Ключ
Шрифт:
Тем временем гулянье все больше набирало обороты. Часа через два шумного и бурного застолья, с танцами, выступлениями различных талантов – от пародистов-юмористов до бардов, – все пришли в состояние крайней степени опьянения. Мордой в салат никто не нырнул, но многие были к этому близки. Подумать только, а ведь всего-то выпили десять бутылок вина и четыре коньяка, и это на два десятка человек. Все же долгое воздержание от спиртного сыграло с ними злую шутку.
Впрочем, как показало утро, ничего страшного не случилось. Это было заметно по отсутствию у народа
– Ну и как самочувствие? – раздался голос Натальи за спиной умывающегося Александра.
– Знаешь, я ожидал худшего, – берясь за полотенце, не без удивления произнес Ладыгин. – Или все дело в том, что вчера скакал как молодой козлик.
– А вот у меня в голове немного шумит. Я вообще-то не пьющая, но вчера всем было так радостно, что я присоединилась за компанию. Кстати, выяснила я насчет Марии и Кирилла.
– Так-так-так, в этом месте поподробнее.
– Не стыдно – сплетни собирать? – склонив голову набок, осуждающим тоном поинтересовалась она.
– Во-первых, еще недавно это было частью моей работы. Во-вторых, мне ничто не стыдно, если вопрос о здоровом обществе. Эдак заведется любовный треугольник, а у нас тут все от мала до велика с оружием бродят. Даже если мамка все стерпит, по старинному русскому обычаю, то дочке или сыночку головушку сорвет, и пойдет вершить правосудие… Так что не сомневайся, выкладывай.
– О-о-о как ты все мрачно расписал.
– Это ты мне про мрачность говоришь? Кхм. Извини, я не хотел тебя обидеть, – увидев, как на ее лицо налетела тень, стушевался он.
– Да нет. Правильно все. Это я что-то совсем не подумала. Ведь вроде обычный мужик… Л-ладно, чего теперь-то. Так вот, относительно Марии. Знаешь, отчего тут смертоубийства или хотя бы мордобоя не произошло?
– Ну?
– Баранки гну. Эту Марию можно смело определять в квартал красных фонарей. Уж больно любвеобильная и ненасытная. Ее тут на всех хватило, оттого и драк не приключилось. Одни только охранники не согрешили, да и то, скорее всего, из-за опасения штрафов.
– О как! – только и сумел выдавить из себя Александр.
– И что будешь делать? Маша прямо влюбилась в этот мир и намерена тут остаться.
– Чтобы я оставил эту бомбу замедленного действия? Да ни за какие коврижки! Знаю я таких. Другие на этом деле зарабатывают, а эти в омут с головой – и только из одной любви к искусству. Мало того, сами готовы с себя последнее снять. Но опять же за деньги со всеми подряд – это не к ним. Так что в квартале она не сможет. Тамошние девицы четко знают, что женатые мужики табу. А этой без разницы. Тот же Кирилл появится на горизонте, как она сразу растает. Не-э… Жаль, но эту красавицу нужно гнать отсюда.
– Поганой метлой, – нарочито нахмурив брови, выдала Наталья.
– Почему поганой? – не понял Александр. – Подкорректирую
– Господи, Саш, я же шучу.
– А-а. А я сразу-то и не понял. А вообще, знаешь, мне с вами не до шуток. Тут волей-неволей начнешь уподобляться Зарубину и рассматривать женщин как корень зла.
– Ладыгин, отлучу от тела, – угрожающе произнесла Наталья.
– Ну вот, а я о чем. Чуть что, сразу виноватите и наказание всегда под рукой.
– Ну как продукт, Терентий Семенович?
Ладыгин не без удовольствия наблюдал за собеседником, смакующим предложенную ему икру. Тот даже не смог скрыть чувство удовлетворения, обозначившееся на его лице. А может, и не собирался этого делать.
– Хороша, нечего сказать. Вот только какая-то эдакая неуловимая особенность в ней есть. Словно и не осетровая икра это вовсе, – подобно дегустатору, причмокивая, ответил он.
– Так особенность в положительном смысле или отрицательном? – откинувшись на спинку стула, поинтересовался Александр, уже зная ответ.
– В положительном, молодой человек. В сугубо положительном. Рука эдак сама собой тянется за следующей порцией. Но вы так и не ответили на мой вопрос. Осетр, знаете ли, он же разный бывает, и я по вкусу могу отличить любого, даже не столь распространенного сахалинского. Ваша икорка по размерам и фактуре ближе к белужьей.
– Ого. Однако вы знаток! – А отчего не восхититься талантами человека? Профессионализм всегда внушает уважение.
– Не буду скромничать, – слегка разведя руками, согласился со сказанным Терентий Семенович, уже перешедший шестидесятилетний рубеж, – я всю жизнь занимался икрой. Сначала сам браконьерничал на Волге, потом пришли девяностые, и я превратился в коммерсанта. Тут уж пришлось иметь дело с самым различным продуктом. Но признаться, вот эта икорка – нечто особенное. И по фактуре она, знаете ли, темнее, и размер самую малость больше белужьей, и вкус у нее отличительный. Уверен, что ее анализы окажутся весьма интересными. Иными словами, при всей своей похожести, это не осетровая икра. Хоть на пупе извернитесь, но я уверен в своих словах. Но и не искусственная. Происхождение у нее самое что ни на есть натуральное.
– Что же, вот результаты исследований. Здесь все без дураков. – Александр протянул собеседнику листки бумаги.
– А ну-ка, ну-ка… Ага. Гхм… Нда-а… Ну что же, результаты вполне. И даже лучше… Как, впрочем, я и ожидал. Но мне понадобятся свежие образцы.
– А вот с этим ничего не выйдет.
– Отчего же? Я, видите ли, слишком долго в этом деле, чтобы вот так, за здорово живешь, рисковать своей репутацией.
– Терентий Семенович, давайте уточним некоторые вопросы. Итак, что должно интересовать вас – качество товара, чтобы, не дай господь, не потравить народ, и его цена. Это все. Будь я готов ответить на все ваши вопросы, то, поверьте, не стал бы обращаться к человеку с официальным доходом в один миллион рублей в год.