Ключ
Шрифт:
– Когда он сказал, что на тебя не возможно долго сердиться. Ты забавная.
– Забавная???
– тут Мила даже села.
– Ну да, - Лесс удивленно приподнял голову, пытаясь сообразить, что же он сказал не так.
– А что? Тебе не нравиться?
– Хм, - неопределенно хмыкнула она, - в общем-то, ничего, просто это не совсем те слова, которые хотелось бы услышать от... него.
– А чтобы ты хотела услышать?
– хитро спросил он, но, пребывая в задумчивости, девушка не заметила этого.
– Ну...,- с неохотой протянула она, обхватив колени руками и уперевшись в них
Единственная... Некоторые слова, особо важные для нее, она не любила часто произносить, словно боялась их обесценить от излишнего повторения. Но Лессандр спросил ее сам:
– А как же единственная? Неужели ты не хочешь быть единственной для него?
– Но ведь есть еще Тан. В свое время Рисса и Лея рассказывали, что он действительно любил ее. Поэтому я не единственная, а просто другая, - негромко ответила она.
В конце концов, она прежде тоже влюблялась, и все же теперь ей казалось, что до сих пор она не любила по-настоящему. Брайас стал для нее единственным, которого как в старинных романах, ждут всю жизнь и, не дождавшись, умирают в тоске и одиночестве с тремя кошками и ярлыком "старой девы". И все же лучше так, чем с кем-то другим. Но ей повезло встретить Брайаса и теперь она сделает все, чтобы не потерять его, и спасти всех остальных.
Лесс заметил, как лицо ее сделалось грустным, она ушла в себя и явно не собиралась возвращаться. Неужели все из-за этой длинноухой?
– Знаешь, вообще-то он не говорил про забавную. Это я от себя добавил, - признался он.
– Брайас сказал, что не может долго на тебя сердиться, потому что, когда смотрит на тебя, его сердце замирает, а потом начинает учащенно биться.
– От страха?
– иронично усмехнулась она. Лесс закатил глаза: и как Брайас с ней справляется? С ней же совершенно не возможно говорить о чувствах - она все переводит на шутку!
– От любви, - мрачно ответил вампир, сердито глядя на нее.
– Я поняла, Лесс, - глаза ее были насмешливы, а на губах была снисходительная улыбка.
– Так какого хрена...
– вампир захлебнулся от возмущения.
– Просто хотела тебя побесить, - ехидно ответила она.
– Ну ты и...
– выдохнул Лесс, но Мила его опередила:
– Знаю, знаю... Кровосос.
Вампир глухо рыкнул и на всякий случай заложил руки за голову, чтобы не поддаться искушению и не придушить ее. Тем временем, гроза прошла, и конюхи вновь раскрыли ворота, впуская свежий сыроватый воздух с запахом мокрой земли и зелени.
– Что ж, Дымка, нам пора возвращаться домой, - Мила с неохотой поднялась на ноющие ноги.
– А почему ты не хочешь оставить ее здесь?
– встрял Лесс.
– Место есть, еда тоже...
Мила только пожала плечами:
– Если она сама этого захочет, то пусть остается, - и, открыв дверцу стойла, пошла на улицу. У самых ворот она остановилась и оглянулась - Дымка как-то нерешительно шла за ней, то и дело, оглядываясь на столь гостеприимное стойло. Улыбнувшись, девушка вернулась назад и загнала лошадь обратно:
– Вижу, тебе здесь понравилось. Что ж, оставайся. Завтра после тренировки я за тобой зайду, погуляем, - она убрала ленты из гривы и хвоста и, сунув
– До завтра.
Дымка ласково ткнулась в протянутую к ней ладонь своим нежным бархатистым носом.
– Можем завтра опять прокатиться, - злорадно улыбаясь, предложил Лесс, покидая вместе с ней конюшню.
– Ну уж нет!
– Мила отрицательно взмахнула руками.
– Без седла и уздечки я больше не поеду. Кстати, с тебя полная сбруя!
– ехидно напомнила она.
– Я помню, - буркнул Лесс.
– Ну что, увидимся?
– Они вышли на площадь, и Мила тут же свернула на нужную улочку, ведущую прямиком к храму.
– А ты разве на ужин не идешь?
– удивился Лесс. Время было уже позднее, и Маришка наверняка уже велела накрывать на стол. Возможно, они с Вандой даже успели поужинать. Мила подняла голову и посмотрела на ночное небо, проглядывающее сквозь рассеивающиеся тучи.
– По-моему, это будет уже не ужин, а очень-очень ранний завтрак, - улыбнулась она.
– Я перекушу что-нибудь у Ванды и тут же завалюсь спать. Завтра рано вставать... или уже сегодня?
– она опять с сомнением посмотрела на небо. Ярко-белая луна была сейчас в зените, значит, скорей всего завтра. И все же... Сегодня был довольно длинный день, а завтра будет еще один, нужно отдохнуть. Во сне время бежит незаметно, так же как за тренировкой.
Вдруг Мила с волнением подумала, что завтра будет третий день, когда Брайас наконец доберется до Стограда, а там еще четыре дня он снова будет здесь. А может быть и раньше, если использует телепорт. На усталом лице девушки появилось мечтательное выражение. Лесс, конечно же, догадался, о чем она задумалась и, понимающе улыбнувшись, отпустил ее домой.
***
К полудню третьего дня пути показались шпили и стены столицы Балора как жемчужина, белевшие на голубой сверкающей ленте реки Ладки. Не заезжая домой, чтобы перекусить и переодеться, маг прямиком направился в Университет. Казимир Альбадарад, бессменный ректор и учитель Брайаса, как обычно был занят университетскими делами в своем кабинете, разбирая счета, жалобы и предложения. Причем первых и вторых было намного больше, чем последних. Наконец, на глаза ему попалась одна любопытная записочка, в которой один из его дипломников, находящийся на практике в Шеломнике - маленьком приграничном городке, недалеко от Орры, сообщал о необычных колебаниях потоков Силы со стороны Долины. Впрочем, в свете не столь отдаленных событий, сопровождавшихся открытием всех Источников сразу, подобные известия не были редкостью.
"Хм, Орра..."- Казимир задумчиво постучал пальцем по столу.
– "Ведь Брайас и Мила сейчас именно там. Неужели, наш Ключ вернулся?" Что ж, со дня на день Брайас должен вернуться, тогда все и выяснится. В дверь негромко постучали - три коротких стука и затем еще один. Ректор невольно улыбнулся - именно так вот уже почти двадцать лет он появлялся в его кабинете - сначала набедокурившим адептом, затем молодым преподавателем, теперь вот коллегой архимагом:
– Входи, Брайас!
– Здравствуйте, учитель!
– улыбающийся маг вошел в кабинет и, поприветствовав Казимира, плюхнулся в кресло.