Ключ

Черкасова Галина Геннадьевна

Складывалось впечатление, что Джеймс просто понабрался россказней от своего брата и отчасти говорил его словами.

— Ясно. Ты пойдешь к заведующему общежитиями? — я покопалась в сумке, ища деньги. Джеймс поймал меня за руку.

— Я заплачу.

— Не стоит.

— Стоит, — он бросил две монетки на стол. — Это у тебя юги, что ли?

Я посмотрела на бумажки у себя в руках.

— Дааа, не обменяла ещё.

Хорошо, хоть у орка вытащила сэйсы.

* * *

Уже стемнело, когда я, порядком уставшая, добралась до

общежития. Открыв входную дверь с помощью идентификационной карты с личным номером, в темноте, разгоняемой лишь светом фонаря с улицы, я осторожно принялась шарить правой рукой по стене в поисках выключателя.

Легонько дернув за найденный шнурок, я включила лампу.

В тесном холле не было ничего примечательного — вешалка для одежды да тумбочка под обувь. Я скинула кеды и, на цыпочках войдя в комнату, замерла у входа, оглядывая свой новый дом.

Друг напротив друга располагались застеленные кровати, на подушках которых лежали полотенца бледно-лилового цвета. По обе стороны от двери стояли письменные столы, над каждым из которых крепились по две бежевых, в тон остальной мебели, книжные полки. Завершал образ уютной студенческой каморки располагавшийся между кроватями широкий комод с четырьмя ящиками во всю длину. Я прошла к окну, поймала трепещущую на ветру занавеску и, подняв её, выглянула наружу. В вечернем полумраке гладь озера, рядом с которым находилось общежитие, искрилась в свете фонарей, тянувшихся вдоль аллеи. Впереди и справа горизонт скрывал лес, кромка которого ежесекундно менялась под порывами ветра.

— Привет!

Я вздрогнула и обернулась. В прихожей стояла светловолосая дворфийка, довольно высокая для своей расы. Она помахала рукой.

— Дверь была открыта, я не помешала?

— Нет, просто… осматриваюсь, — я опустила занавеску. — Здесь красиво.

— С моей стороны видно только лес да мусорные баки, — дворфийка недовольно поморщилась. — Я из комнаты напротив, Хельма из Релмаара.

— Антея Тейер, Глирза.

— Так мы и до университета были соседями! Не хочешь отметить встречу? — Хельма кивнула в сторону двери. — Увела у предков пару бутылок отличного пива, и даже протащила их через таможню!

— А здесь можно? — нахмурившись, спросила я. — По правилам…

— Свет и Тьма, ты сюда приехала жить по правилам!? — возмущенно вскричала дворфийка, вскидывая руки. — Ни родителей тебе, ни родственников, гуляй на всю катушку. Ты, случайно, не в жрицы готовишься? — настороженно поинтересовалась она, опуская руки и прищуриваясь.

Я отрицательно покачала головой.

— Нет…

— Тогда пойдем, отметим приезд! Что нам помешает?

И правда, что теперь может мне помешать?

— Ладно, пошли!

Глава вторая

Игры и магия

Всю следующую неделю я почти не выходила из комнаты, усердно готовясь к тестам. В школе я уделяла внимание только нужным мне предметам, забрасывая остальные. За моим воспитанием следить было некому, заставлять учиться — тоже, поэтому я могла полагаться только на свою волю и разработала себе некоторую систему самоконтроля.

«Мне это нужно», — уверяла я себя. — «Если не сделаю этого сейчас, потом ничего не выйдет».

Учеба в университете, тем более таком известном, давала шанс стать кем-то большим, чем очередной неудачницей из Глирзы.

Но знаниями сыт не будешь. Обедать я ходила вместе с Джеймсом, иногда к нам присоединялся его брат Харис, такой же коренастый и светловолосый, но куда более серьезный и сдержанный.

— Если будет нужна помощь гида — обращайся, — говорил он, мило улыбаясь.

Несколько раз с нами обедала Инзамар, но общество Хариса она отчего-то не любила, и поэтому, когда брат Джеймса появлялся на горизонте (а делал он это практически ежедневно), негурка поспешно удалялась.

Харис рассказал мне о подробностях одной из самых ярких сторон студенческой жизни. Любой студент с ужасом и восхищением ждал формирования кластера — лотереи, которая проводилась во второй месяц года, после издания приказа о зачислении, и называлась «нарезка». Двое хилеров (факультет использования восстановительных свойств абстрактных полей), двое защитников (факультет пассивного использования абстрактных полей) и трое нападающих (факультет активного использования абстрактных полей) тренировались в практическом применении магии и учились действовать сообща, чтобы вместе выступать на университетских турнирах.

Харис с таким неподдельным, почти маниакальным, восторгом вспоминал о своей группе, что мы с Джеймсом, как два галчонка, ждущие жрачку, сидели, вытянув шеи и вытаращив глаза.

— А кто у тебя в группе? — спросила я однажды у Инзамар, когда мы возвращались в общаги после обеда.

— Гоблин, два орка, два эльфа и один человек, мы «Рой», — негурка недовольно покосилась на ассистента.

— А, «Рой»! Так я вас помню! В том году были лучшими среди первокурсников, — произнес Харис, который вызвался нас проводить. — Антея, завтра к восьми. Помнишь, куда?

— Помню, — я вздохнула, опустив голову.

— Готова?

— Вроде.

— Не переживай, я уверена, ты пройдешь, — улыбнулась Инзамар, положив руку мне на плечо.

— Ещё бы я сама была уверена.

Харис проводил меня до общаги и на прощание, к моему удивлению, чмокнул в щеку.

— Тебе не о чем волноваться.

Надо же, думала я, входя в пустую комнату, даже умудрилась склеить ассистента! Заметив книги на комоде, я постаралась отогнать мысли о брате Джеймса. Впереди была ночь и зубрежка.

Но утро настало, а меня трясло как осиновый лист. Когда я была уже готова использовать поля для успокоения и даже приступила к взаимодействию с земным, в двери заходил ключ, и в комнату ввалилась моя соседка.

ОРК.

Высокая, худощавая, темноволосая, она была одета в легкий пиджак и кирпичного цвета юбку, которая сливалась с её кожей, и мне на мгновение показалось, что девушка вообще полуголая.

Мы пялились друг на друга довольно долго, пока она, хмыкнув, не принялась затаскивать свой багаж в комнату. Чемоданов, к слову сказать, было пять.