Ключник
Шрифт:
Лина резким рывком стряхнула с клинка капли крови. Не обращая внимания на выбравшуюся из кустов молоденькую магичку, она отправилась к сидящему на траве последнему оставшемуся в живых загонщику.
— Кто ты такой и почему вы гнались за девушкой?
– присев перед ним на корточки, поинтересовалась Заноза.
— Я младший инквизитор Братства Истины Грен, гнались потому, что она магичка и объявлена вне закона. Должна быть изловлена и умерщвлена.
— Чем вам так маги не угодили? — лениво поинтересовалась Лина.
— Богомерзкие знания, — процедил сквозь зубы Грен.
— Ожидаемо, — усмехнулась
Но младший инквизитор молчал.
— Хим, покажись, — попросила вслух Лина. — Похоже, наш друг не хочет говорить со мной, нужно ему помочь.
В шаге от инквизитора возникла химера и, оскалив клыки, уставилась горящими, словно угли, глазами на мужчину.
— Ведьма, — задрожав, но не от страха, а от ненависти, прошипел сквозь зубы Грен.
— Убей его, — раздался за спиной звонкий девичий голос, — и пойдём со мной, я отвечу на все твои вопросы. Хотя странно, что ты не знаешь таких простых вещей.
Лина посмотрела на девицу, которая уже отдышалась, и теперь стояла, прислонившись плечом к дереву, и наблюдала за ними.
— Хим, есть кто в округе? — поинтересовалась Заноза.
— Далеко, — раздался в голове девушки едва различимый шёпот.
— Ну, так что, будешь говорить? — она приподняла подбородок пленного. — Господи, хорошо, что моя мама меня не видит, — подумала она про себя, — две недели по этим мирам шляюсь, и что со мной стало? Ведь я почти готова его пытать, пытать живого человека, а до этого убила пятерых. Да, они мне угрожали, они натравили на меня свою собаку, но разве я прежняя могла бы так?
Прежняя Алина Белова побежала бы, как было в отстойнике. А теперешняя порезала бы тому ублюдку глотку. Прав был Егор, дорога странника выстлана трупами, если хочешь идти дальше, нужно уметь убивать, убивать быстро, без какой-либо жалости.
— Чего ты ждёшь? — снова подала голос брюнетка, она отлепилась от дерева и подошла ближе. — Они преследуют нас за нашу силу, потому что завидуют магам, потому что некоторые из нас настолько могучи, что с ними советуются короли. А инквизиторы могут только гонятся за отступниками, но веса не имеют. А они хотят власти. Вот и сделали так, что мы стали вне закона. Так, истинник?
Пленник с вызовом посмотрел на магичку.
— Я умру, придут другие и изведут вас и ваши знания. Сегодня ваша взяла.
Хим настороженно развернул морду в сторону, откуда прибежали загонщики, и предупреждающе зарычал. Лина всё поняла, сюда идут люди, и не факт, что с добром, и нужно уходить, а для этого нужно убить. Она извлекла из ножен пластуна, но решимости просто перерезать глотку раненному пленнику у неё не было. В бою она убивала легко, они пытались убить её, она убивала их, но зарезать сидящего перед ней безоружного раненного, было выше её сил. На лице младшего инквизитора отразилась презрительная гримаса, он всё понял правильно. Лина встала и убрала нож обратно в ножны.
— Хим, убей его, и уходим, — попросила девушка.
Химерик, в отличие от неё, не имел никаких моральных установок. Один удар лапой, и когти серебристого цвета вспороли горло и ворот кольчуги. Лина слышала, как лопнуло несколько звеньев. Девушка посмотрела на валяющиеся трупы, чёрт, она так увлеклась,
— Хим, их много?
Несколько секунд химера прислушивалась к звуками, потом четыре раза ударила лапой по земле. И Лина решилась:
— Убей их.
Химерик оскалил клыки и в один прыжок перемахнул помятые инквизиторами кусты и ещё в полёте он буквально растворился в воздухе.
— Что ты задумала? — с опаской спросила молоденькая магичка.
— Мне нужно время, чтобы обыскать трупы, — давя в себе брезгливость, ответила Белова.
Она склонилась над мёртвым пленником, которого допрашивала, и принялась за мародерку. Кошели местных были похожи на небольшие кожаные сундучки, которые крепились к поясу. Расстегнув пряжку, Лина стащила его и сунула в карман, затем осмотрела штаны и даже задрала кольчугу, похоже, до концепции карманов в этом мире ещё не додумались. Помимо кошеля, её добычей стала золотая цепочка с подвеской в виде глаза и два перстня. С той стороны, в которую убежал Хим, раздался вопль, полный ужаса, и через секунду смолк. Лина не обратила на это никакого внимания, и под пристальным взглядом молоденькой магички продолжила мародёрство. К возвращению Хима у неё имелось содержимое пяти кошелей, одиннадцать перстней и шесть цепочек. Ещё она забрала кинжал с ножнами, на которые были украшены несколькими небольшими камнями, рассудив, что этот трофей чего-то стоит.
— Егор, это всё твоё дурное влияние, — шёпотом произнесла вслух Лина, поле чего сполоснула из фляги руки, испачканные в крови. Сделала пару глотков и, разогнувшись, посмотрела на магичку. — Как тебя зовут?
— Мира, — ответила та.
— Я Заноза, — представилась в ответ Белова, решив не называть своё настоящее имя. — Ты говорила, что знаешь, куда идти?
— Да, — кивнула магичка. — И нам нужно тропиться. Ты ловко орудуешь своим клинком, и зверь у тебя невероятный, но скоро в этом лесу будет много людей из Братства Истинны, они будут искать своих, а ты и твой спутник многих убили, они такое не прощают.
Лина подхватила свой рюкзак, оставленный под деревом, и закинула себе за спину.
— Веди, — скомандовала девушка.
Мира махнула рукой в ту же сторону, в которую Заноза двигалась изначально.
— Хим, давай вперёд, — распорядилась девушка и побежала следом за химериком.
Они бежали долго, в лесу сгустились сумерки.
— Куда мы идём? — поинтересовалась Лина во время короткого привала, она жутко вымоталась, и если бы не меч в её руке, давно бы рухнула от усталости.
Её спутница выглядела не лучше, но она держалась без всякой подпитки, а это было достойно уважения. Хотя о чём говорить? Девчонка выросла в мире без общественного транспорта, для нее поход в соседнюю деревню за двадцать километров, как для Лины в булочную прогуляться. Вообще, если бы не меч, она, наверное, не добралась бы до этого мира. Клинок, созданный ангелом, стал тем самым костылём, который помогал ей, хромоножке, выжить, дольше бежать, убивать без сомнений, ведь не смогла она зарезать ножом пленника, а стоило взяться за рукоять меча, сомнения уходили прочь, оставалась только цель.