Ключи от ада
Шрифт:
Глава 2
Из полудрёмы девушку вывела осторожно открывающаяся дверь. За доли секунды Лина была на ногах, готовая к любым сюрпризам. Но такого она не ожидала. В комнату с видом хозяйки вошла Дося. Словно не замечая Лины, она прошествовала к её дорожной сумке и попыталась рылом проникнуть в содержимое. Сумка не раскрывалась. Тогда свинья решила просто разорвать её зубами. Опешившая Лина несколько секунд приходила в себя от такой наглости, а затем попыталась выдрать своё имущество из зубов животного.
— А ну, брысь! — девушка отчаянно тянула сумку на себя, — брысь, кому говорят! — она легонько пнула её ногой.
В ответ на это Дося завизжала так, будто её резали. В комнате тут же появился перепуганный Витольд Романович. Увидев, что с его любимицей всё в порядке, он расцвёл улыбкой и ласково пожурил распоясавшуюся свинью:
— Дося, ты же воспитанное животное, оставь сумку Лины, она сама тебе её откроет и даст что-нибудь вкусненькое.
Но Феодосия и не думала отпускать добычу, она покрепче впилась в неё зубами и наконец-то разорвала. Вещи вывалились, свинья тут же принялась их обследовать в поисках чего-нибудь съестного. Отыскав пакетик солёных орешков, схватила их и, словно кошка, стащившая со стола сосиску, понеслась прочь, попутно сломав стул.
— Дося! — закричал ей во след Витольд Романович, — ах ты разбойница!
Но гнева в его голосе не наблюдалось. Похоже, Заланский нежно любил это животное и прощал любые наглые выходки. Лина, чтобы не сорваться от возмущения, повернулась к старику спиной и стала собирать разбросанные вещи.
— Простите, Лина, — Витольд Романович присел рядом, помогая ей, — я должен был предупредить, чтобы вы запирали дверь на замок. Дося иногда бывает вредной, но, я уверен, что вы её полюбите.
Девушка кисло улыбнулась. «Как же, да я скорее съем свою бейсболку!.. Похоже, насчёт маразма я была не права — у старика с ним полное взаимопонимание».
Где-то внизу зазвонил телефон, Заланский поднялся:
— Жду вас через пятнадцать минут в гостиной. Вы, наверное, проголодались.
«Надеюсь, он не посадит свою свинью за стол», — подумала Лина.
Она ополоснулась в душе, сменила джинсы на лёгкое платье, и спустилась вниз.
За круглым столом, сервированным как в лучших ресторанах, в гордом одиночестве восседал Витольд Романович. Доси не наблюдалось.
«Слава богу!» — подумала Лина, начавшая понимать чувства соседки Натальи.
— Присаживайтесь, — Заланский легко вскочил со своего места и отодвинул стул для гостьи.
Девушка изрядно проголодалась и с удовольствием осмотрела разнообразные блюда, красиво расставленные на столе. Было понятно, что старик любил покушать и ни в чём себе не отказывал. В комнату с подносом вошла девушка лет семнадцати.
— Это Светлана, дочь соседей напротив, — просветил Лину Заланский, — помогает мне по хозяйству.
— А я Лина, очень приятно — и, оглядев великолепие на столе,
— Да, — девушка зарделась, — это совсем нетрудно.
— Спасибо, Светочка, — сказал Витольд Романович, — на сегодня можете быть свободны.
— Приятного аппетита, — произнесла она и удалилась.
Не дожидаясь приглашения, Лина стала накладывать себе всего и помногу. Заланский, видя такой здоровый аппетит, пришёл в восторг.
— Уважаю людей, любящих поесть, — сказал он, отправляя себе в рот кусочек сочной фазаньей ножки, — женщины, ограничивающие себя в еде, не внушают доверия.
— Почему? — удивилась девушка, пытаясь справиться с лангустом.
— Человек, который не любит вкусно покушать, не любит себя, а значит, и весь мир.
— Ну, если следовать подобному утверждению — вы должны любить всех вокруг!
— Это правда, — Витольд Романович широко улыбнулся, — я люблю людей.
— А Наталья? — Лина не удержалась от подколки.
— К Наталье я хорошо отношусь, — он загрустил, — знаете, — совершенно серьёзно сказал старик, — мне кажется, она в меня влюблена, поэтому и устраивает сцены каждый день. Чтобы привлечь к себе внимание.
Представив маленького и толстенького Витольда Романовича, а рядом с ним тощую и длинную Наталью, Лина вынуждена была залпом выпить стакан воды, чтобы не расхохотаться. Она поспешно перевела разговор на другую тему.
— Света, наверное, сильно устаёт. Шутка ли — каждый день готовить такое великолепие! К тому же я уверена, что вы нечасто обедаете в одиночестве, — девушка пытливо посмотрела на Заланского.
— Увы, — он развёл руками, — гости в моём доме редкость. С тех пор, как выстроил особняк посреди простых домов, меня недолюбливают.
— Странно, я была уверена, что у вас постоянно кто-нибудь живёт. Ведь не зря же здесь столько гостевых комнат.
— Они мне нужны для таких вот случаев, как ваш. Сюда иногда приезжают мои коллеги и их друзья. Но, к сожалению, это случается не так уж часто.
«Значит, не хотим признаваться, что Вера жила здесь. Жаль, он показался мне милым, и я надеялась, что любовник девушки использовал его втёмную… Надо будет свести дружбу с Натальей. Уж она — то с удовольствием расскажет любые сплетни о Витольде Романовиче».
— Лина, вы меня слушаете?
Девушка поняла, что упустила нить разговора и Заланский уже во второй раз её о чём-то спрашивает.
— Простите, — встрепенулась она, — ваши кулинарные изыски заставляют забыть обо всём на свете!
Старик улыбнулся.
— Я спрашивал вас о теме вашей работы.
— Она называется «Маргинальные личности раннего средневековья».
Девушка жалко улыбнулась. Соловьёв выпихнул её на задание, не дав как следует подготовиться. Если старик сейчас начнёт умные разговоры — она засыплется. Но сегодня небо было к ней благосклонно.