, утопленным в сиреневой дымке, за ним последовали Гретта и Реган, который вместе с Ингурдом после гибели вендийских жрецов занял место капитана отряда, потом в зал вошли остальные воины из группы.

Так и есть. Два мраморных исполина. Один — волк Аккал, пожиратель трупов из Хельгарда, другой — его чудовищный собрат — пес Сумрак, некогда посаженый на цепь стеречь вход в мрачное царство Хель. Последняя работа зодчих из числа поклонников кровавой богини.

Гретта наклонилась к основанию статуи, чтобы прочитать высеченные в камне руны.

«Я скоро выйду на свободу, и не найти вам тех оков, что удержать меня способны. Мой голод лют. Я съем всех вас. Сожру людей, сожру богов, я — Аккал, волк из мрачных снов», — медленно прочитала наемница надпись под статуей волка, залитую темно-синей мерцающей краской.

«Сумрак — мое имя. Мрак — мой отец, мать моя — ненависть. Слюна — яд, глаза — огонь, когти — мечи, шерсть — звенья кольчуги. Я выйду на свет, и спасения вам не будет. Дыхание своим спалю я ваши жалкие тела», — гласила другая надпись, сделанная у лап гигантского пса. Похоже, совсем другой рукой.

«Дыхание Сумрака!»- внезапно вспыхнуло в сознании Конана. Словно проблеск пламени, отголоски чужих мыслей. Мыслей тех, кто безвозвратно сгинул в этом гиблом месте.

«Мы спрятали гибель за холодной стеной, через которую не пройдет никто из живых…